Главная причина, по которой Чжао Хай не хотел раскрывать свою личность, заключалась в том, что помимо Люй Вэя и Императора призраков Иньфэна у него был ещё один враг. И этот враг был куда сильнее и страшнее, чем Люй Вэй и Иньфэн.
Этим врагом был Павильон десяти тысяч сокровищ.
О Люй Вэе Чжао Хай уже знал. Тот был старейшиной Секты Пяти Совершенств. Но старейшина — ещё не значит, что у него много власти.
Ведь, попав в Цзичжэньцзе, Чжао Хай узнал: в каждой крупной школе множество старейшин. Люй Вэй, возможно, всего лишь обычный старейшина Секты Пяти Совершенств.
А почему Люй Вэй, будучи обычным, лишённым реальной власти старейшиной, мог обладать способностью собирать силу веры в низших плоскостях — это тоже легко объяснить. Потому что все, кто на это способен, почти всегда скрывают этот секрет. Даже самым близким людям не рассказывают.
А для сбора силы веры из низших миров требуется особое снаряжение. Это снаряжение должно быть связано с низшим миром. И такое снаряжение не обязательно достаётся тому, кто сильнее, — порой всё решает случай.
Именно поэтому, изучив в сети сведения о Секте Пяти Совершенств и её мастерах, Чжао Хай не нашёл имени Люй Вэя. Это укрепило его уверенность: Люй Вэй, скорее всего, обычный старейшина без реальной власти.
Об Императоре призраков Иньфэне и говорить нечего.
Иньфэн, как и его имя, был по сути одиноким призраком-бродягой, лишь немного сильнее прочих, без всяких корней. Возможно, по счастливой случайности он заполучил нечто, ведущее в Преисподнюю. Потому, хоть он и силён, Чжао Хай его не слишком боялся — возможности одного человека всё же ограниченны.
К тому же Иньфэн когда-то нажил себе врага — мастера невероятной силы, который гнал его так, что он спрятался. Сейчас он почти не смеет показываться. В таком положении ему вряд ли есть время гнаться за Чжао Хаем.
А Павильон десяти тысяч сокровищ — совсем другое дело.
Павильон десяти тысяч сокровищ — крупный торговый дом мира культивации. Можно сказать, одна из значительных сил мира культивации. Их дела в мире культивации обширны, потому денег у них много, а запасы богаты. Это позволяет им нанимать множество мастеров.
Можно сказать, нажить себе такого врага — не слишком разумно.
К тому же через сеть Чжао Хай выяснил и кое-что ещё.
Павильон десяти тысяч сокровищ смог так быстро подняться в основном потому, что прославился продажей иньских товаров, редких в мире культивации.
Увидев это, Чжао Хай понял: у него большие неприятности.
Для торговца перекрыть источник дохода — всё равно что нажить вечную, неразрешимую вражду. А Чжао Хай как раз перекрыл Павильону десяти тысяч сокровищ источник дохода.
Именно потому, что он перекрыл им доход, вражда с Павильоном была самой глубокой.
И Павильон отличался от Люй Вэя и Иньфэна. Чжао Хай нажил врага не в лице кого-то из Павильона, а всего Павильона целиком. Узнай Павильон, кто он, — и беды не оберёшься.
Хотя Чжао Хай крепко насолил Павильону, тот не знал, как он выглядит. В конце концов, в Преисподней они установили лишь телепортационную формацию, а через неё Чжао Хая не увидеть.
А Люй Вэй и Иньфэн — другое дело. Их осколки души видели лицо Чжао Хая. Узнай они о его связях с Павильоном, те могли бы объединиться против него.
Чжао Хай этого не хотел. Потому он и стремился сразиться с Люй Вэем и Иньфэном, а лучше — убить их. Тогда он будет в безопасности.
Пока Чжао Хай размышлял об этом, Лаура и остальные уже закончили рассказывать Маглэй обо всём, что Чжао Хай делал в низшем мире.
Они рассказывали не только словами — кое-что показывали на экране, что было убедительнее.
Кроме всего, что сделал Чжао Хай, Лаура и остальные рассказали Маглэй и о пространстве — о его удивительных свойствах, отчего Маглэй обомлела.
Когда рассказ закончился, Лаура обернулась к Маглэй:
— Маглэй, мы давно заметили, что ты неравнодушна к Хай-гэ. Мы и сами подталкивали его ухаживать за тобой, потому что ему нужен твой статус, чтобы лучше влиться в род Ашли. Но Хай-гэ не хотел ухаживать по этой причине, потому и держался с тобой на расстоянии. Если бы ты сегодня не призналась, он, пожалуй, никогда бы не показал тебе это место — ведь здесь его основа, самое главное, что позволяет ему быть на высоте. Понимаешь?
Маглэй кивнула.
Лицзи взглянула на неё:
— Именно из-за удивительных свойств пространства Хай-гэ не станет легко раскрывать его существование. То, что он сегодня пустил тебя сюда, значит, он и вправду к тебе неравнодушен. И ты к нему тоже. Если же ты не хочешь делить его с нами и решишь уйти, то, Маглэй, прошу, забудь навсегда сегодняшнее. Иначе Хай-гэ не найдёт места во всём мире.
