Метод управления водой был одним из самых простых среди всех чудесных методов.
Но это вовсе не означало, что сила его мала. Напротив, мощь Метода управления водой была совсем не маленькой. В Методе восемнадцати архатов любой из чудесных методов можно было практиковать отдельно; доведя любой из них до предела, можно было стать выдающимся мастером. Потому и Метод управления водой не был таким уж простым.
Ли Цзундао тоже заметил перемену в Чжао Хае и с недоумением посмотрел на него. Но Чжао Хай не думал об этом — он складывал печати, и наконец резко произнёс:
— Управляю всеми водами, печать!
Едва слова прозвучали, как поверхность Лотосового озера яростно всколыхнулась. Затем вода в озере начала подниматься, словно кто-то вдруг стал вливать в него воду.
Однако вскоре Ли Цзундао заметил неладное.
Вода в озере поднималась, но никто в него воду не вливал — всё озеро словно приподнялось в воздух. Верхний слой воды толщиной около десяти метров прямо взмыл в небо.
Ли Цзундао остолбенел, глядя на медленно поднимающуюся воду Лотосового озера, в его глазах застыло изумление.
Хотя он и слышал, что некоторые великие мастера стадии разделения духа или стадии долголетия, стоит им взяться за дело, могут обрушить небеса, разверзнуть землю, двигать горы и осушать моря.
Но он никогда этого не видел. В конце концов, в Великом мире культивации не было нужды, чтобы мастера стадии разделения духа или долголетия брались за дело, потому такой мощи он никогда не видел.
Но сегодня он её увидел. Этот приём Чжао Хая можно было назвать «двигать горы и осушать моря».
Хотя он не знал, насколько велико Лотосовое озеро и действительно ли Чжао Хай поднял воду со всей его поверхности, но уже по одному виду было ясно: Чжао Хай применил нечто грандиозное.
Чёрные водяные змеи тоже это заметили. Они изумлённо уставились на медленно поднимающуюся воду озера, и в их змеиных глазах мелькнул страх.
Очевидно, эти чёрные водяные змеи не были глупы и тоже ощутили опасность этого приёма Чжао Хая.
Но Чжао Хай не остановился. Он взмахнул рукой, и в его ладони появился маленький синий пузырёк. Затем он бросил пузырёк в Лотосовое озеро и больше не обращал на него внимания.
Брошенный Чжао Хаем пузырёк, конечно, был Пузырём. Чжао Хай хотел, чтобы Пузырь спустился и посмотрел, что такое чёрная вода. Если та чёрная вода окажется выше по уровню, чем Божественная вода Тянъи в его пространстве, он позволит Пузырю собрать немного чёрной воды в пространство.
Сейчас Чжао Хай не смел сразу забрать всю чёрную воду со дна Лотосового озера в пространство — это непременно разъярило бы ту чёрную панцирную черепаху стадии долголетия, а также ту чёрную водяную змею на пике стадии разделения духа.
Пузырь отправился по своим делам, а Чжао Хай уже начал сражаться с теми двадцатью с лишним чёрными водяными змеями.
Сила тех чёрных водяных змей была неплоха, но Метод управления водой Чжао Хая был чрезвычайно мощен, к тому же содержал силу веры. Чжао Хай управлял водой, словно огромным магическим инструментом.
К тому же Метод управления водой давал ему полное понимание контролируемой воды. Ни малейшее изменение в воде не укрывалось от глаз Чжао Хая.
Воды было так много, что она попросту затопила чёрных водяных змей.
Оказавшись в воде, змеи попытались уйти, но куда там? Чжао Хай управлял водой, создавая огромную тюрьму, и запер в ней змей.
К счастью, эти чёрные водяные змеи были водными существами и хорошо понимали свойства воды, потому их лишь заперли, а не сразу убили. Но теперь те двадцать с лишним змей уже не могли сопротивляться.
Чжао Хай не церемонился. Ли Цзундао и остальные сейчас не видели, что происходит в воде, и Чжао Хай прямо с помощью Метода управления водой захватил всех змей в пространство.
Хотя эти чёрные водяные змеи и понимали воду, теперь она полностью подчинялась Чжао Хаю. Любая капля воды была враждебна к ним. Змеи оказались словно в одиночку в стане врага, причём врагов было бесконечное множество. В такой ситуации они, разумеется, не могли противостоять Чжао Хаю.
Едва этих змей захватили в пространство, как пространство их тут же укротило. Но сигнал пространства не содержал ничего особенного — просто сообщал, что этот вид чёрных водяных змей является мутировавшей змеёй, которая из-за постоянного обитания в среде, подобной Божественной воде Тянъи, мутировала.
