«Кто лучший герой?»
В современном обществе от этого спора никуда не деться. И по сей день герои не перестают соперничать, пытаясь стать лучшими каждый в своей области.
Сила, известность, благородство — и, конечно, красота…
А здесь, в банкетном зале района G, как раз проходил один из подобных конкурсов — «Мисс Героиня», где женщины-герои соревновались в красоте.
Поскольку это был скорее праздник внешности и индивидуальности, героини, которых заботили прежде всего чувство справедливости и боевой дух, обычно событием не интересовались.
Зато для тех, кто работал на агентство и зависел от узнаваемости, участие было едва ли не обязательным.
«Дяденька, подберите мне наряд».
Да. Именно поэтому некоторое время назад Кана вдруг примчалась ко мне с такой просьбой.
«У тебя же есть свой стилист. Почему опять я?»
«Но я ведь волшебная девочка, которая защищает мечты и надежды детей. Если уж оставаться верной своему образу, разве не лучше доверить это человеку, который понимает девичье сердце?»
«Ну, дочь у меня действительно есть, но…»
«Пока будете подбирать наряд, можете трогать меня где угодно. Хотите — даже грудь!»
«…Эй».
«А! Невинность нельзя! Это источник моей магии, так что до пенсии придётся потерпеть!»
«Ты, конечно, человек раскованный, но понимаешь ведь, что приставать вот так к любому мужику — зрелище не самое приличное?»
Тем более она была идолом, которого любило множество людей.
Пусть я и числился рядом с ней сотрудником, разбрасываться фразами вроде «можешь меня потрогать» было как минимум неуважительно к её поклонникам.
Хотелось бы, чтобы хотя бы из профессионализма она немного себя сдерживала.
«Я не с любым так».
«Что?»
«Только с вами, дяденька».
«…»
…Чёрт.
Почему она не понимает, что так ещё хуже?
Я, конечно, знал, откуда взялась её чрезмерная симпатия ко мне, но позволять этому развиваться дальше было плохо и для меня, и для неё.
Тем более сегодня заканчивался мой временный контракт менеджера.
Рано или поздно судьба всё равно снова сделает нас врагами.
— О, да это же господин менеджер!
Пока я переваривал эту невесёлую мысль, несколько гостей банкета начали меня узнавать.
Люди из индустрии, с которыми я пересекался, помогая на съёмках, сотрудники других агентств и даже их руководители.
Обычно временный работник едва ли общался бы с такими людьми, но относились они ко мне явно доброжелательно.
— И вы здесь, господин менеджер.
— Впрочем, у менеджера самой Спиритас иначе и быть не могло.
— Ха-ха. Только сегодня уже последний день. После этого банкета срок контракта истекает…
— Да вы и так сделали немало. С такими результатами можно попробовать добиться не временной, а постоянной должности. Не хотите себя предложить?
— Мы тоже высоко оценили ваши способности. Было бы приятно продолжить знакомство уже надолго…
Ну надо же. Когда тебя так хвалят люди с самой верхушки индустрии, даже неловко становится.
Всего за месяц-другой я заработал примерно вдвое больше, чем прежде получал за год.
Деньги, конечно, соблазняли. Но именно из-за того, на кого я работал, к этому вопросу следовало подходить осторожно.
Чем заметнее я становился, тем выше был риск, что кто-нибудь заметит и что-то подозрительное.
Да и Спиритас я уже более-менее изучил. Дальнейшее наблюдение особого смысла не имело, а продолжение внедрения могло принести больше вреда, чем пользы.
— Простите, но я всё-таки…
Я уже собирался мягко объяснить отказ, но, отводя взгляд, вдруг замер.
Среди гостей шла одна женщина.
На фоне чёрных фраков и ярких платьев особенно выделялись её длинные белые волосы. На вид она была примерно моего возраста.
— …А?
Я не мог отвести от неё глаз.
Что за… Почему?
Какого чёрта она здесь делает?
— Что-то случилось?
— Простите, я на минуту.
Я отвернулся от собеседников и бросился вслед за женщиной, уже исчезавшей в толпе.
Мне не показалось.
Белые волосы, голубые глаза и холодный, давящий взгляд.
