Ариен сидел на траве под длинной тенью огромного каштана, укрывшись от заходящего солнца. Наконец стало достаточно прохладно, чтобы находиться на улице без риска получить тепловой удар.
На краю Песков, неподалёку от тренировочных площадок и парка Академии, трое юношей и девушка разбились на пары и сражались. Они привлекали раздражённые и заинтересованные взгляды учеников, выбравших для вечернего отдыха зелёную полосу между площадками.
У каждого в руках было деревянное оружие; при каждом столкновении раздавался резкий треск. По меньшей мере три компании старшекурсников уже собрали свои записи и перебрались в другое место.
Никто не жаловался.
Четверо учеников Дома Меча дрались так ожесточённо, что желающих подойти и поспорить из-за шума, похоже, не находилось. Противник Уилла, Уто, размахивал двуручным мечом с такой силой, что точный удар, несмотря на деревянное лезвие, вполне мог сломать кость. Уилл встречал его атаки мечом и щитом и отвечал не менее яростно.
Ни одному из них не удавалось надолго получить преимущество.
Ариен внимательно следил за поединком. Теперь его Восприятие было достаточно высоким, чтобы различать каждый удар и выпад, и он невольно задумался, не достигли ли они уже уровня финалистов, за которыми он наблюдал много лет назад в Рибенне.
Обе пары сражались почти пятнадцать минут. Все четверо обливались потом и тяжело дышали, но никто не собирался останавливаться.
Уилл поморщился, когда очередной удар пришёлся в щит. Он отвёл его в сторону и рубанул Уто по груди. Более крупный юноша едва успел отвести меч и поставить блок.
Ариен ощутил, как у него резко убавилась мана: кто-то снова получил серьёзный удар.
— Хватит!
Обе пары тут же разошлись и обменялись уважительными поклонами, после чего опустились на землю перевести дух.
— Я только-только начала перехватывать преимущество, — пожаловалась Белия спустя минуту.
Четырнадцатилетняя девушка сражалась двумя одноручными мечами и каким-то образом не уступала противникам, весившим намного больше неё. Хойт, распластавшийся в нескольких шагах и хватавший ртом воздух, явно не располагал силами возразить.
— Это правда, — признал Ариен. — Твой последний удар забрал немало маны.
— Жаль только, что её у тебя мало.
Ариен недоверчиво вскинул обе брови.
— Я слышала, маги используют особые кристаллы, чтобы увеличить запас, — продолжила Белия. — Почему бы тебе не достать такой? Уверена, все скинулись бы, если бы это позволило нам драться ещё несколько минут.
Ариен не знал, смеяться ему или обижаться. В зависимости от распределения характеристик у одноклассников у него уже было в полтора-два раза больше маны, чем у большинства из них. А его Живучесть успевала восстановить столько маны во время схваток, что тренировки продлевались ещё на несколько минут.
И именно Белия, едва переводившая дыхание, утверждала, будто проблема в его запасе.
— Белия, кристаллы маны стоят целое состояние, а после нескольких перезарядок обычно теряют свои свойства и большую часть цены, — объяснил Уилл, медленно поднимаясь и снимая кожаную кирасу.
При виде телосложения друга Ариен ощутил знакомый укол зависти. За последние годы Уилл сильно вырос и теперь был почти на голову выше него. В сочетании с умением обращаться с мечом это сделало его весьма популярным среди девушек Академии.
— Мы должны быть благодарны за каждую минуту, — продолжил Уилл. — Ариен и так тратит на нас почти всю ману.
Несмотря на все перемены, Уилл по-прежнему был тем же искренним мальчиком, делившим почти всё на правильное и неправильное. Ариену особенно нравилось наблюдать, как девушки пытаются с ним флиртовать. Уилл никогда ничего не замечал, а даже самые очевидные приглашения отвергал, потому что они мешали тренировкам.
Но в одном он ошибался. Ариен израсходовал не всю ману.
Почти четверть он намеренно оставлял про запас на случай, если кому-то в поединке достанется настолько серьёзно, что пассивного восстановления окажется недостаточно. Пока что этот резерв ни разу не понадобился.
Причиной была его вторая специализация Аспекта Жизни. Он получил её в начале семестра, к большому удивлению Ламараль. Они почти два часа обсуждали варианты, и в конце осталось два.
Страж Жизни: углубляет понимание магии Жизни, позволяет взять союзников под защиту и наделить их пассивным восстановлением. Кроме того, через нить, связывающую вас с ними, можно сотворять магию Жизни и неаспектную магию.
Полевой целитель: углубляет понимание магии Жизни, позволяет создать Купол Жизни, внутри которого союзники получают пассивное восстановление, а заклинания Жизни становятся эффективнее и требуют меньше маны.
Ариену больше нравился Страж Жизни. Ламараль отдавала предпочтение Полевому целителю — специализации, которой обладала сама.
С её доводами было трудно спорить. Купол Жизни можно было возвести в военном лагере, стоянке Исследователей, Портале и даже в больнице. После создания он требовал мало концентрации, чтобы поддерживать его, и мог сохранить жизнь множеству раненых, пока до них не доберётся целитель.
