Едва Чжао Хай и Маглэй вошли в пространство, как Лаура и остальные вышли им навстречу.
Лаура посмотрела на Чжао Хая:
— Брат Хай, всё готово.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо. Хочу взглянуть, что это за люди, раз ведут себя так нагло.
С этими словами он прошёл вслед за Лаурой и остальными через комнату и сел.
Когда все расселись, Лаура включила экран.
На экране появилась небольшая лодка. Эта маленькая деревянная лодчонка казалась совсем крошечной, без паруса и без вёсел. Но на ней красовался небольшой герб. На гербе был изображён меч — меч без ножен, устремлённый в небо, казавшийся невероятно острым.
Лаура негромко произнесла:
— Мы проверили в сети. Этот герб принадлежит Павильону Меча. Павильон Меча — это средняя по величине школа культиваторов меча в мире культивации. Все её последователи всю жизнь совершенствуют один меч. Когда человек вступает в школу, старейшины Павильона Меча, исходя из его особенностей, выковывают ему меч. Этот меч делают из лучших материалов, но лишь на стадии заготовки. Затем человек помещает его в свой даньтянь и взращивает. Можно сказать, постепенно меч становится им, а он — мечом, достигая истинного единства человека и меча.
Тут Лаура перевела дух и продолжила:
— Именно поэтому Павильон Меча, будучи всего лишь средней школой, занимает в мире культивации весьма высокое положение. Ведь культиваторы меча из Павильона Меча по силе атаки не имеют равных во всём мире культивации.
Чжао Хай кивнул.
Меч сам по себе — оружие убийства. Если человек всю жизнь постигает путь меча, его сила атаки, разумеется, не может быть слабой.
Лаура продолжила:
— Лишь достигнув стадии формирования ядра, они начинают учиться пользоваться другими магическими сокровищами. До формирования ядра им запрещено использовать любые сокровища. А их золотое ядро сливается воедино с их жизненным мечом-фацзянь, и это называют мечом-ядром: ядро — это меч, а меч — это ядро.
Чжао Хай кивнул:
— Неплохо. Похоже, Павильон Меча и вправду не прост. Такой метод совершенствования встречается редко.
Лаура кивнула:
— Да. Сейчас сила Павильона Меча значительно возросла по сравнению с прошлым. Хотя люди в мире культивации живут долго, но если они не достигли уровня вечной жизни, то всё равно умирают. Когда культиватор Павильона Меча чувствует приближение смерти, если не случается чего-то непредвиденного, он возвращается в свою школу и в запретной земле — Могильнике мечей — тихо ждёт конца. После смерти в его теле остаётся частица божественного чувства, которая входит в его жизненный меч-фацзянь, а сам меч остаётся в Могильнике мечей. И каждый раз, когда Павильон Меча набирает учеников, их сначала ведут в Могильник мечей — якобы для того, чтобы почтить память мечей предков, а на самом деле чтобы мечи выбрали людей.
Лаура отпила воды и продолжила:
— В каждом из тех мечей Павильона Меча осталась частица божественного чувства. Эта частица живёт вместе с мечом. Она не может явиться в облике человека, но у неё есть особое предназначение — выбирать человека. Выбирать того, кто похож на предыдущего владельца меча. Тогда меч сам признаёт нового хозяина. Поскольку прежний владелец долго взращивал этот меч, его мощь становится ещё больше, сила растёт быстрее, а боевые качества — выше. Именно благодаря таким накоплениям от поколения к поколению Павильон Меча сейчас очень силён. Даже ведущие великие школы мира культивации не решаются без нужды с ними связываться.
Чжао Хай кивнул, но не отрывая глаз следил за тем, как люди из Павильона Меча вошли на его планету Жёлтых Песков и Безумных Зверей.
Едва войдя на планету, лодка Павильона Меча сразу направилась к одному из мест на планете Хуанша. Чжао Хай, проследив за их маршрутом, невольно опешил:
— Они направляются в ущелье Ган-ветра?
Чжао Хай опешил потому, что это ущелье Ган-ветра было на планете Хуанша широко известно.
Почти вся планета Хуанша представляла собой сплошные жёлтые пески. И лишь ущелье Ган-ветра было исключением. Это ущелье имело вытянутую форму, а ветер в нём отличался чудовищной силой. На планете Хуанша из двенадцати месяцев года десять месяцев дул ган-ветер, а два месяца шли дожди. Но и дожди эти были нехороши: в них содержалась ган-ци. Если долго мокнуть под таким дождём, можно истощить кровь и жизненные силы и умереть.