Если судить только по цветам, до Великого катаклизма её скорее отнесли бы к североазиатскому типу, хотя черты лица были восточноазиатскими, как у Каны.
Такую внешность не спутаешь.
— Соль…
Я уже хотел окликнуть её по имени, но вовремя вспомнил, где нахожусь, и захлопнул рот.
Да. Это территория героев. Злодею вроде меня нельзя во всеуслышание называть это имя.
Особенно когда речь идёт о бывшем офицере Уробороса.
— …Что она здесь делает?
О её смерти официально вроде не сообщали, так что ничего удивительного, что она жива.
Вопрос был в другом: почему она разгуливает по территории героев с открытым лицом и даже без маски?
Тоже внедрилась? Если да, то зачем?
Как ни крути, сюда явился бывший офицер.
— Кажется… сегодня здесь что-то случится.
Для дурного предчувствия оснований было более чем достаточно.
***
Судзуки Кана.
На публике она выступала под именем Спиритас, а сейчас коротала время в банкетном зале, ожидая начала конкурса.
Но даже всегда беззаботная Кана сегодня заметно нервничала.
«Я что, совсем промахнулась с нарядом?»
Вокруг сверкали роскошные, изящные платья, а на ней было нечто такое, что скорее подошло бы маленькой девочке.
Розовое платье, сплошь покрытое оборками. Если не считать пышности, оно почти не отличалось от её обычного костюма.
Да, это был её узнаваемый образ, но всё-таки она находилась на торжественном банкете людей из индустрии, где полагалось выглядеть благородно и изысканно.
«Нет. Посмотрим с другой стороны. Милота среди всей этой роскоши — отличный контраст, разве нет?»
Может, именно такой наряд неожиданно высоко оценят на конкурсе.
Так что до объявления результатов не стоит глазеть по сторонам. Нужно просто быть собой.
Кана сжала кулачки, приободряя себя.
— Ой-ой~ кого я вижу? Неужели сама госпожа Спиритас?
К ней направилась знакомая женщина с едва скрываемым высокомерием в голосе.
Кана её прекрасно помнила.
— О, давно не виделись, Пин-Пин~ Как поживаешь?
— Не называйте меня Пин-Пин!
Перед ней стояла западная женщина с волнистыми волосами в соблазнительном платье. Одежда была ярче, чем у большинства гостей, но сохраняла такую изысканность, что её обладательница походила на аристократку.
Вот только во взгляде, обращённом на Кану, одной доброжелательности не было.
— Ваш характер, смотрю, совершенно не изменился. Говорят, место меняет человека, однако прошёл уже год с тех пор, как вы заняли свою должность, а вы всё та же…
Как и при прошлой встрече, женщина тут же начала её отчитывать.
Кана не обиделась. Лишь лениво указала на то, что не совпадало с её воспоминаниями.
— А сегодня ты без своего обтягивающего костюма?
— Это не «обтягивающий костюм», а суперсьют! Гордость Суперрейнджеров, которую передают из поколения в поколение!
Суперрейнджер Пинк перекричала даже собственную привычную воркотню.
Случайная фраза Каны попала прямо в больное место.
Пусть кому-то костюм казался смешным, после того как Пинк стала официальным героем, он был для неё предметом гордости.
— Просто сейчас мы не на сцене и не на задании, вот я его и сняла. В отличие от вас, у меня хватает ума одеваться по обстановке~
— А, вот как?
— Кстати…
Пинк с кислым видом оглядела Спиритас с головы до ног.
Пусть образ героини и строился на персонаже для маленьких девочек, такой наряд всё равно выглядел странно для сегодняшнего мероприятия.
— Вы ведь не собираетесь участвовать в конкурсе вот в таком виде?
Обычно она бы усмехнулась, но сейчас от настолько очевидного нарушения здравого смысла даже забеспокоилась.
Спиритас лишь пожала плечами.
— А почему нет? Правил по одежде особо нет. И у тебя, и у меня право участвовать одинаковое.
Пусть эта девица и раздражала, всё-таки они работали в одной сфере.
Если Пинк не станет откровенно враждебной, на этом конкурсе Спиритас готова была честно с ней посоперничать.
