Джинджер Брэд слаб.
В сознании Вангарда это уже стало аксиомой.
Какой бы отвагой он ни обладал, решившись голыми руками встретить хищника, в итоге даже защитить собственное тело ему было тяжело.
«Мой отец похож на тебя».
И что это не простая ошибка восприятия, доказала его дочь.
Наблюдая, как Брэд общается со Спиритас, Вангард вспомнил тот разговор.
«Похож? Чем?»
«Сначала мне казалось, что дело только во внешности. Но поговорив с тобой, я поняла, почему испытывала дежавю. Ты, как и мой отец, жил жизнью, за которую не получал отдачи…»
Героем ему не позволила стать лишь нехватка силы.
«Да. Мой отец сейчас мучается тем же вопросом. Он снова и снова спрашивает себя: действительно ли правильно просто упрямо продолжать стараться…»
Вангард искренне жалел этого человека.
И даже решил, что как герой обязан вместо него защитить то, что тот сам хочет защитить.
Сильный должен делать это.
Для героя — естественно.
Он считал это правильным.
— Тогда почему…
Почему человек, которого Вангард собирался защищать…
Уже стоит рядом с сильнейшей раньше него?
— Ассоциацию я уже уведомила, так что сейчас всё быстро уберут. Руководителей мы взяли, значит, остальные бунтовщики скоро рассыплются.
— Хорошо. Ситуация успокоилась быстрее, чем я думал.
— Тогда раз закончили, можем вместе куда-нибудь сходить!
— …Какое ещё гулять, мелкая? Я еду в больницу, а ты остаёшься разгребать последствия, пока Ассоциация не пришлёт людей.
— Что?! Мы столько не виделись, а вы сразу уходите?! Хотя бы мороженое могли купить!
— Мировая звезда, не вымогай деньги у бедного обывателя.
— Тогда я куплю~!
Они не просто стояли рядом.
Они были явно близки.
Будто отношения начались задолго до того, как Вангард вообще встретил Спиритас.
Будто самого факта, что она выбрала его, никогда не было достаточно.
«А… понятно. Я…»
Он понял слишком поздно.
Ответ, который он вывел, глядя на неё, изначально был неправильным.
Он сам придумал ожидания.
И сам разочаровался, когда мир им не соответствовал.
«Я ещё не достоин стоять рядом с ней?»
Не выдержав самоедства, Вангард отвернулся от места событий и окровавленной рукой достал спрятанное за пазухой устройство.
Коммуникационный терминал героя.
Причём тот, который позволял напрямую связаться с «одним из руководителей Ассоциации».
— …Да. Это я.
Не выдержав собственной подавленности, герой отвернулся от появившейся возможности и решил вернуться туда, откуда пришёл.
Как всегда, упрямо продолжая двигаться по одной дороге.
— Могу я попросить вас… о том самом?
Даже понимая, что этим снова добавит в сердце новый груз вины.
***
Прошло время.
Бунт в городе полностью подавили.
— Что?! Он ушёл?!
Кана помогала пострадавшим в пункте помощи и была настолько ошарашена звонком, что не заметила даже меня, только что вышедшего из палатки после лечения.
— Нет, я ведь специально приехала в район D, чтобы встретиться! И он ничего не сказал и просто уехал? Да, я видела, что он серьёзно пострадал в бою со злодеем… Что? Его вызвал один из руководителей Ассоциации?
Кана побледнела и спорила до последнего, но в итоге с явным неудовольствием закончила разговор.
Я подошёл, придерживая ноющую шею.
Только тогда она наконец заметила меня.
— А, дяденька. Лечение уже закончилось?
— В больницу ложиться не надо, так что нормально. А что за звонок?
— Ну… Помните героя, которого мы встретили? Вангарда.
Да.
Он говорил, что спустился в город на встречу.
Судя по всему, встретиться должен был именно с Каной.
Но прежде чем они успели толком поговорить, он уже покинул район D.
Самовольный поступок.
Однако Кана вряд ли могла что-то сделать.
S-ранговые герои имеют огромное влияние, но руководство Ассоциации обладает политической властью, распространяющейся на всю Пангею.