Когда Пузырь вернулся в пространство, Чжао Хай окончательно успокоился — та чёрная вода была ниже уровнем, чем Божественная вода Тянъи, и даже если собрать её в пространство, она не принесёт никакой пользы. Чжао Хай успокоился и снял печать управления водой.
Вода Лотосового озера медленно вернулась обратно, но двадцать чёрных водяных змей исчезли.
Только тут Ли Цзундао пришёл в себя. Он взглянул на вновь спокойную гладь озера, повернулся к Чжао Хаю, хотел что-то сказать, но увидел, что лицо Чжао Хая крайне мрачно, и тот, не говоря ни слова, погнал лодку прочь — да так быстро, что в прошлый раз он удирал медленнее.
Чжао Хай поступил так потому, что обнаружил: только что он наделал слишком много шума и потревожил ту змею-цзяо. Та как раз направлялась к ним. Если бы он не убежал, то, пожалуй, столкнулся бы с этим громилой.
Чжао Хай не хотел сейчас с ним связываться. Лотосовое озеро было его родной территорией, и если бы Чжао Хай столкнулся здесь с этим громилой, то, боюсь, не получил бы преимущества. Потому он, конечно, убежал.
Но на этот раз он не прогадал. Мало того что он получил двадцать чёрных водяных змей, так ещё Пузырь поймал в озере двух маленьких чёрных панцирных черепах. Хотя сила этих черепашек была невелика, в пространстве стало на два новых вида больше.
А шум, который поднял Чжао Хай, потревожил не только змею-цзяо, но и культиваторов, собиравших семена лотоса на берегу.
Те, как и Ли Цзундао, остолбенело смотрели, как вода озера вдруг взмыла в небо, а потом долго опускалась обратно. Они не были глупцами и сразу поняли, что кто-то применил могущественное заклинание. Некоторые посмелее остались наблюдать на берегу — но они уже отошли от озера на приличное расстояние, так что могли убежать; некоторые, кто боязливее, сразу удрали. Они знали цену вещам и понимали, что тот, кто способен на такое масштабное заклинание, обладает огромной силой.
Эти люди также знали, что здесь зона новичков. Им было просто любопытно, кто обладает такой мощью, что смог разом поднять воду целого озера. По их представлениям, человек с такой силой не стал бы приходить к Лотосовому озеру.
Чжао Хай тоже это заметил. Он нарочно облетел людей стороной и направился прямо прочь от озера.
Когда Чжао Хай уже долетел до берега, змея-цзяо тоже поднялась на поверхность. Она, естественно, ничего не нашла, лишь огляделась и снова ушла в озеро.
Увидев, что змея-цзяо вернулась в озеро, Чжао Хай вздохнул с облегчением, и лодка замедлила ход.
Ли Цзундао, видя его состояние, поспешно спросил:
— Сяо Хай, что случилось? Что-то не так?
Чжао Хай горько усмехнулся и кивнул:
— Я прикончил тех двадцать чёрных водяных змей, но не ожидал, что вылезет старая. Её сила достигает стадии разделения духа, мне с ней не справиться, потому пришлось бежать.
Услышав это, Ли Цзундао ахнул:
— Ну и ну, стадия разделения духа. Как ты её обнаружил?
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— У меня ведь много нежити. Каждый раз, когда я с кем-то сражаюсь, я отправляю нескольких неживых существ в дозор, и если что-то происходит, они мне сразу сообщают. Это они мне и сказали.
Ли Цзундао, услышав это, с завистью сказал:
— Всё-таки у тебя есть способ. Нежить для дозора — лучше не придумаешь.
Пока они разговаривали, путь им снова преградили.
Чжао Хай и Ли Цзундао с недоумением посмотрели на двух людей, преградивших им путь. Судя по одежде, они были из Великого мира культивации. Непонятно, зачем они их остановили.
Впрочем, эти двое выглядели довольно потрёпанно — их одеяния культиваторов были разорваны в нескольких местах, лица бледные.
Не успел Чжао Хай заговорить, как те двое обратились к ним:
— Вы трое из Великого мира культивации?
Чжао Хай и Ли Цзундао переглянулись, не совсем понимая, что те имеют в виду. Но Чжао Хай всё же ответил:
— Да, мы из Великого мира культивации. Что вам нужно?
Услышав это, на лицах обоих появилась радость. Один из них сказал:
— Мы тоже из Великого мира культивации. Мы из Павильона Меча. Сегодня мы пришли к вам, чтобы попросить об услуге.
Чжао Хай и Ли Цзундао опешили, услышав, что те из Павильона Меча.