Как герой с героем и соперница с соперницей.
— …Кажется, вы кое-что неправильно поняли.
Но Пинк встретила её слова весьма скептически.
Спиритас вопросительно посмотрела на неё.
— И что же?
— Я пришла сюда как гостья. От участия в конкурсе я отказалась.
— Что? Пин-Пин, ты отказалась от такого мероприятия? Ты же до сих пор круглые сутки сидишь в соцсетях, потому что тебе внимания мало!
— Я же сказала, не называйте меня Пин-Пин! И это реклама и работа с поклонниками, а не жажда внимания!
Пинк раздражённо выдохнула и посмотрела в сторону.
— Я тоже весьма высокого мнения о себе. Но сегодня конкурс одновременно служит церемонией ухода на покой госпожи Фам-Фаталь Фамилиар. Вы ведь хотя бы знаете, кто это?
— Ну, имя слышала.
Просто лично никогда не встречалась.
Кана проследила за рукой Пинк и увидела вдали пожилую женщину, беседовавшую с гостями.
Особенно запоминалась родинка-слезинка под глазом.
Лёгкие морщины вокруг губ и на лбу выдавали прожитые годы, но даже сейчас от женщины исходила гордая, почти недоступная аура.
Фам-Фаталь Фамилиар.
Живая легенда индустрии и старейшая из действующих женщин-героев — герой A-ранга.
— Возраст у неё уже почтенный, но, как и обещает её геройское имя, в ней есть вся роковая привлекательность, какой только может обладать женщина. Я и сама собой горжусь, но даже рядом с ней невольно теряюсь. Поэтому сегодня и не участвую.
— …
— Ой? Госпожа Спиритас, неужели вы тоже струхнули, узнав, что Фам-Фаталь Фамилиар выходит на конкурс? Впрочем, с такой женщиной достаточно оказаться рядом, чтобы вспомнить своё место.
Нет. Дело было не только в красоте.
От неё исходило нечто, к чему обычному человеку будто нельзя было приблизиться.
Она одновременно отталкивала и заставляла сделать шаг навстречу — вызывала то самое чувство, которое обычно называют восхищением.
«Она тоже участвовала в Великой войне вместе с тем человеком, да?»
Это осознание смешалось с восхищением Каны как героя и звезды, рождая странное чувство.
— Внимание всем гостям банкета. Конкурс скоро начнётся, поэтому…
— Уже пора. Тогда я пойду на зрительские места.
— Постарайтесь хотя бы не опозориться.
Оставив напутствие, Пинк ушла. Спиритас тоже собралась отправиться в комнату ожидания по объявлению.
И тут к ней подошёл официант, разносивший напитки.
— Простите, вы герой Спиритас?
— Да. Это я…
— Вас вызывает один из руководителей Ассоциации. Не могли бы вы ненадолго пройти со мной?
— …Руководитель?
Руководители Ассоциации курировали героев.
Пусть здесь собирались не сильнейшие, а самые известные женщины-герои, кто-то из руководства вполне мог прийти.
Но почему именно её вызывают прямо перед конкурсом?
«Если зовёт руководство, возможно, дело действительно важное».
Пусть встреча и затянется, её очередь можно будет переставить. Кана решила выделить немного времени и пошла за сотрудником.
— Простите, но это же склад…
В итоге её привели в тёмную складскую зону.
Стоило войти в безлюдное помещение, дверь за спиной с грохотом захлопнулась. Мужчина впереди достал что-то из одежды и направил на Спиритас.
Чёрный механизм, согнутый буквой Г.
БАХ!
Вспышка ударила точно в глаз Спиритас.
От удара её корпус качнулся, но она не упала.
Противники, конечно, ожидали примерно этого.
Не получилось застать врасплох — значит, задавят числом.
— …Ха.
Из теней по всему складу один за другим начали выходить люди.
Кана выпрямилась и обвела их глазом, в который только что попала пуля.
Она моргнула, и смятая пуля выпала на пол.
— Сегодня вроде праздник должен быть?
Сверхэнергия сгустилась в её ладони, взметнув вокруг ауру.
— А чего тогда столько желающих, чтобы им похороны устроили?