Один из слуг Гилфры спешил через сад к ним.
— Обед, — сразу объявил Уилл.
Он посмотрел на Ариена.
— Ты правда сегодня расскажешь тёте Гилфре про ману?
— Думаю, придётся.
Уилл ухмыльнулся.
— У неё ещё почти неделя, чтобы устроить вечеринку до регистрации.
— Спасибо. Я об этом не подумал.
— Всегда пожалуйста.
Ариен вздохнул.
Последние несколько недель он позволял Гилфре верить, что всё ещё выбирает между боевым путём и управлением. Эта отговорка продержится только до регистрации. Как только он поступит в Дом Магии, она поймёт, что он что-то скрывал.
Раз уж она всё равно узнает, Ариен предпочитал рассказать сам и контролировать, сколько именно она выяснит. Ману скрыть невозможно, зато Аспекта Жизни достаточно, чтобы объяснить перемену планов. Всё остальное останется при нём.
— К тому же, если я хочу приезжать сюда на выходные, не помешает, чтобы она верила: я доверял ей настолько, что рассказал до того, как регистрация сделала бы всё очевидным.
— Ты правда хочешь возвращаться?
— Да.
— Зачем?
— Потому что некоторые из нас ценят цивилизацию.
— Я остаюсь в кампусе. Малбек говорит, там потрясающие тренировочные площадки.
Ариен покачал головой. Уилл никогда не поймёт. Для него жить в комнате с четырьмя другими мальчиками звучало приключением, а Ариен уже скорбел о потере отдельной комнаты.
Студентов Дома Магии селили по двое, а не по пятеро, что было лишь немного менее ужасно. В комнате всё равно окажется кто-то ещё, и, что хуже, не будет личной ванной. Он только недавно снова открыл для себя горячий душ. Лишиться его снова было бы излишней жестокостью.
— Молодые господа, — окликнула их служанка, подойдя ближе. — Обед скоро подадут. Леди Хольфберг просила напомнить господину Уиллу, что перед столовой ему следует привести себя в порядок.
Уилл посмотрел на себя, и Ариен проследил за его взглядом.
Одна штанина была размазана грязью и зеленью от травы.
Возможно, Гилфра была права.
Четверо сидели за обеденным столом и доедали десерт. Вернее, Уилл и Ариен заканчивали уже вторые порции черничного мороженого. Малбек и тётя Гилфра перешли на кофе.
— Буду скучать, — сказала Гилфра, пока Ариен соскребал со стенок чаши последние следы мороженого. Она посмотрела на Уилла, потом на него и вздохнула. — Когда вы уедете, в поместье будет ужасно пусто.
Ариен посмотрел на неё через стол.
За последние недели он понял, что Гилфра даже обычное замечание могла произнести театрально. Но на этот раз она, кажется, говорила искренне.
Она была эффектной женщиной, вероятно, средних лет, хотя Ариен всё чаще сомневался, что внешность в Эрадоре помогает определить возраст. Густые светлые локоны выглядели подозрительно блестящими, а на коже было меньше возрастных следов, чем он ожидал.
Возможно, помогали дорогие эликсиры.
Она предпочитала вычурные платья, яркие украшения и такие декольте, что Ариену иногда приходилось тщательно следить, чтобы смотреть ей в глаза.
— Всегда можете устроить ещё одну вечеринку, — предложил Уилл.
Гилфра вздохнула ещё драматичнее.
— Ты не понимаешь, милый. Только когда ты переехал ко мне, я осознала, чего не хватало этому дому. Детского смеха. Топота ног. Игр в саду…
— Не помню, чтобы мы много играли.
— Твоя полоса препятствий!
— Это тренировка.
— Тебе нравится.
— От этого она не становится игрой.
Гилфра посмотрела на Ариена в поисках поддержки. Он сосредоточился на пустой чаше.
— Поначалу я боялась, что ты сломаешь там шею, — продолжила она. — Но потом увидела, как тебе это нравится.
Уилл нахмурился.
— Одна служанка сказала, что вы хотели её убрать, потому что она портит сад.
— Кто тебе это сказал?
— Не помню.
— Это была Хелия? У этой девочки от мозга работает, может быть, четверть, а я не раз говорила ей не…
— Неважно. — Уилл отмахнулся. — Можете снести её, когда я уеду в Академию.
Раздражение Гилфры исчезло почти так же быстро, как появилось.
— Тебе правда нужно ехать в этом году?
Уилл застонал.
— Тётя…
— Я просто спрашиваю. Некоторые мои друзья отложили поступление детей на год. Нет ничего постыдного в том, чтобы приехать лучше подготовленным.
— У них, наверное, Система ещё не была открыта.
— У некоторых не была.
— Тогда у них не было особого выбора. — Уилл покачал головой. — Год в Академии даст мне больше, чем ещё один год здесь. И я не неподготовлен. Магистр Дерил и магистр Ёкай — прекрасные наставники. — Он помедлил, вспомнив о вежливости. — И я благодарен, что вы их наняли.
