Они уже несколько часов плыли вверх по реке, и большую часть пути Ариен забрасывал Малбека вопросами о магии.
К сожалению, узнал он далеко не столько, сколько надеялся.
Малбек подтвердил несколько давних догадок Ариена и опроверг не меньше других, но на сложные вопросы обычно отвечал одним из двух способов:
«Не знаю».
Или, что случалось значительно чаще:
«Узнаешь в Академии».
Ариен начинал подозревать, что Академия существует в первую очередь затем, чтобы Малбеку было чем оправдать нежелание отвечать.
— Мал, мы уже близко к Вейхолду, — сказал Уилл. — Расскажи Ариену о нём.
Ариен наконец отвёл взгляд от мага. За время разговора пейзаж полностью изменился.
Поля ещё оставались, но теперь они не перемежались редкими деревнями, разделёнными милями пустой земли. По обоим берегам Вина тянулись поселения, связанные дорогами, полными телег, всадников и пеших путников. Между возделанными участками стояли фермерские дома и амбары, а со всех сторон поднимались тонкие струйки дыма из десятков труб.
Стояло раннее лето. Утренние тучи наконец рассеялись, и солнечный свет разлился над равниной. Река сверкала серебром между зелёными берегами, а поля дальше от неё складывались в неровное лоскутное одеяло до самого горизонта.
Ариен чуть наклонился над бортом баржи.
Каждая деревня, мимо которой они проплывали, казалась крупнее его родного поселения. И богаче. Крыши были лучше, в зданиях чаще встречался камень, а некоторые поселения были такими большими, что деревнями их уже трудно было назвать.
Огромные побелённые мельницы стояли прямо у реки, их колёса равномерно вращались в течении. Вокруг тянулись деревянные причалы, заполненные рыбацкими лодками, баржами и небольшими торговыми судами.
Люди были повсюду: фермеры в поле, дети вдоль берегов, рыбаки, выгружавшие корзины на причалах, повозки, ползущие по дальним дорогам. На равнине должны были жить десятки тысяч человек, а может, и больше.
И всё же самого Вейхолда ещё не было видно.
— Ариен.
Он продолжал смотреть.
— Ариен, вернись к нам. — Голос Малбека наконец отвлёк его от пейзажа.
— Извини.
— До прибытия есть несколько важных вещей, которые тебе нужно знать. — Малбек замялся.
Ариен прищурился.
— Да-а-а?
— Это касается места, где ты будешь жить. Есть небольшая проблема.
— А. — Ариен расслабился. — Не беспокойся. Ты и так сделал для меня более чем достаточно. Деньги у меня есть, так что просто посоветуй приличную, но недорогую таверну…
— Ариен, замолчи.
Ариен остановился. Удивительно, но это сказал Уилл.
— Ты не будешь жить в таверне, — сказал друг. — Мы уже нашли тебе место.
— Тогда в чём проблема?
Уилл и Малбек переглянулись.
— Хозяйка, — мрачно сказал Уилл.
Малбек вздохнул.
— Наша тётя Гилфра.
Ариен подождал. Братья не стали ничего пояснять.
— Кажется, это имя должно было что-то объяснить.
— Скоро объяснит, — пробормотал Уилл.
Малбек предостерегающе взглянул на него, а затем повернулся к Ариену.
— Когда Крефт привёз Уилла в Вейхолд и рассказал об убийстве наших родителей, я учился на шестом курсе Академии. Жил в кампусе, почти всё время занимался и не имел ни времени, ни возможности как следует заботиться о нём. — Его лицо слегка напряглось. — Поэтому я попросил нашу тётю Гилфру, сестру матери, взять его к себе. Тогда это было единственным разумным решением.
— А теперь ты об этом жалеешь?
— Нет. Не совсем.
— Жалеет, — сказал Уилл.
— Я сказал: «не совсем».
Ариен посмотрел на них обоих.
— Она и правда такая ужасная?
— Нет, — сразу ответил Малбек. А затем помедлил. — Она добрая. Щедрая. Чрезвычайно заботливая.
— Чрезвычайно заботливая, — мрачно повторил Уилл.
— Начинаю думать, что в вашей семье это слово означает нечто другое.
Малбек едва не улыбнулся.
— Я всегда жил при Академии, но родители иногда заставляли меня навещать её. Тогда её привычки было проще терпеть, потому что она не имела власти ни надо мной, ни над Уиллом.
— Теперь она хочет быть нам матерью, — сказал Уилл.
— У Гилфры никогда не было детей, — осторожно продолжил Малбек. — Она вышла замуж за торговца тканями, который был намного старше неё. Очень богатого. Несколько лет назад он умер, и с тех пор она живёт одна.