Хотя когда эти люди лично куда-то лезут, ничего хорошего обычно не бывает…
— Эх. Только подумала, что наконец найду сайдкика, а он вдруг сбежал.
— Жаль, конечно. Но странно другое. Тебе обязательно было самой ехать искать сайдкика?
На её месте кандидаты должны сами ломиться в очередь.
Зачем специально тащиться в этот город ради одного человека?
— Ну, это…
Кана некоторое время смотрела на меня, а потом резко отвела глаза.
— Есть причина.
— Неудобно говорить?
— Да нет. Сначала я заметила его по мелочи… Но потом собрала сведения и решила, что он, пожалуй, подходит лучше всего. Я всё равно проезжала поблизости, поэтому решила заодно встретиться.
— А. Понятно.
Ответ не совсем удовлетворял, но раз у неё свои причины так реагировать, я не стал докапываться.
Гораздо сильнее беспокоило другое.
Она собиралась взяться за то, чего раньше не делала.
— Ты сказала, что всё равно проезжала поблизости…
— …Вы уже догадались.
Да.
Она направлялась в район B.
После прошлой стычки Кана всё время ждала реванша с Соль Хваран.
— А вы тоже поедете?
Но следующий вопрос был уже совсем о другом.
— А мне туда зачем?
— Подумала, вы можете опять полезть куда не надо.
— …Кем ты меня вообще считаешь?
В Пандемонии собралось несколько S-ранговых злодеев во главе с бывшим офицером Уробороса Соль Хваран.
Против них стягиваются S-ранговые герои вроде самой Спиритас.
Да, масштаб меньше войны трёхлетней давности.
Но по накалу нынешнее столкновение ей не уступит.
Я видел ту войну своими глазами.
И прекрасно понимал: мне там делать нечего.
— Если вы захотите, я могу вас взять.
Кана, словно не отпуская какую-то мысль, всё-таки сделала предложение.
— Как раз место сайдкика свободно. В нынешней ситуации вы нашли базу бунтовщиков и помогли защитить заложников. Если рассказать это Ассоциации, никто не будет возражать.
— …Эй.
— Я серьёзно.
— …
— Правда серьёзно. Я считаю, что вы подойдёте.
Я знал.
Она любит шутить, но между работой и личным всё-таки проводит чёткую границу.
Разумный ответ — отказаться.
Но если согласиться, появится возможность снова встретить ту женщину.
В одиночку я ничего не могу.
Но если опереться на влияние S-ранговой героини…
Ву-у-у!
Пока я не находил ответа, на открытую площадку пункта помощи въехала машина.
Остановилась прямо перед нами.
Из неё вышел человек, которого я знал слишком хорошо.
— Ага. Так и думал, что вы здесь.
Не просто знакомое лицо.
Лицо, которое видеть не хотелось.
— Ты чего тут…
— Госпожа Судзуки Кана, верно?
Грей Анатоми.
Скрывая офицерскую личность, он приветливо улыбнулся Кане и протянул руку.
— Рад знакомству. Фауст Панцер, школьный медработник Академии Марис.
— А, да. Очень приятно. Но что вам от меня нужно?..
— Ассоциация дала мне одно поручение. Если у вас проблемы с сайдкиком, мне велели привезти вам подходящего кандидата.
— Что? Они уже подготовили сайдкика?
Кана продолжала пожимать руку и широко раскрыла глаза.
Я тоже не ожидал такого развития.
Но вскоре понял, о ком он говорит.
В окне машины шевелились две антенны.
— Эй. Только не говори…
— Не ругайся. Тут и я ничего не мог сделать.
Ну да.
Потому что «этот ребёнок» ещё до того, как стал учеником, был инструментом Ассоциации.
— Выходи.
Анатоми повернулся ко мне спиной и открыл дверь.
Из машины спрыгнула девочка в пончо с двумя антеннами…
Нет.
С двумя ненормально торчащими прядями волос.
E-3.
Искусственный человек, которого обычно называют И-Три.
— Эм…
И-Три подбежала и остановилась перед Каной.
Та удивлённо посмотрела вниз.
Большие блестящие глаза.
Наклонённая голова.
Покачивающиеся «антенны».
— Вы — Небесный Демон?
Слова, совсем не похожие на речь маленькой девочки.
