Чхве Киёль.
Стоило начаться тренировке, и отец неизменно требовал от него одного: боевого духа.
«Ассей Чхве Киёль! Скажи, что у нас за семья!»
«Семья морских пехотинцев!»
«Раз морпех — значит морпех навсегда! А мы, наследники их крови, обязаны нести дух морской пехоты дальше! Пусть после Великого катаклизма человечеству почти не приходится выходить в море, а немногочисленные задачи охраны на воде доверили героям, специализирующимся на водном бою, — дух наш от этого не меняется! Понял?!»
«Так точно!»
Что вообще такое морпех?
Почему они надрывают глотку из-за любой мелочи и даже в пустяках обязательно пытаются показать, какие они крутые?
Маленький Чхве Киёль этого, к сожалению, не понимал.
Тренировки были мучительными. Но отцовские окрики и розги пугали ещё сильнее, поэтому мальчик просто делал, что велели.
Теперь, став взрослым, он называл всё это своей гордостью.
Каковы бы ни были причины, именно эти уроки научили его в любой момент преодолевать страх и сохранять спокойствие сильного.
А тех, кто не умел проявить подобный дух, он даже презирал.
Вот только мужчина, которого Чхве Киёль уже успел причислить к таким людям, развернулся и снова встал напротив него.
— О-о. Задел за живое?
— Ну, я всю жизнь слышу, что если убрать из меня упорство, от меня ничего не останется.
Мужчина ответил сухо.
До провокации он говорил заметно напряжённее, но теперь атмосфера вокруг него полностью изменилась.
Судя по костюму, не герой и не наёмник — обычный офисный работник или соискатель на собеседование…
«Этот мужчина непрост».
Да.
Чхве Киёль заметил это ещё раньше.
В отличие от остальных кандидатов, этот человек ни разу не стушевался перед ним.
— Если честно, это пустая трата времени… Но после таких слов уходить как-то неправильно. Ладно, давайте попробуем.
Даже когда один за другим отлетали самоуверенные C-ранговые новички, он оставался таким же.
Теперь лишь поднял взгляд на Чхве Киёля с почти вызывающим спокойствием и встал поудобнее.
— Кха-ха! Хорошо. Эту дерзость я признаю.
Чхве Киёль криво усмехнулся и наполнил кулак силой.
— Тогда без всяких поблажек. Поехали!
Больше разговаривать незачем.
Это экзамен.
Нужно лишь понять, достоин ли стоящий перед ним человек.
Хрусть!
Рука снова начала раздуваться, и в голове Чхве Киёля всплыл очередной отцовский урок.
«Отец, разрешите спросить!»
«Спрашивать разрешаю!»
«Что значит “ассей”?»
«Ассей! Так называют ещё не доросших до права называться настоящими бойцами новичков! Значит, наша задача — вырастить из ассеев достойных морпехов!»
«Но, отец… Мы ведь должны готовить героев, а не морпехов…»
«Щенок… киёль!»
«К-киёль!»
«Слушай сюда, Чхве Киёль! Даже герой начинает с того, что он ассей! Хочешь стать настоящим сильным — сперва замени ассейскую кашу в голове на дух морской пехоты! Понял?!»
«АССЕЙ!»
Да.
Этот кулак предназначен не для убийства врага.
Сам удар — способ измерить уровень человека.
Если дух и тело ещё недостаточно закалены, выдержать его невозможно.
— A SAY ONE PUNCH!
БА-БАХ!
Кулак, выкованный такими наставлениями, точно вошёл мужчине в живот.
И в миг соприкосновения Чхве Киёля впервые охватило совершенно незнакомое ощущение.
«Сопротивления почти нет?..»
Для сверхчеловека защита сверхэнергией от замеченной атаки — почти бессознательный рефлекс.
Если бы это была внезапная атака — другое дело. Но, когда человека заранее предупредили об ударе, сознательно не защищаться сверхэнергией практически невозможно.
«Неужели обычный человек?»
Чхве Киёль успел похолодеть.
И тут —
Скр-р-р!
Ноги мужчины, которые должны были сорваться с места вместе с телом, словно вросли в пол, пытаясь затормозить.