— Не одна, — пробормотал Уилл. — В доме всегда человек тридцать.
— Она обожает гостей, балы, сплетни, небольшие скандалы и светские интриги. Желательно всё одновременно.
На лице Малбека появилась лёгкая усмешка.
— Я ей не особенно интересен. А вот Уилл…
Брат застонал.
— Она сделала его своим главным проектом.
— Проектом?
— Влиятельный Дом, полезная Фракция, нужные знакомства, а в будущем — подходящая партия. — Малбек почти рассеянно перечислил всё на пальцах. — И, справедливости ради, я уверен: она искренне считает, что помогает ему.
— Я почти не могу тренироваться, — пожаловался Уилл. — Постоянно очередной ужин, приём или бал, на который я якобы обязан идти.
— По словам Гилфры, это тоже тренировка, — заметил Малбек.
Уилл закатил глаза.
— «Общение с другими талантливыми детьми» и «создание связей, которые пригодятся на всю жизнь».
Ариен моргнул.
— Так вот о каких новых друзьях ты постоянно писал в письмах.
— «Друзья». — Слово прозвучало так, будто оно было оскорбительным. — Гнездо змей. Видел бы ты их, когда я только приехал. Половина вела себя так, будто я принёс с собой какую-то провинциальную заразу. Один мальчик даже зажал нос, когда я проходил мимо.
Ариен нахмурился. Уилл ухмыльнулся.
— А потом я открыл Систему раньше большинства.
— Понятно.
— Вдруг все вспомнили, как меня зовут. Улыбались, поздравляли, начали приглашать повсюду. — Уилл чуть погрустнел. — Я не знал, что и думать. Ещё несколько недель назад половина из них даже разговаривать со мной не хотела.
Ариен знал, что Уилл живёт у родственников, но никогда не слышал ничего из этого. Наоборот, ему было легче от мысли, что в Вейхолде за другом присматривает взрослый. Его беспокоило, что Уилл ничего такого не писал. Ни про бессонные ночи, о которых раньше говорил Малбек. Ни про эти приёмы. Ни про то, что с ним обращались как с провинциальным простаком.
Сам Ариен спокойно жаловался в письмах на дождь, работу, скуку и дюжину других вещей, которые теперь казались мелочами. Надо было догадаться: если Уилл считал разговор о своих бедах жалобами, то худшее он утаит.
— Мы рассказываем тебе это, чтобы ты знал, чего ожидать, — сказал Малбек. — Гилфра обрадовалась, когда Уилл сообщил, что хочет пригласить тебя в Вейхолд. К счастью, мы рассказали ей немного. Только то, что ты собираешься подать заявление в Академию.
Ариен сразу повернулся к нему.
— Мне ведь не придётся ходить на эти приёмы?
Уилл слишком быстро улыбнулся.
— Мы не знаем, — сказал Малбек.
Замечательно.
В планах Ариена на лето не было проводить время в окружении заносчивых детей. Ему нужен был каждый свободный день, чтобы наверстать упущенное перед началом занятий. У большинства знатных детей за плечами уже были годы магической теории.
— Я бы настоятельно советовал не рассказывать про Аспект Жизни, — продолжил Малбек. — И не показывать всю силу своей магии. Восьмёрка и так привлечёт достаточно внимания.
Ариен задумался.
— Может, скажем, что я Девятка?
Оба брата несколько секунд смотрели на него, а затем рассмеялись.
— Что?
— Ариен, — выдавил Уилл, — ты давно смотрелся в зеркало?
Ариен нахмурился.
— Да?
— Ты едва выглядишь на семь.
— Что? Почему?
Уилл беспомощно показал на него.
— Ты вырос с нашей последней встречи, лицо стало немного резче, но всё равно выглядишь…
— Как юный эльф, — подсказал Малбек.
— Именно! Или как подросток, который при открытии Системы вложил все свободные очки Атрибутов в Живучесть.
— А Живучесть тут при чём? — стараясь говорить спокойно, спросил Ариен.
— При том, — ответил Малбек. — Живучесть влияет на продолжительность жизни. Она также замедляет старение, а на достаточно высоких уровнях это становится заметно.
Уилл ухмыльнулся.
— Поэтому половина знатных девушек на приёмах Гилфры вкладывает туда все свободные очки.
— Не половина, — сказал Малбек.
— Большинство?
Малбек промолчал.
Ариену это не показалось смешным.
— А как же маги, живущие сотни лет?
— За это во многом отвечают Атрибуты Профессии. Маг получает по одному очку Живучести за уровень. Новичок-маг — всего половину, поэтому…
Малбек осёкся и прищурился. Несколько секунд беззвучно шевелил губами, что-то подсчитывая.
