Когда они пришли, таверма уже была битком набита. Впрочем, Рейна, как всегда, проявила находчивость и заранее забронировала для компании столик в углу на первом этаже. Все удобно разместились.
Иногда они выбирали другие заведения — обычно куда более престижные, — но для такого важного события, как окончание очередного семестра, почти единогласно остановились на «Протекающей кружке». Тёмные деревянные столы, уютный свет и неизменный запах пива напоминали Ариену старые ирландские пабы с Земли.
Это было одно из самых дешёвых заведений Порта, и здесь не подавали широкого выбора сладких вин, на отсутствие которых девушки часто жаловались. Зато здесь была леди Лорис.
Хозяйка давно окончила Дом Арфы и по неизвестной Ариену причине осталась при Академии, превратив таверну в своего рода пристанище молодых артистов. Ученики старших курсов и выпускники, приезжавшие в гости, регулярно выступали на небольшой сцене первого этажа, а учеников Дома Арфы обычно не приходилось долго уговаривать присоединиться.
Благодаря Куполу тишины Пори до Ариена и его друзей доносились лишь приглушённые звуки музыки и разговоров. После нескольких кружек они больше увлеклись беседой и спорами, чем игрой арфистов, скрипачей и певцов внизу.
До этого обычно доходило позднее вечером.
— Слышали, Адам вызвал Базиля на дуэль? — спросила Пори.
— Опять? — с явной скукой отозвалась Джилли.
— Что на этот раз?
— Похоже, Базиль настроил против него кого-то из его класса. А вы знаете Адама…
— Сумасшедший? Хам? Выскочка? Грубиян? — рассмеялась Рейна.
— Смелый, — тихо вставил Уилл. — Он защищает слабых. Это хорошее качество.
— Ох, Уилл, душка, — простонала рыжеволосая девушка. — Он собирает вокруг себя последователей. Уверена, как только наберёт достаточно влияния, то продаст их за хорошую цену.
— Рей, тебе обязательно считать, что у каждого есть какой-то тайный зловещий мотив? — вздохнул Ариен.
— Не у каждого, — возразила она. — Но у Адама точно. Иначе его поступки не имеют смысла. Он собирает учеников из бедных семей, чтобы укрепить своё положение в качестве их лидера. Всё очевидно.
— Или просто защищает таких же, как он сам. Тех, кто поступил в Академию благодаря мане, но за кем не стоят ни власть, ни деньги, — возразил Ариен.
Сам он весьма уважал однокурсника. В Адаме Утелсоне было много черт, которые Ариен раньше связывал с героями фэнтезийных книг: талант, амбиции, готовность защищать слабых и почти полное отсутствие терпения к компромиссам.
— Все же знают, какой Базиль мерзавец.
— Ариен, иногда ты бываешь невероятно непроницательным, — простонала Рейна, прижав ладонь ко лбу. — Борьба за равенство сословий длится уже веками. Каждый раз, когда простолюдин поднимается по социальной лестнице, первое, что он делает, — вступает в высшее сословие и убирает за собой лестницу. Такие уж крестьяне. Их интересуют только деньги.
— Любопытно, — улыбнулся Ариен. — Столько нового узнаю о себе. Разговоры с тобой всегда такие познавательные, Рей.
— Но… Ариен… — Рейна запнулась, осознав, что сказала.
— Что? Я четвёртый сын фермера. Полагаю, это тоже относит меня к крестьянам, о которых ты так лестно отзывалась.
Он не обиделся. Ему просто нравилось смотреть, как Рейна теряется, если ему удавалось застать её врасплох. Такое случалось редко.
— Ариен, но ты… ну… другой, — наконец выговорила она. — Вы ведь все согласны, что Ариен не говорит, не выглядит и не ведёт себя как сын фермера?
Она обернулась к остальным, явно надеясь на спасение.
— Только не на меня смотри, — сказала Джилли, явно наслаждаясь неловкостью Рейны. — Мой прапрапрадед ещё был крестьянином. Иногда просыпаюсь среди ночи и пересчитываю монеты в кошельке. Наверное, это крестьянские инстинкты.
— Я даже ничего не слышал о своём прадеде, — добавил Мэтт.