Его всё-таки протащило назад, но до стены он не долетел и сумел остаться на ногах.
— …Кха!
В следующий миг изо рта хлынула кровь.
Люди вокруг испуганно дёрнулись к нему, однако мужчина лишь поднял ладонь, останавливая их, и вытер кровь с губ.
— В-вы в порядке?
— Да. Ничего страшного. Разок отдышусь — пройдёт.
Он положил руку на живот.
Судя по гримасе, удар был тяжёлым. И всё же лицо лишь слегка исказилось — ни тени страха смерти.
— К тому же… кх… видно же, что вы били не насмерть. Если даже этого не выдержать, как потом хвастаться своей стойкостью?
Он думает, что ему поддались?
Нет. Этот удар нельзя было списать на такую простую поблажку.
Удар Чхве Киёля высвобождал огромный объём сверхэнергии ударной волной и отбрасывал противника, чтобы максимальный урон тот получил уже при столкновении с преградой.
Если выдержать саму волну и не дать себя отбросить, можно погасить больше девяноста процентов повреждений.
Но обычно люди под давлением летящего кулака даже не успевают подумать, что нужно сопротивляться именно ударной волне.
Разум может это понимать, однако мощь, исходящая от Чхве Киёля, подавляет и разум, и инстинкты.
Вопреки этому чувству вбить ноги в землю — для такого нужна невероятная выдержка.
— Какого ранга твой дар?
Тем более если этот человек едва превосходит обычного.
— …E-ранг.
— E?
— Какие-то проблемы?
Значит, всё же не совсем обычный человек.
Но E-ранг оценки не менял.
Это всего на одну ступень выше F-ранга — полного отсутствия способности.
Если дар связан с огнём, его обладатель разве что зажжёт пламя на кончике пальца. Если с телекинезом — поднимет камешек перед собой.
Да, специалист по восстановлению может за несколько секунд приживить обратно чисто отсечённую руку. Но и это всего лишь «быстрее и эффективнее современной медицины» — в обществе сверхлюдей ничего особенно выдающегося.
К тому же у регенераторов нервы остаются живыми практически при любых повреждениях.
Им не достаётся даже милосердия в виде онемения от травмы или обезболивающего выброса адреналина.
Поэтому, соглашаясь стать живым щитом, такой человек заранее принимает боль в несколько, а то и в десятки раз сильнее той, что пришлось бы вынести обычному человеку.
«И он всё равно выдержал мой удар…»
Теперь стало понятно, почему слова об отсутствии духа так задели его и заставили упрямо выйти вперёд.
А увиденное только сильнее разожгло Чхве Киёля изнутри.
— Ну всё, я выдержал. Теперь можно идти?
— Идти? Куда?
— Я ведь вообще не сюда на собеседование пришёл…
— A SAY ONE WITCH!
БУМ!
Он с криком топнул ногой.
Комната снова содрогнулась, а кандидаты вокруг окаменели.
Мужчина тоже растерялся, однако страха, как у остальных, в нём по-прежнему не было.
«Вот он. Точно он! Этот парень и станет морпехом, который продолжит моё дело!»
Одного упорства в нём, возможно, даже больше, чем у самого Чхве Киёля.
Как отпустить такого человека?
— Испытания пока отложим. Ты немедленно идёшь со мной! Я лично возьмусь за твою подготовку и сделаю тебя лучшим морпехом нашей эпохи…
Чхве Киёль уже потянулся к нему обеими раздувающимися от силы руками.
Щёлк.
В тишине, которую нарушал лишь его голос, особенно отчётливо прозвучал замок.
Кто-то открыл дверь и вошёл в комнату ожидания.
— Прошу прощения~ Здесь случайно не появлялся человек, получивший рекомендательное письмо?
Все взгляды одновременно устремились к выходу.
Чхве Киёль тоже.
От неожиданной помехи его лицо исказилось, но стоило увидеть вошедшую — и оно моментально побледнело.
— К-кх!
— М?
Женщину это не интересовало.
Спортивный костюм, очки в толстой роговой оправе — среди C-ранговых бойцов она выглядела совершенно чужой.
И всё же шла через зал настолько уверенно, будто находилась у себя дома.