Павильон Меча в Великом мире культивации был лишь средней силы, но специализировался на культиваторах меча, чья атака была чрезвычайно сильна, потому никто не смел их задевать. Однако Чжао Хая удивило не их происхождение, а то, о чём они хотели попросить.
Чжао Хай взглянул на них и обнаружил, что оба — мастера стадии преодоления испытания, но, похоже, только что её преодолели. Чжао Хай сказал им:
— Чем мы можем вам помочь? Говорите прямо.
Те двое переглянулись, и один из них сказал:
— Не будем скрывать. Мы на Поле битвы десяти тысяч миров уже около полугода. Так как мы из одной школы, то сначала действовали вдвоём. Потом появились новички из других школ, с ними мы тоже немного сдружились, и стали действовать вместе. Но сегодня, едва выйдя, мы столкнулись с грабителями, и их немало. Наши люди не могут сдержать натиск. Мы двое — культиваторы меча, атака у нас мощная, потому мы прорвались, чтобы позвать подмогу. Но помощь далеко, а мы как раз встретили вас. Просим вас помочь нам. Как-никак, мы все из Великого мира культивации. Что скажете?
Услышав это, Чжао Хай и Ли Цзундао опешили. Затем Чжао Хай взглянул на Ли Цзундао, и тот слегка кивнул. Чжао Хай повернулся к ним:
— Хорошо. Как вас зовут? Я Чжао Хай, это мой друг Ли Цзундао, а это мой брат Мо Шэн.
Услышав имена Чжао Хая и Ли Цзундао, те двое опешили. Затем один радостно сказал:
— Так это же первый мастер Цзичжэньцзе Чжао Хай и Железный человек с пагодой Ли Цзундао! Какая честь. Мы — верховные старейшины Павильона Меча. Меня зовут Лю Шэн, а это мой младший соученик Чжан Чан.
Ли Цзундао, услышав их имена, на миг опешил, затем поспешно поклонился:
— Так это же «Двойные мечи Чаншэн»! Ли Цзундао приветствует вас. Значит, вы тоже попали на Поле битвы десяти тысяч миров. Хорошо, не будем больше слов — сначала спасём людей.
Лю Шэн и Чжан Чан кивнули. Чжао Хай пригласил их в лодку и направил её в указанном направлении.
О «Двойных мечах Чаншэн» Чжао Хай слышал и в Великом мире культивации. Эти двое действительно были из Павильона Меча, редкими гениями. Оба — культиваторы меча, с выдающимся мастерством. Но больше всего поражало то, что они прекрасно владели совместными приёмами. К тому же они были очень дружны, почти неразлучны. Потому ещё до преодоления испытания они уже были очень известны в Великом мире культивации.
Летя в указанном направлении, Чжао Хай спросил:
— Кто на этот раз грабит? Сколько их?
Лю Шэн произнёс:
— Всего тридцать человек, из разных миров. Это и есть самое странное. Казалось бы, они из разных миров и не должны объединяться. Но они объединились — очень странно. К тому же они, похоже, знали наш маршрут, нашу численность и силы. Если бы мы двое вовремя не вырвались, все бы там остались.
Чжао Хай нахмурился:
— Люди из нескольких миров объединились? Это странно. Среди них были люди народа Сюй?
Чжан Чан хмыкнул:
— Как же без них? Этих разбойников больше всего. По-моему, это их рук дело — они, вероятно, пригласили людей из других миров.
Слова Чжан Чана имели основание. На Поле битвы десяти тысяч миров народ Сюй хоть и был разбойничьей расой, но поддерживал связи с несколькими другими мирами. К тому же народ Сюй, будучи разбойниками, иногда держал слово, потому часто приглашал людей из других миров помочь им в грабеже — главным образом потому, что их цели были слишком сильны. Такое случалось нередко, и на Поле битвы десяти тысяч миров об этом давно знали.
Чжао Хай, услышав это, кивнул. Если это действительно дело рук народа Сюй, то удивляться нечему — ведь в последнее время народ Сюй действовал против Великого мира культивации.
Впрочем, судя по виду Чжан Чана и его спутника, они явно не знали, что народ Сюй действует против новичков Великого мира культивации. Их и винить было не в чем — хотя они и были из Великого мира культивации, из-за особенностей Поля битвы десяти тысяч миров они почти не поддерживали связи с другими. К тому же народ Сюй славился разбоем, и быть ограбленным ими не считалось чем-то из ряда вон выходящим, потому обычно никто не придавал этому значения. Именно поэтому народ Сюй так долго действовал против людей Великого мира культивации и оставался незамеченным.
(Конец главы)