— Всё, хватит. Перестаньте травить бедную Рей, — вмешалась Пори, как обычно пытаясь всех примирить. — Мы знаем, что она не имела в виду кого-то конкретного. Но тебе и правда не стоит так обобщать, Рей. Ты же прекрасно знаешь: знать и купцы не хуже других продаются за деньги и влияние. Вопрос только в цене.
Она посмотрела на подругу выразительно, и Ариену показалось, что Пори намекает на что-то за пределами их разговора.
— Ты права, — тихо признала Рейна.
— Слышали, принц Седрик собирается отправиться в Затерянные провинции во время экспедиции восьмого курса? — сменил тему Себастьян.
Джилли фыркнула.
— Конечно, наш золотой мальчик отправится в грандиозное приключение, где наверняка найдёт пару Порталов и вернётся с сундуком артефактов.
— Кто-то завидует, — заметил Ариен.
— Сейчас получишь, — огрызнулась Джилли, сверкнув на него глазами. — Седрик то, Седрик сё. Если бы он не был сыном принца Леонарда и за ним не стояли ресурсы Короны, он ничем не отличался бы от нас.
— Говорят, он тренируется весь день, — тихо сказал Уилл.
Джилли сделала большой глоток.
— Мы тоже много тренируемся!
— И, похоже, в Порту его никто никогда не видит, — добавил Уилл, не отводя от неё взгляда.
Мэтт громко прочистил горло.
— Кто знает? Может, через три года мы и сами отправимся в Затерянные провинции.
Ариен поднял кружку.
— За это выпью. Смерть монстрам!
— Смерть монстрам! — засмеялись остальные, поднимая кружки.
— Вот это было бы здорово! — загорелись глаза Джилли. — Настоящее приключение, дополнительные уровни, да ещё и добыча!
— Я бы не слишком рассчитывала на добычу, — сказала Пори.
— Почему?
— Затерянные провинции кишат монстрами, но тысячи экспедиций до нас давно собрали большую часть артефактов. — Пори убрала с лица прядь волос. — В глубине ещё могут быть сокровища, но даже Платиновые десятки боятся заходить так далеко.
— Иногда мне кажется, что я родилась слишком поздно, — простонала Джилли. — Как мне получать дополнительные уровни, если всё, что нам по силам одолеть, уже убито или принадлежит Фракциям, которые укрепляют собственных людей?
Никто не нашёлся, что ответить.
— По каким предметам вы меньше всего будете скучать? — наконец спросила Мадри, бездумно перебирая детали разобранного артефакта, разложенные перед ней на столе.
— Сравнительная теория маны, — сказала Джилли.
— МИСС, — одновременно ответил Ариен.
Мадри оскорблённо посмотрела на него.
— Ариен, что ты имеешь против измерений и стандартизации маны? Это чрезвычайно важные предметы — не только для создания артефактов, но и для обращения с ними и кристаллами маны!
— Может, если бы Хентрей не заставлял нас вычислять каждую микротему маны, которую мы теряем, положив два кристалла в один мешочек, уроки стали бы интереснее.
— Но такие расчёты невероятно важны при планировании экспедиции!
— Можно купить лишний кристалл и не беспокоиться, — сказал Ариен, проигнорировав её взгляд. — А ты, Джилли? Почему сравнительная теория маны? Думал, основы магической безопасности — твой главный кошмар.
— Да, раздражал, — признала Джилли. — Но хотя бы время от времени что-нибудь взрывалось, когда мастер перегружал артефакт. А от теорий, которые старые зануды выдумали двести лет назад, мне хотелось выпрыгнуть в окно. Если бы мастер Бронвик не повторял одни и те же экзамены каждый год, я бы наверняка провалилась.
— Ариен, если держать слишком много кристаллов рядом, то ещё…
— Мадри, пожалуйста. Только не ещё одна лекция. Давай так: перед каждой экспедицией я буду обращаться к тебе, а ты всё правильно посчитаешь.
Она на миг уставилась на него, словно не могла решить, обидеться ли на то, что он её перебил.
Затем слегка улыбнулась.
— Консультации платные.
— С удовольствием заплачу, если мне больше не придётся всё это считать самому, — согласился Ариен.
Он повернулся к Рейне, которая вела себя необычно тихо.
— Рей, а какие занятия на пятом курсе? Наверное, ты знаешь лучше всех.
Она серьёзно посмотрела на него.
