Бой закончился. Все участники от Цзичжэньцзе были убиты. И убитые теперь стали частью армии нежити Чжао Хая.
Покончив с этими людьми, Чжао Хай велел нежити очистить поле боя, собрать всё полезное с тел насекомых в одну кучу, а затем разделить на несколько равных частей. Каждый взял себе одну часть в пространство, включая Люй Динтяня.
Прежнее поведение Люй Динтяня заставило Чжао Хая считать его другом. Люй Динтянь ничего не сказал и убрал свою долю. Он тоже начал считать Чжао Хая другом. Этот человек был не из разговорчивых, потому и не стал благодарить Чжао Хая. Чжао Хай не придал этому значения. Собрав вещи, он взглянул на своих спутников:
— Братья, теперь действовать придётся только нам. Ха-ха-ха, кажется, мы самый безумный мир из шести — сами первыми перебили своих же.
Сюн Ли и остальные тоже рассмеялись. Они не чувствовали за собой вины, потому что прекрасно понимали: не будь они достаточно сильны, сейчас на месте тех лежали бы они сами. Ни малейшего раскаяния они не испытывали.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Нам лучше уйти отсюда. Нужно найти ещё насекомых, иначе попасть в первую сотню будет и вправду непросто.
Сюн Ли хмыкнул:
— Убивать насекомых так легко — никакого интереса. Сяо Хай, а если мы столкнёмся с людьми из других миров?
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Что делать? Кого сможем одолеть — всех прикончим; кого не сможем — от того спрячемся. Всё равно, даже если мы не захотим с ними связываться, они сами к нам полезут. Кто же виноват, что у Цзичжэньцзе такая слава?
Сюн Ли и остальные рассмеялись. В словах Чжао Хая о «славе Цзичжэньцзе» они ничуть не сомневались. Только слава эта была недобрая — прозвище «мягкого теста».
Впрочем, теперь Сюн Ли и остальные были полны уверенности в Чжао Хае. Он ведь одним ударом кулака убил гения, входящего в первую десятку мира культивации. С такой силой станет ли он бояться людей из других миров?
Люй Динтянь смотрел на смеющихся друзей, и в его глазах мелькнула зависть. С тех пор как он попал в Цзичжэньцзе, он жил крайне осторожно. Он не смел легко доверять кому-либо, потому что видел, как многие гении гибли без всякой причины. Мгновение назад вы ещё друзья — а в следующее ты уже падаешь от чужого клинка. Потому у него не было друзей. Он лишь совершенствовался, выполнял задания рода и снова совершенствовался. Жизнь простая и скучная.
Именно поэтому сила Люй Динтяня была так велика. Но по той же причине он ещё сильнее завидовал той дружбе, когда можно доверить друг другу жизнь, что связывала Чжао Хая и его спутников.
Чжао Хай взглянул на Люй Динтяня и слегка улыбнулся:
— Старина Люй, похоже, тебе придётся и дальше действовать с нами. Не волнуйся, теперь мы товарищи по оружию, можно сказать, друзья. Надеюсь, в будущем мы станем ещё лучшими друзьями.
Люй Динтянь кивнул и промолчал. Чжао Хай не придал этому значения, оглядел место боя и кивнул:
— Идём, поищем неприятностей на голову насекомых.
С этими словами он первым полетел в один из туннелей.
Пока Чжао Хай сражался, Лаура и остальные уже выпустили иглы Люиня для разведки туннелей. В том туннеле, куда он направлялся, неподалёку находилось большое гнездо восьминогих насекомых.
Восьминогие насекомые были, пожалуй, самым многочисленным видом расы насекомых и самым низшим, абсолютным пушечным мясом. Они жили целыми колониями. Число восьминогих в одной колонии было разным, но у каждой был свой материнский улей. Разумеется, это был не тот материнский улей расы насекомых. Этот улей производил только восьминогих. Но плодовитость его была поразительна. За год один улей восьминогих мог произвести сто тысяч особей. Такая скорость размножения была поистине сокрушительной.
Именно из-за этой плодовитости ульев восьминогих людям мира культивации и приходилось регулярно зачищать расу насекомых на Фабио. Хотя по сравнению с культиваторами мира культивации боевая мощь восьминогих была невелика, когда численность любого существа достигает определённого уровня, оно становится грозной силой. Тем более восьминогие сами по себе не были слабы.