Страж Жизни был гораздо более узкой специализацией. Целитель напрямую связывался с выбранными союзниками, усиливая их восстановление и позволяя направлять к ним магию Жизни даже в разгар боя. Через связь можно было сотворять и неаспектные заклинания вроде Магического щита.
Ламараль лично не знала никого, кто выбрал бы эту специализацию. Судя по прочитанному ею, её обычно брали боевые целители, состоявшие в постоянных отрядах. Поддержание нескольких связей и одновременная защита людей могли поглощать огромное количество маны. Ламараль не понимала, зачем ему настолько узкая специализация.
Но Ариен всё равно выбрал Стража Жизни.
Её доводы были разумны, однако они не учитывали одного: Ламараль не знала, каким запасом маны он на самом деле располагал и как быстро она восстанавливалась. В лазарете Ариен вёл себя осторожно и редко позволял запасу опускаться ниже половины — отчасти потому, что не хотел объяснять, откуда взялось столько очков характеристик.
Но главное — Ариен не хотел всю жизнь работать в больнице. Он мечтал путешествовать, желательно с людьми, которым доверял, а магу нужны были спутники, способные не подпускать к нему врагов.
Защищать этих спутников казалось достойным применением маны.
После нескольких месяцев тренировок с Уиллом, Уто, Белией и Хойтом он ни о чём не жалел. Поддерживать связи стало легче, и Ариен продолжал находить способы снизить их цену и пользоваться ими эффективнее.
Ученики Дома Меча тоже были довольны. По их словам, обычно у них бывал всего один урок в неделю, на котором можно было сражаться в полную силу, да и поединки редко длились дольше нескольких минут.
Они уговаривали Ариена тренироваться с ними каждый день, но он ограничил занятия тремя разами в неделю, честно объяснив, что ему нужно изучать много других вещей.
— Прости за Белию. После двух проигранных дуэлей на сегодняшних экзаменах она немного расстроилась, — сказал Уилл, когда они направились обратно к общежитиям.
— Не извиняйся. Экзамены всех нервируют. Половина моего класса всю неделю выглядела так, будто вот-вот сорвётся.
— Как прошёл твой? Не хотел спрашивать при остальных.
— Хорошо. И я правда имею в виду «хорошо», а не «не хочу тебя волновать».
— Я в тебе не сомневался. Важнее прогресс, а не место в рейтинге.
Ариен посмотрел на него.
— Вот это да, Уилл. Какая мудрость. Дай угадаю: из твоей любимой книги?
— Нет. Это от тебя. Ты сказал так на втором курсе, когда все думали, что тебя исключат. — Уилл помолчал. — «Путь рыцаря» учит другому.
— А-а, — Ариен потёр затылок. — Возможно, я и правда такое говорил.
Подбадривая людей, он часто произносил что-нибудь похожее. Похоже, только Уилл запоминал его слова дословно.
— А у тебя как? Опять первый на курсе?
— Наверное. Теоретические экзамены я сдал неплохо, и физические испытания прошли хорошо. Кажется, разрыв между мной и остальными растёт. — Уилл замялся. — Мастер Крейвен сказал, что мне стоит подумать об участии в Королевском турнире в следующем году.
— Здорово. Только ты не выглядишь счастливым.
— Дело не в этом. — Уилл вздохнул. — Я уверен, что победил бы большинство учеников старших курсов, но не знаю, далеко ли это меня продвинет. А когда думаю о принце Седрике…
— Тогда перестань сравнивать себя с Седриком. Сейчас у него преимущество, потому что он умеет пользоваться магией. Когда у тебя появятся собственные активные способности, разрыв должен сократиться. Ты и так знаешь, что я думаю о гибридах.
— Иногда я тебе не верю, когда ты говоришь, будто не знаешь о Системе ничего особенного.
Ариен фыркнул.
— Ты даже не представляешь, как мне хотелось бы знать хотя бы половину того, что известно детям из Старых Домов. Планировать всё на основе общих сведений и обоснованных догадок — страшно.
— Вот. Опять.
— Что?
— «Планировать всё». «Создавать свой класс». Иногда ты говоришь вещи, которых я больше ни от кого не слышал, хотя мы выросли в одном краю.
Ариен открыл рот, но Уилл отмахнулся.
— Ладно, неважно. Ты слышал о новых нападениях на границе?
Смена темы стёрла улыбку с лица Ариена.
— Нет. Какие нападения? В Рибенне всё спокойно?
— Да, — сразу ответил Уилл. — Рибенне в безопасности. Прости, надо было начать с этого. Напали на несколько деревень к востоку от Фенорка.
Ариен немного расслабился.
— Это далеко от Рибенне. Откуда ты узнал?
— Малбек написал. Его отряд Исследователей охотился на монстров в тех краях.
— Опять Тирания?
— Никто не знает. Похоже, свидетелей не было, а деревни просто опустели.
Ариен нахмурился.
— Опустели?