— Что? — спросил Ариен.
Малбек снова посмотрел на его лицо, беззвучно шевеля губами.
— Какой у тебя уровень?
Ага.
— Десятый.
Малбек так резко выпрямился, что даже Уилл удивился.
— Ты уже десятого уровня?
— Это проблема?
— Нет. Совсем наоборот.
— Жизнь — Редкий Аспект. У тебя уже есть специализация, два Необычных Навыка, ещё один Редкий Навык… — Глаза Малбека чуть расширились. — Да. Этого может хватить. — Он подался ближе. — Скажи, что ещё не выбрал Профессию.
Ариен замешкался ровно настолько, чтобы Малбек встревожился.
— Не выбрал.
Маг выдохнул.
— Хорошо.
— Почему?
— Если выполнишь остальные требования до одиннадцатого уровня, возможно, сразу получишь Профессию Мага, минуя Новичка-мага.
Малбек был по-настоящему взволнован. К сожалению, Ариен уже получил Профессию Мага и был пятнадцатого уровня, но не видел смысла это упоминать.
— Какие именно требования?
— Для Новичка-мага обязательно «Чувство маны» и хотя бы один подходящий Навык разума. «Медитация», «Слова магии», Аспект. Даже такой простой Навык, как «Чтение», подойдёт.
— А для Мага?
— И «Чувство маны», и «Управление маной» обязательны, а также четыре подходящих Навыка разума. — Малбек загибал пальцы. — У тебя уже два Аспекта, так что если успеешь получить «Медитацию» и «Слова магии» до одиннадцатого уровня…
Малбек покачал головой, всё ещё слегка недоверчивый.
— Большинство студентов выполняет эти требования лишь несколько уровней спустя. Если стать полноценным Магом в десять лет, ты сразу получишь более сильные бонусы Профессии, а не потеряешь очки на Новичке-маге. — Он чуть понизил голос. — У меня самого так не получилось.
Ариен изучал его.
— А разницу уже не наверстать?
— Нет.
Ариен сохранил бесстрастное лицо. Значит, немедленный выбор Профессии Мага оказался ещё ценнее, чем он думал.
— Тогда мне есть чем заняться.
— Ты не представляешь, как я тебе завидую, — признался Малбек. — Редкий Аспект, ранняя Система и возможность сразу стать настоящим Магом… — Он долго смотрел на Ариена. — У тебя может получиться преодолеть Проклятие средних уровней.
Уилл моргнул.
— Что ещё за проклятие?
Ариен собирался спросить то же самое.
— Это не настоящее проклятие. Просто название.
— Чего?
— Закономерности в развитии. — Малбек положил руки на колени. — На двадцать пятом уровне опыт, необходимый для следующего уровня, увеличивается с двух с половиной тысяч до пяти тысяч. Дальше развитие только замедляется. Навыки растут медленнее, безопасно получить полезную Специализацию становится труднее, а люди, которые годами быстро развивались, могут десятилетиями почти не продвигаться.
Пять тысяч Ариену совсем не понравились. Необычный Навык давал ему сорок единиц опыта за уровень. Чтобы набрать такую сумму, требовалось бы поднять уровень Навыка сто двадцать пять раз.
— А потом?
— Некоторые больше не двигаются. Те, кому удаётся преодолеть застой, обычно привлекают гораздо больше внимания. К тому времени они уже доказали, что прошли барьер, останавливающий большинство, поэтому Фракции и знатные Дома куда охотнее вкладывают в них ресурсы.
— И развитие становится проще.
— Именно. Лучшие наставники, более редкие материалы, больше возможностей. Успех обычно приносит поддержку, необходимую для дальнейшего успеха.
Малбек поднял руку.
— Но тебе десять. О двадцать пятом уровне подумаешь, когда до него доберёшься. А сейчас есть куда более близкая угроза. — Его лицо стало серьёзным. — Тётя Гилфра.
Ариен вздохнул.
— Ты уже сказал ей, что я собираюсь подать заявление в Академию. Пока ей этого достаточно.
Малбек изучал его.
— И что именно ты скажешь, чему собираешься учиться?
— Ещё не решил. — Ариен пожал плечами. — Может, боевому искусству. Может, управлению. Я приехал в Вейхолд, чтобы посмотреть, какие вообще есть варианты.
Уилл фыркнул.
— Ей понравится такой ответ.
— Почему?
— Потому что тогда она попробует решить за тебя.
По лицу Уилла расплылась озорная улыбка.
— Зато теперь будем страдать вместе.