— Я хочу для тебя только лучшего.
— Знаю.
Затем Уилл указал ложкой на Ариена.
— К тому же он на год младше, а тоже поступает.
Гилфра посмотрела на Ариена.
— Да, но Ариен всё ещё решает, чему хочет учиться, не так ли, дорогой? Может быть, управлению? Это безопаснее и тоже приносит доход…
Ариен ждал момента, чтобы поднять эту тему без необходимости навязывать разговор. Лучше возможности, похоже, не будет.
— Вообще-то, планы изменились.
Гилфра наклонила голову.
— Да?
— Я открыл Систему ещё до отъезда из Рибенна.
Она приподняла брови.
— Правда?
— Да.
Ариен виновато улыбнулся.
— Наверное, стоило рассказать раньше. Я просто не знал, что с этим делать, а потом всё произошло очень быстро.
— Ариен, дорогой, тебе не за что извиняться. Это чудесная новость. Значит, ты решил поступать в Дом Меча?
— Не совсем.
Он взглянул на Малбека. Маг наблюдал за ним поверх кофейной чашки.
— Малбек рассказал мне о разных Домах. После разговора с ним я решил, что Дом Магии подходит мне гораздо больше.
Гилфра застыла.
— Ты видишь ману?
— Да.
Гилфре потребовалось мгновение, чтобы ответить, и Ариена это почему-то порадовало.
— Что ж. — Она медленно поставила чашку. — Это многое меняет.
— И ещё кое-что, — сказал Ариен. — Я уже открыл Аспект.
Взгляд Гилфры стал острее.
— Какой?
Ариен помедлил. Именно это он и обдумывал, рассказывать ли. Ману невозможно будет скрыть, когда он зарегистрируется в Доме Магии, и раннее открытие Системы тоже станет очевидным. Но Аспект Жизни — другое дело.
Зато он давал Гилфре простое объяснение внезапной перемены планов. А ещё повод считать, что его стоит держать поближе, несмотря на хлопоты.
С этим он мог смириться.
— Жизнь.
Гилфра моргнула.
— Аспект Жизни?
— Малбек считает, что я могу стать целителем.
Гилфра посмотрела на Малбека. Тот едва заметно кивнул.
Она повернулась к Ариену с широкой улыбкой.
— Дорогой, это замечательно!
Её реакция была теплее, чем ожидал Ариен.
— Я знаю нескольких целителей в Вейхолде. Хороших, не тех ужасных закоулочных лекарей, которые выучили три приёма и уже называют себя врачами. Я могла бы вас познакомить.
— Правда, не нужно…
— Пустяки.
— Я скоро буду жить в кампусе.
— Тем более надо всё устроить заранее.
Уилл медленно опустил ложку.
— Ты мог бы познакомиться с ними здесь, — продолжала Гилфра. — Если попрошу, магистр Велрин наверняка придёт, возможно, леди Ассера. Хотя они с Велрин с тех пор не разговаривают, как разгорелась история с правлением больницы, так что, может быть, лучше по отдельности…
Ариен начал понимать масштаб своей ошибки.
— Правда, тётя Гилфра, вы и так сделали для меня более чем достаточно.
— Никаких «но, дорогой». — Она отмахнулась. — Уилл относится к тебе как к брату. Для меня это почти делает тебя членом семьи.
Впервые Ариен не мог сразу определить, было ли это светской уловкой или просто Гилфрой.
Возможно, разницы и не было.
— К тому же целители бывают очень разные, — продолжила она. — Среди них есть прекрасные люди. Другие едва лучше мошенников. А с таким ценным Аспектом в твоём возрасте… Некоторые увидят сперва неопытного провинциального мальчика и лишь потом — тебя самого.
В этом Ариен ничуть не сомневался.
— Я себе никогда не прощу, если кто-нибудь воспользуется твоей неопытностью. Это напоминает мне историю подруги, чей дядя однажды нанял молодого целителя из южного Виндора…
Ариен посмотрел на Уилла.
Его стул был пуст.
И Малбек тоже исчез.
Предатели.
Следующие полчаса Гилфра знакомила его, похоже, с неисчерпаемым перечнем молодых провинциалов, которые приехали в Вейхолд и были обмануты, ограблены, введены в заблуждение, соблазнены невыгодными контрактами или иным образом погублены людьми поопытнее.
Ариен кивал в нужные моменты, издавал подобающие возмущённые звуки, а иногда даже задавал вопросы.
Тем временем часть его мыслей уже вернулась в комнату в другом крыле: к матрасу, чистым простыням и, самое главное, душу.
Уилл и Малбек могли сколько угодно насмехаться над Гилфрой и сбегать при первой возможности.
Они не провели большую часть жизни во вонючей от дыма комнате вместе со всей семьёй, не ели хлеб с сыром в половине случаев и не грели воду для купания над огнём.
Гилфра, возможно, и обовьёт его жизнь, как особенно ласковый удав, но Ариен мог с этим смириться.
У неё был горячий душ и черничное мороженое.