— Уверенности не было. Я вообще не связан с героями, а раз давно отошёл от дел, специально копаться в этом не собирался. Просто именно они прочёсывали поле боя после окончания войны. Вот я и предположил, что там что-то подобрали и на основе находки что-нибудь собрали.
—…Не может быть.
Я не то чтобы не верил Анатоми.
Невероятным казалось другое: тот свет на экране действительно исходил от Бист Бастера.
— Разве дар не исчезает после смерти?
У обычного обладателя способностей после медицинской смерти оставшийся в теле дар постепенно рассеивается.
Конечно, при регенерации дар может сохраняться даже в состоянии медицинской смерти и понемногу восстанавливать тело. Но известная мне способность Бист Бастера была заточена под взрывчатку и к регенерации отношения не имела.
— Судя по лицу, наш дружок вообще ничего не знает о Бист Бастере.
Анатоми, явно развеселившись, сунул руку за пазуху.
В пальцах у него оказался крошечный чип, который можно было поднять двумя пальцами.
— Итак, первый вопрос нашему дружку. Сколько информации может поместиться вот сюда?
—…На корпусе написано «500 гигабайт».
— Ух, сколько данных! А ведь когда-то на дискету едва влезало несколько десятков мегабайт. Вот до чего техника дошла, а?
О каких древностях он вообще говорит? Почти полвека назад… нет, дискеты были старой технологией ещё до существования Пангеи, так что скорее почти век назад.
Я и сам знал о них разве что из учебников истории. Иногда, глядя на этого типа, невольно задаёшься вопросом, сколько ему в действительности лет.
Если он спокойно говорит Шэдоу, что тот прожил уже полвека, и всё равно общается с ним без малейшей дистанции…
— А теперь второй вопрос нашему дружку.
Нет, сейчас не время думать о его возрасте. Анатоми убрал чип и продолжил:
— Можно ли в пространстве меньше этого чипа сохранить больше пятисот гигабайт?
— Если технология позволяет… наверное.
— А в ещё меньшем?
—…Что?
— А ещё меньше? И ещё? И ещё-е-е меньше — можно там оставить запись?
—…
—…Вот именно. Этот парень способен на такое.
Само собой хотелось сказать: «невозможно». Но это лишь в рамках обычного здравого смысла.
Сам дар уже выходит за пределы здравого смысла, а среди даров полно таких, которые человечество до сих пор не умеет объяснить ни наукой, ни технологиями.
— «Квантовая запись».
И дар Бист Бастера относился как раз к таким.
Я впервые слышал это название. До сих пор считал, что его способность просто создаёт бомбы.
— С помощью своего дара Бист Бастер способен управлять веществом на атомном уровне. Его фирменные мощные бомбы — всего лишь «прикладной» результат: он разбирает материю на таком масштабе и заново её собирает.
Да, это я знал.
Ядерные процессы вроде деления атомного ядра… возникающая при них плазма стала его визитной карточкой. Если использовать её как оружие, он мог бесконечно создавать бомбы, способные даже при небольшом расходе силы разнести всё вокруг.
Но Анатоми говорил, что даже это — лишь «применение».
Само название дара — «Запись» — намекало: настоящее применение способности лежало в другой области.
— Проще говоря, он может работать с материей на атомном уровне. Значит, способен оставлять тончайшие записи в структурах куда меньше не только чипа, но даже ДНК живого организма.
Запись на уровне меньше ДНК…
По нынешним представлениям — абсурд.
Но лишь по нынешним.
Когда-то дискеты сменились SIM-чипами; вполне возможно, в будущем в ещё меньшем объёме будут хранить гигантские массивы информации.
В истории науки уже не раз бывало, что дар опережал технологическое развитие на годы и десятилетия.
А этот человек в сфере записи опережал современность на века.
Без преувеличения: пока оставленная им запись не уничтожена на атомном уровне, стереть само её существование практически невозможно.
— То есть Ассоциация после войны нашла одну из записей Бист Бастера и использовала её?