Но на планете Хуанша было лишь одно место, где всё обстояло иначе, — ущелье Ган-ветра. В других краях, когда шёл ган-дождь, ган-ветер стихал; в ущелье же Ган-ветра ветер дул круглый год, никогда не прекращаясь.
К тому же ган-ветер в ущелье был необычайно силён, куда мощнее, чем снаружи. Именно из-за этой силы мало кто осмеливался туда ходить. Ущелье Ган-ветра стало на планете Хуанша запретной землёй.
А маршрут людей Павильона Меча был очевиден. Они летели почти по прямой, устремляясь прямо к ущелью Ган-ветра. Потому Чжао Хай и опешил.
Лаура кивнула:
— Верно, именно ущелье Ган-ветра.
С этими словами она ускорила воспроизведение на экране.
При обычной скорости лодка Павильона Меча уже достигла внешней части ущелья Ган-ветра.
Однако лодка не направилась ко входу в ущелье, а остановилась в его средней части.
Рельеф ущелья Ган-ветра был весьма необычен. Здесь громоздились серо-жёлтые иссохшие скалы. Они стояли, словно каменные столбы, но выглядели при этом крайне неприглядно.
Но никто не смел недооценивать эти скалы. Тысячи и тысячи лет их обдувал самый яростный ган-ветер, и их твёрдость, вероятно, во много раз превосходила сталь. Даже магические сокровища обычных культиваторов не решались вступать с этими скалами в прямое столкновение.
Ущелье походило на реку: оно не было прямым, а изгибалось множеством поворотов. Проходя через эти изгибы, ган-ветер не только не ослабевал, но становился ещё сильнее.
Однако Чжао Хай, изучая рельеф, отчётливо понимал: хотя ущелье Ган-ветра и казалось невероятно суровым, в его середине было место, где сила ветра относительно слабее. А на нескольких изгибах ветер и вовсе стихал.
Ветер был слабее, но всё же оставался ган-ветром. Однако по сравнению с другими местами здешний ган-ветер лучше подходил для сгущения человеком и для вливания в оружие.
Можно сказать, что на всей планете Хуанша, кроме этих нескольких точек в ущелье Ган-ветра, нигде больше не годилось сгущать ган-ци.
Эти точки Чжао Хай нашёл с помощью Серебряной иглы. Поскольку игла была создана пространством, а в пространстве имелся Жёлтый песчаный мир, где повсюду бушевал ган-ветер, игла не подвергалась его воздействию и потому смогла отыскать те немногие точки. Но, судя по действиям Павильона Меча, они тоже знали об этих точках. И, похоже, пришли сюда именно для того, чтобы их ученики сгущали здесь ган-ци.
Лаура, увидев нахмуренный лоб Чжао Хая, сразу поняла, о чём он думает.
Хотя в эти дни Чжао Хай и не был в пространстве, он прекрасно знал обо всём, что там происходило. Ведь и о пространстве, и о том, что случалось на планете Хуанша, они рассказывали ему. Он не видел, но слышал.
Лаура тихо сказала:
— Брат Хай, люди Павильона Меча пришли сюда именно для сгущения ган-ци. Неизвестно, как они нашли это место. Если Павильон Меча смог его отыскать, то и другие смогут. Значит, силу мира культивации придётся оценивать заново.
Чжао Хай кивнул.
Главное предназначение ган-ци — усиливать атаку. Если в мире культивации всем станет известно об этих точках на планете Хуанша, то многие смогут сгущать ган-ци. А значит, их сила атаки сильно возрастёт.
Подумав, Чжао Хай всё же негромко произнёс:
— Но, думаю, ничего страшного. Что касается планеты Хуанша, ган-ци существует не только в виде ветра. На самом деле ган-ветер порождается движением ган-ци. Суть ган-ветра не меняется. Подчинить его не так-то просто.
Лаура кивнула:
— Да, словами оно так. Но за эти дни наблюдений я заметила, что у людей из мира культивации вероятность успешного сгущения ган-цзинь оказалась куда выше, чем в их прежней статистике. И всё из-за этих точек. Брат Хай, нельзя терять бдительность.
Чжао Хай кивнул:
— Не волнуйся. Теперь и в пространстве есть Жёлтый песчаный мир. Мы можем сделать ган-ветер там слабее или даже совсем его убрать. Тогда у нас появится огромное место для сгущения ган. Проблем быть не должно. Кстати, интересно, что будет, если поместить нежить в ган-ветер? Усилится ли и их сила?
Услышав это, у Лауры и остальных загорелись глаза.
Цайэр тут же отозвалась:
— Молодой господин, я сейчас всё устрою.
Чжао Хай кивнул, и Цайэр мгновенно исчезла.
А Чжао Хай продолжал следить за людьми Павильона Меча.