— Тел нет.
На миг ему вспомнились обгоревшие останки родителей и соседей.
— Тогда почему в газетах ничего не пишут? Последнюю неделю они только и обсуждают драку моряков в Утелле, где погибли трое людей и орк.
— Не знаю. Может, новости ещё не дошли до Вейхолда. — Уилл поджал губы. — А может, несколько пропавших деревень на границе, о которых здесь никто не слышал, просто никого не волнуют.
— Спрошу Рейну. Она обычно узнаёт о скандалах раньше газет.
Некоторое время они шли молча, проходя мимо учеников, которые казались оживлённее обычного. Некоторые уже несли багаж и хотели уехать сразу после официального окончания семестра. Большинство собиралось дождаться завтрашних результатов или остаться ещё на ночь, чтобы отпраздновать в Порту.
— Думаешь, они ещё живы? — спросил Уилл.
Ариену не нужно было уточнять, о ком речь.
— Не знаю.
Прошло много лет, но почти всё, что доходило до Виндора из Тирании, было слухами. Говорили о беспорядках и восстании, но Ариену мало что казалось достоверным. Если хотя бы часть слухов была правдой, королевство наверняка сумело бы внедрить в страну шпионов. И всё же надёжной информации по-прежнему было мало.
— Но я всё ещё думаю, что шанс есть, — сказал он. — Если их продали в рабство и они пережили первые несколько месяцев, то, возможно, до сих пор где-то работают в плену.
— Даже во время гражданской войны?
— Раб — собственность. Если одна сторона победит другую, она заберёт всё ценное: артефакты, земли, деньги, рабов. — Ариену не нравилось, насколько холодно звучит эта логика, но лишь она давала ему хоть какую-то надежду. — Если наши семьи пережили начало войны, возможно, они пережили и все годы после.
— Ненавижу всё это.
Уилл пнул камень у обочины так сильно, что тот отлетел в траву.
— Мы годами тренировались, а всё равно не можем никого спасти. С каждым годом шансы становятся хуже. Иногда я спрашиваю себя, зачем вообще всё это.
Ариен позволил ему выговориться.
— У врагов могут быть десятки уровней преимущества. Даже если мы станем достаточно сильными, чтобы победить нескольких, мы не сможем сражаться со всей страной. А Виндор, похоже, никого не собирается спасать. Армия годами стоит на границе и даже не может защитить деревни.
— Уилл.
Друг продолжал идти, стиснув челюсти.
— Уилл, хватит.
Только тогда он остановился.
Ариен повернулся к нему.
— Я не говорю, что ты неправ. Меня тревожит то же самое. Но ничего из этого не меняет того, что ты можешь сделать сегодня.
Уилл промолчал.
— Ты можешь тренироваться. Можешь стать сильнее. И когда придёт время действовать, будешь подготовлен лучше, чем сейчас.
— И всё равно этого может не хватить.
— Может и не хватить. — Ариен пожал плечами. — Но слабость точно не поможет.
Уилл нахмурился, глядя под ноги.
Ариен понимал, что давать такой совет легче, чем следовать ему самому. Он чаще, чем хотел признать, тревожился о будущем. Но Уилл был ещё молод, и Ариен старался не взваливать на него слишком много собственных переживаний. Если каждый день думать об убитом отце и пропавших братьях и сёстрах, они не вернутся. А тренировки хотя бы давали возможность контролировать хоть что-то.
Наконец Уилл кивнул.
— Ты прав.
Он прошёл ещё несколько шагов молча и добавил:
— Путь истинного рыцаря — защищать тех, кому нужна защита, а не просто гнаться за эгоистичной жаждой мести. Побеждать зло нужно с чистым сердцем, иначе оно может развратить и нас.
Ариен уставился на него.
— Э-э… ну да. И это тоже.
Они дошли до места, где их дороги расходились.
— Увидимся в «Протекающей кружке»?
— Ага. Я обещал прийти.
Уилл говорил без особого энтузиазма. Таверны и выпивка его никогда не интересовали, но Ариен считал своим долгом время от времени вытаскивать друга на занятия, не связанные с мечами.
Они расстались, и Ариен продолжил путь к общежитиям.
Он снова задумался о Рибенне, об Алии и Сари. В письмах они писали, что у них всё хорошо, хотя Ариен скучал по ним сильнее, чем обычно признавался.
Прошло много лет, но он всё ещё надеялся, что где-то за восточной границей часть его семьи жива и однажды он увидит их снова.
Хорошие новости! Читатели RR заработали бонусную главу на этой неделе, а «Посланник Ничто» сейчас занимает 102-е место в рейтинге лучших (совсем рядом с первой сотней) и 36-е — среди продолжающихся произведений!
Я не просил вас ни о чём, потому что вы и так очень мне помогаете, и, как всегда, я вам невероятно благодарен.
Для вас я также открыл новую подборку, где буду представлять персонажей, чтобы было проще разобраться, кто есть кто. Я не стал отправлять уведомления по электронной почте о тех публикациях, чтобы не засыпать вас письмами.