— Что?
— И-Три чувствует это с одного взгляда! В базе данных И-Три записано, что такую огромную сверхэнергию излучает только Небесный Демон!
В общем-то не совсем ошибается.
Кана действительно унаследовала сверхэнергию через дар человека, которого называли Небесным Демоном, — Презент, «дар будущим поколениям».
Опыт и техника пока уступают, но её растущий со временем потенциал уже вполне можно считать превзошедшим потенциал предшественника.
— Нет, я не Небесный Демон…
— А! И-Три поняла!
Кана попыталась возразить.
Но И-Три, будто совершенно не интересуясь её чувствами, широко улыбнулась.
— Этот человек не Небесный Демон, а мама!
Ну да.
Обычная её бессмыслица.
Особенно ошеломляющая, потому что никакого предупреждения не было.
— Что?
— И-Три нашла маму!
— …
Кана замерла.
Потом моргнула и растерянно посмотрела на меня.
— Дяденька, что делать? У меня появилась дочь, о которой я не знала… Интересно, Мария, забеременевшая Иисусом, чувствовала себя так же?
— Соберись.
S-ранговый герой ещё не должен теряться из-за детской чепухи.
Проклятая мелочь.
Появилась из ниоткуда и снова устроила хаос.
— Эй, И-Три точно уже можно двигаться?
Ещё недавно она лежала на земле, будто сломанная.
Прошла всего половина дня.
Не слишком ли быстро вернулась?
Анатоми наверняка тоже задавался этим вопросом.
— В итоге просто отсутствовала одна важная деталь, поэтому система остановилась. Мне сказали: заменить компонент — и никаких проблем.
— …Я думал, она вырубилась потому, что ворона украла волосы.
— Понимаю, почему вид того, как краеугольный камень будущих технологий отключился по настолько нелепой причине, подрывает доверие. Но слишком негативно смотреть тоже не стоит.
Анатоми неожиданно серьёзно заговорил вполголоса.
Он смотрел на И-Три, которая уже возилась с Каной.
— Всё-таки девочку создала сторона, которая победила нашу организацию. По крайней мере в вопросах подготовки к бою стоит признавать их достижения. Иначе наша собственная честь после поражения будет выглядеть совсем жалко.
— Ну… тут не поспоришь.
Да.
Он тоже вышел на войну всерьёз и потерпел болезненное поражение.
Он не беснуется, как Соль Хваран, только потому, что не видел удобного шанса.
Но Ассоциацию, которая его победила, вынужден в какой-то степени признавать.
Хотя бы когда речь идёт о подготовке к катастрофе.
Отнестись к их возможностям спустя рукава было бы для него даже унизительнее.
— Мама должна поднять И-Три!
…Разумеется, серьёзность Анатоми никак не делает серьёзной эту мелочь.
— М-м. Вот так?
— О-о! И-Три впервые подняли на руки! Мама действительно мама И-Три!
— Аха-ха. Милая девочка.
Кана сама любила детей, поэтому спокойно приняла каприз.
Но вскоре лицо стало серьёзнее — она что-то поняла.
— Вы сказали, что Ассоциация велела взять эту девочку в сайдкики. Можно объяснить подробнее?
— А, вам скоро сами позвонят. Лучше услышать всё от них. Я, к сожалению, с Ассоциацией никак не связан…
Анатоми сразу провёл границу.
В действительности для учеников он играет только роль учителя.
И И-Три знает его лишь как учителя.
Она пока не заметила ничего подозрительного.
Пусть один — злодей, а другая — инструмент героев, на поверхности это просто учитель и ученица.
— Это папа Моа.
Хотя я-то в точно таком же положении.
Почему эта девчонка с самой первой встречи так ко мне прицепилась?
— А это мама И-Три.
И почему, заявив при знакомстве, что никакой мамы у неё нет, теперь совершенно спокойно назначает мамой Кану?
Не мать, а расходник, который можно менять как деталь.
И-Три не обратила внимания на мой взгляд.
Она радостно повернулась между мной и Каной.
— Если сложить вас двоих, получится супружеская пара!
И сказала это совершенно спокойно.
Хотя обоим участникам оставалось только ошарашенно смотреть.