Умственные способности восьминогих были низкими, но чувство территории — крайне острым. Если восьминогие из другой колонии вторгались на их территорию, они яростно атаковали. Потому, обнаружив тот улей, Чжао Хай почти не сомневался: насекомые, окружившие их, принадлежали именно этой колонии.
Из исследований мира культивации Чжао Хай знал: каждая колония восьминогих делится на две части — «охотничий отряд», который добывает пищу, и «гвардию», которая охраняет улей.
Восьминогие были всеядны. Они ели всё: насекомых, листья, траву. Охотничий отряд искал пищу для колонии.
Гвардия же занималась только охраной улья. Порой из-за их чудовищной плодовитости восьминогие сами себе создавали проблемы. Потому на Фабио время от времени и случались нашествия магических зверей: насекомых становилось слишком много, и они начинали наступление на базы мира культивации и другие колонии. Так гибло множество восьминогих — это и сокращало их число, и давало другим восьминогим пищу.
В мире расы насекомых не было ничего несъедобного. Всё, что позволяло выжить, всё, что можно съесть, становилось их пищей.
Очевидно, те восьминогие, что окружили Чжао Хая, были охотничьим отрядом этой колонии. А место, куда они направлялись, было ульем. Там их ждала схватка с гвардией улья.
Чжао Хай это знал, остальные — нет. Они просто осторожно летели за ним. До улья было недалеко: около получаса пути.
Когда до улья оставалось немного, Чжао Хай взмахнул рукой. Все остановились и посмотрели на него. Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Братья, сейчас и вы попробуете свои силы. Идём.
С этими словами он взмахнул рукой, и появилась масса нежити, которая устремилась к улью восьминогих.
Улей восьминогих был многоярусным, состоял из бесчисленных туннелей, соединённых между собой. Пожалуй, только сами насекомые могли разобраться, куда ведёт каждый ход.
В центре улья находилась огромная пещера площадью в десятки тысяч квадратных метров и высотой более четырёхсот метров. Посреди пещеры висел огромный мясистый шар. Этот шар и был маткой восьминогих — тем, что они охраняли.
Вокруг этого огромного улья шли несколько кольцевых туннелей шириной в триста-четыреста метров и высотой около двухсот. В этих туннелях патрулировали восьминогие. Таких кольцевых линий обороны было пять. На первой линии обороны число восьминогих было не меньше десяти тысяч. Всего же в улье было более ста тысяч насекомых.
Чжао Хай и остальные сейчас находились у первой линии обороны. Чжао Хай выпустил пять тысяч нежити, которые через разные туннели устремились к первой линии.
Чжао Хай не выпустил слишком много нежити, чтобы Сюн Ли и остальные тоже могли сразиться с восьминогими. Боевая мощь восьминогих для них была несколько опасна, но не слишком, и как раз позволяла им лучше освоить своё оружие. Если бы всё делала нежить, турнир на выбывание потерял бы для Сюн Ли и остальных всякий смысл.
Прежде Сюн Ли и остальные хотели поговорить с Чжао Хаем об этом, но не ожидали, что он сам поднимет этот вопрос. Они, разумеется, обрадовались и тотчас откликнулись, достав оружие.
Среди них лишь у Сунь Фэя и Люй Динтяня оружие было не самым лучшим. Сунь Фэй был магом, и Храм Огня подготовил ему неплохие вещи, в том числе несколько магических посохов. Но эти посохи не были изготовлены Чжао Хаем, потому не имели формации сотрясения. Сунь Фэй был этим недоволен. Впрочем, Чжао Хай уже обещал, что после турнира на выбывание сделает ему посох с формацией сотрясения.
Люй Динтянь по-прежнему пользовался своим гэ Разрушающего армию. Этим оружием он владел уже несколько лет, хорошо его знал, и род Дун не раз его улучшал. Оно было удобным и подходило нынешнему Люй Динтяню. Прежде Люй Динтянь не был близок с Чжао Хаем, потому тот, разумеется, не делал ему оружия. Его оружие не имело эффекта сотрясения. На самом деле Люй Динтянь пока не знал, что оружие Сюн Ли и остальных им обладает.