— Хм? М-м?
Она остановилась перед мужчиной, который только что спорил с Чхве Киёлем.
Она внимательно оглядела его лицо, тихо хмыкнула, сунула руку за пазуху и что-то достала.
— Э-э, вы что…
— Секунду.
В её руке оказался серо-коричневый бумажный пакет.
И женщина без всякого предупреждения натянула его мужчине на голову.
Тот оторопел.
— …Простите?
— А! Так это всё-таки вы!
Зато женщина радостно воскликнула.
— Господи, вы представляете, сколько я вас ждала? Если пришли, почему не сказали? Что вы здесь вообще прохлаждаетесь?
— Нет, подождите…
— Потом. Идёмте. Мне надо с вами о многом поговорить.
Мужчина явно не понимал, что происходит.
Но женщина уже схватила его за руку и потащила к выходу.
Только тут Чхве Киёль пришёл в себя.
— П-подождите, госпожа Судзуки!
Он отчаянно окликнул её.
От прежнего напора в голосе не осталось ничего.
Под козырьком кепки широко распахнулись глаза, по лицу тек холодный пот. Подрагивающая челюсть едва слышно выбивала зубами дробь.
Всегда каменное лицо впервые развалилось на глазах.
Женщина, которую он назвал Судзуки, равнодушно обернулась.
— Что вам, дяденька-ассей?
— Н-ну… Почему вы его забираете?
— А зачем мне его не забирать? Это мой гость. Я его сюда пригласила.
— Э-э?..
— Не знаю, как он умудрился оказаться здесь и влиться в вашу компанию, но, видимо, просто вышло недоразумение. У меня с ним теперь дело, так что вы, дяденька-ассей, продолжайте заниматься своим тестом.
Ассей.
Именно так она всегда его называла.
Само слово означало новичка, салагу.
Но даже от такого обращения Чхве Киёль не чувствовал возмущения.
Эта женщина имела полное право считать его мальчишкой.
— Н-но…
— Ещё что-то?
Судзуки нахмурилась.
Чхве Киёль сглотнул, опустил голову и ответил:
— …Слушаюсь, госпожа.
Самой настоящей вежливой речью.
Женщина довольно улыбнулась, потащила мужчину дальше и закрыла за собой дверь.
Только тогда все наконец снова задышали.
Кандидаты посмотрели на Чхве Киёля.
Но тот уже сидел на полу с обмякшими ногами, и от прежнего боевого запала не осталось и следа.
***
— Простите, я вообще ничего не понимаю…
Сначала меня случайно затянули в тест телохранителей, потом незнакомая женщина выволокла оттуда за руку.
Я кое-как собрал мысли и наконец спросил.
Женщина резко остановилась и повернулась ко мне.
— Ничего не понимаете? Дяденька, вы меня забыли?
— Забыть можно того, кого помнил. Я вас вообще не узнаю… Мы где-то встречались?
Она тихо вздохнула.
Отпустила мою руку, расстегнула молнию спортивной куртки и достала спрятанный внутри предмет.
Короткий жезл, почти целиком розовый.
По всей длине — звёздочки и украшения.
— Яп!
Она закрутила жезл в руке и переступила ногами, будто начала танцевать.
— Сверкаю~ сияю~ словно метеор в небесах! Я — блистательный символ надежды, освещающий эту эпоху! Дрожи, зло~ Звёздная девочка сошла с небес, чтобы очистить вас всех!
Фьюить! Чак!
Жезл резко остановился.
Женщина приняла позу, поднесла пальцы буквой V к глазу и подмигнула.
В глазу вспыхнула звезда.
Конечно, она просто сменила линзы, но такой детали один раз достаточно, чтобы запомнить человека навсегда.
— Ну? Теперь вспомнили?
В её голосе звучало явное ожидание.
Я рефлекторно ответил:
— …Вы кто?
— Да вы издеваетесь?! Я уже всё показала! Как можно до сих пор меня не узнать?!
Нет, узнал я её давно.
Просто на секунду решил, что лучше было остаться там.
Чёрт.
После помешанного на стойкости идиота, который бьёт людей в живот, — чудовище-женщина, швыряющая людей на скорости звука.