Те действительно пришли сгущать ган-цзинь. Но, увидев, кто выходит из лодки, Чжао Хай опешил: людей из неё вышло слишком много.
Хотя пространство и было могущественным, но поскольку лодка тоже являлась магическим инструментом, пока Серебряная игла не проникла внутрь, Чжао Хай не знал, что творится внутри.
Потому, увидев, что из этой, казалось бы, небольшой лодки вышло не меньше сотни человек, он и вправду опешил. Но тут же сообразил: похоже, внутри лодки тоже есть пространство, раз она вмещает столько людей, оставаясь на вид маленькой.
Выйдя из лодки, эти люди под предводительством пятерых полетели к одной из точек ущелья Ган-ветра, где ветер был слабее. Затем пятеро велели сотне сесть и начать сгущать ган-ци, а сами остались рядом, охраняя их, и вид у них был крайне напряжённый.
Те из Павильона Меча, кто сгущал ган-ци, поначалу выглядели спокойно. Но вскоре спокойствие исчезло.
У одного из них лицо покрылось потом, оно то краснело, то бледнело. Он стиснул зубы и терпел. Но вскоре не выдержал, с криком выплюнул кровь и рухнул на землю.
Один из пятерых мгновенно оказался рядом, в руке у него уже была пилюля. Он разжал несчастному рот и вложил пилюлю.
Очевидно, пилюля была необыкновенной: она растворилась во рту. Состояние человека заметно улучшилось. Лицо постепенно приобрело нормальный цвет, но он всё ещё был без сознания. Тот, кто дал ему пилюлю, поднял его на руки, отнёс в лодку и вернулся обратно.
Но обморок того человека был лишь началом. Вскоре один за другим и у других проявились те же симптомы. Им тоже давали пилюли и отправляли отдыхать в лодку.
Увидев это, Чжао Хай слегка нахмурился:
— Похоже, в мире культивации нашли способ лечить тех, кого ган-ветер опалил. Хотя их состояние и выглядит неважно, но, судя по всему, после отдыха они поправятся. Похоже, силу мира культивации и вправду нужно переоценить.
Лаура кивнула.
К этому времени из почти сотни людей Павильона Меча на экране выбыло уже около семидесяти. Но пятеро, отвечавшие за них, не выглядели расстроенными. Словно всё шло так, как они и ожидали.
Вскоре унесли ещё с десяток. В конце концов осталось всего пятеро. Все они обливались потом, лица их покраснели и выглядели устрашающе.
Но они продолжали держаться. А пятеро охранников, взглянув на них, просияли. Это были опытные люди, и они знали: если эти пятеро продержались до сих пор, то вполне могут добиться успеха.
И действительно, продержавшись пять часов, они один за другим начали медленно завершать упражнение. Теперь в их ци влилась частица ган-ци.
Хотя эти пятеро и страдали, и выглядели ослабленными, на лицах у них была радость. А пятеро защитников радовались ещё больше. Они собственноручно помогли этим пятерым вернуться в лодку, а затем повели лодку прочь.
От начала и до конца они не сражались ни с одним демоническим зверем планеты Хуанша. И от прибытия на планету до отлёта прошло совсем немного времени — всего несколько часов.
Чжао Хай, глядя, как они улетают, слегка нахмурился. Затем брови его разгладились, и он тихо усмехнулся:
— Похоже, ган-ци и вправду не так легко подчинить. Эти пятеро хоть и преуспели, но им нужно вернуться туда, где нет ган-ци, и как следует закалиться, чтобы полностью усвоить эту ган-ци. И это лишь частица ган-ци — вряд ли она сильно увеличит их силу атаки. Хм, выходит, я их переоценил.
Лаура покачала головой:
— Брат Хай, лучше быть осторожнее. Несмотря на то, что они ушли, те пятеро, кто добился успеха, смогут возвращаться и сгущать ган-ци снова. И с каждым разом это будет всё легче, и сгущать они будут всё больше. После нескольких раз их сила атаки станет весьма внушительной. А те, кто потерпел неудачу, навсегда теряют способность сгущать ган-ци. Это я узнала за последние дни через Маглэй. Она нашла эти сведения в секретных архивах рода Ашли, так что вряд ли это ложь.
Чжао Хай повернулся к Маглэй.
Маглэй кивнула:
— Верно, брат Хай. Первое сгущение ган-ци — это водораздел. Если ты преуспел, дальше будет всё легче. Если же с первого раза не получилось, то во второй раз сгущать ган-ци уже невозможно. Даже если вытерпишь боль, стоит ган-ци войти в тело, как ты сразу получишь травму. Этого не избежать.
(Конец главы)