— Готовьтесь. Всё, что было до сих пор, — детская игра.
Все замолчали, ожидая продолжения, но Рейна лишь покачала головой и снова уставилась на стол. Ариен заметил, как Пори и Себастьян переглянулись.
— Слышали, у короля появилась новая любовница? Говорят, какая-то графиня, — спросила Лели, явно пытаясь разрядить обстановку.
— У короля всегда новая любовница, — сказал Себастьян. — Это всё равно что заявить, будто Новая Империя и Старая Империя готовятся к очередной войне.
— Они действительно к ней готовятся, — вдруг вставил Мэтт.
— Вот именно. А у короля новая любовница. Некоторые вещи никогда не меняются.
— Нет, — покачал головой Мэтт. — Я не о привычных пограничных стычках. Начнётся большая война. Крупнейшая за десятилетия. Это почти наверняка.
— Мэтт, все, кто читает газеты, слышат о грядущей войне с самого окончания предыдущей. Когда она была? Сто лет назад? — ответила Рейна. — Рано или поздно кто-нибудь окажется прав. Война с тем же успехом может начаться при наших внуках.
— Я не читаю газет. Так говорит отец.
За столом воцарилась тишина. Мэтт редко говорил об отце, но все знали, что тот занимает высокую должность в армии.
— И откуда он знает? — спросила Рейна.
— Знаете, что нужно для большой войны? — спросил Мэтт в ответ.
— Солдаты, — сказала Джилли.
— Еда и сталь, — ответил Мэтт. — В большой кампании побеждает тот, кто способен снабжать армию. Отец говорит, что в крупных войнах не меньше полководцев побеждают чиновники. Героизм, тренировки, могущественные маги и блестящие стратеги ничего не значат, если солдатам нечего есть и нечем сражаться.
— Недавний рост цен на зерно и железную руду, — пробормотала Рейна.
Мэтт указал на неё.
— Именно. Обе страны ограничили экспорт и одновременно скупают всё, что могут, на внешних рынках. Цены взлетели до небес. Помните беспорядки в Лиге две недели назад? Цены на хлеб утроились за одну ночь, и люди вышли на улицы. Новая и Старая Империи уже настроили против себя многие страны. Они не стали бы рисковать репутацией и финансами, если бы война не была весьма вероятной.
— Отец говорил, кто победит? — спросил Ариен.
За четыре года в Академии Ариен наконец узнал об Аринте достаточно, чтобы следить за подобными разговорами. Войны между отдельными странами случались часто, но последний конфликт, охвативший большую часть континента, закончился более четырёх столетий назад. Тогда Империя Трёх Солнц потерпела поражение в попытке подчинить соседей и в итоге распалась на несколько государств, включая Виндор.
— Республика, Лига, возможно, Виндор и ещё несколько стран, которые с радостью будут продавать припасы обеим сторонам, — ответил Мэтт.
— Ненавижу войны, — сказала Лели. — Столько же всего интересного можно делать. Почему всем так нравится убивать друг друга?
Ариен отпил ещё из кружки.
— Раз уж заговорили о сражениях, слышали что-нибудь о Фенорке? Говорят, Тирания снова совершила набег на восточную границу.
— Небольшой налёт. Армия уже взяла район под контроль, — уверенно ответила Рейна.
— Наша армия всегда берёт район под контроль уже после нападения, — горько сказал Ариен, вспомнив столбы дыма восьмилетней давности. — Почему Виндор не наносит ответный удар?
— Потому что никто не знает, по кому бить, — неожиданно ответила Джилли.
Все повернулись к ней.
— Что? Мой отец был в Тирании после первых нападений. Несколько лет назад я всё-таки вытянула из него эту историю.
— Армия не входила в Тиранию, — возразила Пори.
— Официально — нет, — согласилась Джилли. — Это считалось бы формальным вторжением. — Она усмехнулась. — Отец взял отпуск и поехал осматривать достопримечательности с компанией друзей. Если понимаете, о чём я.
— Расскажешь? — спросил Ариен, подавшись вперёд.
Если отец Джилли и правда пересекал границу Тирании после нападений, это могло стать первой достоверной историей от человека, побывавшего там.
Надеюсь, вам интересно узнать историю падения Кротона. Она займёт всего одну главу :).
Есть безумные предположения, что там произошло?