Едва Чжао Хай и остальные вошли на первую линию обороны, как насекомые тотчас их обнаружили. С воем они ринулись вперёд. Нежитью командовали Мэйгэн и Лицзи. Сюн Ли и остальные с оружием в руках бросились в гущу насекомых и принялись крушить всё направо и налево. Только Чжао Хай не двинулся с места. Он стоял и наблюдал за полем боя.
С нынешней силой Чжао Хаю уже не нужно было расти в таких боях. Теперь его задача — обеспечить безопасность Сюн Ли и остальных.
Хотя Сюн Ли и остальные были не слабы, восьминогие не знали страха. К тому же их жизненная сила была огромна. Одна ошибка — и Сюн Ли и остальные могли получить ранение.
На этот раз Чжао Хай в первую очередь хотел, чтобы Сюн Ли и остальные тренировались, а не сражались с насекомыми насмерть. Он, разумеется, не позволил бы им пострадать.
Такой «нянькин» способ тренировки даже великие секты мира культивации применяли только к ключевым ученикам. Обычные внутренние и внешние ученики такого не удостаивались. Лишь недавний рост силы Чжао Хая позволял ему это.
Чжао Хай заметил, что едва бой начался, как восьминогие со второй линии обороны тоже ринулись в бой. Это он и ожидал, потому не удивился, лишь выпустил ещё немного нежити.
Сюн Ли и остальные были в восторге. Они громко кричали, непрерывно атакуя расу насекомых. Но убивали насекомых они медленнее, чем нежить.
Нежить идеально взаимодействовала друг с другом, потому и убивала насекомых быстро. Сюн Ли и остальные тренировались, потому скорость была не та.
Чжао Хай не позволил Сюн Ли сражаться вместе с нежитью. Нежитью командовали Мэйгэн и остальные, и взаимодействие было безупречным. Если бы Сюн Ли и остальные вклинились, это лишь нарушило бы гармонию. Потому они составили отдельный отряд и сражались с насекомыми сами.
Надо сказать, сила Сюн Ли и остальных немногим превосходила силу нежити. Просто их оружие было лучше. Впрочем, это скоро изменится. После улучшения пространства костяная броня и золотой боевой костюм тоже улучшились. Когда вырастет следующая партия, они уже не будут уступать обычному оружию Цзичжэньцзе.
Чжао Хай парил в воздухе и время от времени поддерживал Сюн Ли и остальных магией. Те, разумеется, замечали это. Они ничего не говорили, лишь увереннее сражались с насекомыми.
Бой продолжался. Благодаря поддержке Чжао Хая Сюн Ли и остальные не получили ни царапины и сражались в своё удовольствие. Первым не выдержал Сунь Фэй. Он недавно освоил магические круги, которым его научил Чжао Хай, и от восторга перепробовал все, разом истощив магическую силу. Он тотчас выпил зелье и подлетел к Чжао Хаю отдохнуть.
Чжао Хай не стал его отвлекать, продолжая следить за полем боя. А Сунь Фэй не сводил глаз с Чжао Хая. Особенно с его действий. Он заметил, что Чжао Хай, выручая Сюн Ли и остальных, не применял особенно мощной магии — обычно это были круги с десятками наложений. Кругов со стократным наложением он не использовал ни разу. Но его магия была как раз к месту: снимала угрозу и не тратила лишней силы. Это было самое ценное.
Постепенно Сунь Фэй залюбовался приёмами Чжао Хая. Он обнаружил, что Чжао Хай полностью контролирует всё поле боя. Какие приёмы применят Сюн Ли и остальные, как ответят насекомые — всё было в его власти. Несколько раз Сунь Фэй видел, как Чжао Хай за несколько секунд готовил магию и лишь потом выпускал её, и она приходилась как раз в нужный момент, снимая угрозу. Значит, он заранее знал, как отреагируют Сюн Ли и насекомые. Такое чудовищное чувство контроля было поистине ужасающим.
Сунь Фэй признавал, что не способен на такое. Но он не унывал и продолжал внимательно смотреть за действиями Чжао Хая. Пусть он не мог достичь его уровня, он мог многому научиться. Опыт для мага был бесценен. В какой момент применить подходящую магию — важнейшее умение мага. Оно позволяет поднять боевую мощь как минимум на три десятых.
Постепенно и Люй Динтянь выдохся. Его оружие было обычным, потому боевой энергии он тратил куда больше, чем Сюн Ли и остальные. Он тоже выпил зелье и подлетел к Чжао Хаю отдохнуть.
(Конец главы)