Маглэй взглянула на Лауру и остальных и вдруг улыбнулась:
— Я уже решила быть с Чжао Хаем и не пожалею. То, что он ради вас не стал сам сближаться со мной, уже говорит: если я стану его женой, он не предаст меня. Такого мужчину грех не выбрать.
Услышав это, Лаура и остальные радостно вскрикнули.
Лаура схватила Маглэй за руку и с хихиканьем сказала:
— Вот и отлично! Быстрее, Мэйгэн, сделай Маглэй причёску. Сегодня же устроим ей с Хай-гэ первую брачную ночь.
Маглэй покраснела, но улыбающаяся Мэйгэн уже утащила её.
Тут Лаура крикнула:
— Хай-гэ, Хай-гэ, заходи скорее!
Чжао Хай, погружённый в размышления, очнулся и, мелькнув, вошёл в пространство. Увидев улыбающуюся Лауру, он опешил:
— Что случилось?
Лаура, глядя на него, улыбнулась:
— Хай-гэ, Маглэй согласилась выйти за тебя. Готовься, сегодня у вас первая брачная ночь. Сначала сделаем дело, а там разберёмся.
Чжао Хай горько усмехнулся:
— Маглэй только что узнала о пространстве, и сразу брачная ночь — не слишком ли спешно?
Лаура закатила глаза:
— Хай-гэ, ну ты и глупец! Маглэй сегодня призналась тебе, чего ещё бояться? Готовься.
Чжао Хай горько усмехнулся:
— Что готовить? Ладно, пусть будет так.
Но Лаура не согласилась: велела Чжао Хаю превратить одежду в церемониальный наряд, усадила его и принялась укладывать волосы. Только после официального обряда с Маглэй можно было отправлять их в опочивальню.
Чжао Хай не был женщиной и не знал, как много для них значит свадьба. Особенно с любимым мужчиной — они придают обряду огромное значение. Будь Чжао Хай слишком небрежен, это оставило бы в душе Маглэй сожаление на всю жизнь.
Вскоре Лаура и остальные вывели Маглэй. Чжао Хай тоже был готов. Лаура и остальные провели для них простую китайскую свадебную церемонию и лишь затем отправили в опочивальню.
Глядя, как Чжао Хай и Маглэй скрываются в комнате, Лаура с облегчением выдохнула. Убрав всё, она сказала:
— Ну вот, дело Маглэй наконец решено. Думаю, теперь положение Хай-гэ в роду Ашли укрепится. Постепенно, с помощью Маглэй, мы сможем быстрее решить вопрос с нашими документами.
Лицзи и остальные кивнули.
Честно говоря, они вовсе не завидовали Маглэй. У Чжао Хая уже столько жён, что ещё одна ничего не меняет. Убравшись, все пошли отдыхать.
О первой брачной ночи Чжао Хая и Маглэй и говорить нечего.
Наутро они встали, позавтракали, попрощались с Лаурой и остальными и вышли из пространства.
Едва выйдя, Маглэй сказала:
— Хай-гэ, хоть мы и стали мужем и женой, я думаю, пусть тот человек пока не знает. Иначе неизвестно, что он выкинет.
Чжао Хай горько усмехнулся:
— Маглэй, ты недооцениваешь силы рода. Ты осталась у меня на ночь — как вождь может не знать? Оставайся здесь.
Маглэй испугалась:
— Что же делать? А если он не согласится?
Чжао Хай слегка улыбнулся, обнял её:
— Не волнуйся, ничего не случится. Садись. Думаю, скоро придут командир лагеря и остальные. Вчера мне показалось, что у него ко мне дело.
Маглэй отозвалась, но всё же покраснела и тихо села.
Чжао Хай взмахнул рукой, и на столе появился чайник с чаем. Это был не здешний чай, а из пространства. А пространственный чай куда лучше здешнего.
Едва они выпили по чашке, как пришли Дебаль и двое других.
Увидев Маглэй, они не удивились. Она часто бывала у Чжао Хая, к этому привыкли.
Усадив их, Чжао Хай налил им чаю. Но это был уже не пространственный чай — тот он убрал.
Отпив чаю, Дебаль сказал Чжао Хаю:
— Сяо Хай, готовься, мы скоро выходим — на отборочный турнир.
Чжао Хай не возражал, лишь кивнул:
— Хорошо, мне собираться недолго, готов в любой момент.
Дебаль кивнул и с серьёзным лицом произнёс:
— Сяо Хай, этот отбор очень важен для рода Ашли. Ты должен добиться хорошего результата, иначе у рода будут большие неприятности.
Чжао Хай кивнул:
— Да, не беспокойтесь, командир лагеря. Операция рода Чжан в итоге свелась лишь к тому, что они окружили нас и больше ничего не предпринимали. Во-первых, боялись больших потерь; во-вторых, хотели запереть нас в метеоритном поясе и не пустить меня на отбор. Верно?
(Конец главы)