— Похоже на то. Какой бы крошечной ни была запись, в ней должна оставаться сверхэнергия.
Если её удастся обнаружить, можно найти и материал, несущий запись. А затем использовать его как основу для нового творения.
До этого места всё было понятно.
Синий свет, который сейчас разливался там, был результатом повторного использования записи Бист Бастера, найденной Ассоциацией.
Но тогда…
— Если это просто запись, разве можно говорить, что он фактически жив?
Найденный дневник умершего человека не означает, что его владелец воскрес.
То же самое с любым носителем данных: созданное на основе записи существо будет лишь копией.
Бист Бастер, которого мы знали, уже мёртв. Существо там нельзя назвать самим Бист Бастером.
— Я тоже так думаю. Но если воспользоваться его собственными словами, он ответил бы вот что.
Анатоми понимал это раньше меня, однако говорил совершенно спокойно.
— «Я определил самого себя как отдельный вид. Смерть одного человека не означает исчезновения человеческого вида. Точно так же, пусть большая часть меня исчезнет, если останется хотя бы один фрагмент, сохраняющий моё самосознание и память, можно сказать, что я продолжаю существовать в этом мире».
В какой-то мере даже философия.
Анатоми пожал плечами.
— Ну, даже если это не он сам, знания и память унаследованы полностью. Значит, существо, использующее эти данные, будет реагировать так же, как Бист Бастер, и повторять его поведенческие модели.
Если оно реагирует точно так же, какая разница, как с ним обращаться?
Анатоми явно считал этого достаточным и с интересом смотрел на синий свет на экране.
А вот меня потрясла не столько сама истина, сколько то, что я понял вслед за ней.
«И-Три связана судьбой с папой Моа!»
Почему она сказала это при первой встрече?
Почему так цеплялась именно ко мне?
Теперь всё стало ясно.
— Ха-а… Ну и ну.
Точно. Использовать остатки зла против ещё большего зла — герои любили этот приём.
Тем более если речь шла о бомбе, которая когда-то вышвырнула из боя сильнейшего героя. Они наверняка до смерти хотели как-нибудь воспользоваться такой штукой.
И в этой девочке всё ещё сохранялось слабое воспоминание.
О том, что именно я использовал ту бомбу против Джастиса.
Силой, искажавшей судьбу, даже остальные офицеры забыли о моём существовании, а она всё-таки сохранила его хотя бы на уровне ощущения и поэтому нашла меня.
— Никогда не знаешь, куда повернёт жизнь.
И теперь это существо оказалось в руках героини, за которой я сам следил с интересом.
Оставалось только смеяться.
***
— Бист… Бастер?..
А Спиритас сейчас могла чувствовать лишь потрясение.
Если И-Три не собирается отступать, тогда хотя бы будут сражаться вместе — она думала, что разговор закончится примерно так.
И вдруг из уст девочки прозвучало имя, которое невозможно было проигнорировать.
— Требуется объяснение?
По телу И-Три всё ещё бежали синие разряды.
Но вместо её привычной наивной речи звучал жёсткий голос с почти неизменной высотой.
Спиритас оставалось только растеряться.
— Ты… тот самый Бист Бастер, которого я знаю?
Она сглотнула и спросила И-Три… нет, существо, использовавшее тело И-Три.
Действительно ли тот, кто прежде был рядом с ней в облике этой девочки, — именно тот Бист Бастер?
— Верно наполовину.
—…Наполовину?
— Начну с главного. Корпус E-3, который я сейчас использую, создан с помощью фрагмента, оставшегося после разрушения Бист Бастера — бывшего офицера Уробороса. Естественно, записи и воспоминания, сохранившиеся в этом фрагменте, стали одной из основ ИИ этой девочки.
— Т-тогда И-Три…
— Но можешь успокоиться. Главный ИИ этого корпуса — исключительно E-3. Я всего лишь «копия», построенная из остаточных данных прошлого, спрятанных внутри её информационной структуры. Если девочке угрожает опасность, я могу появиться в любой момент, но контроль над сознанием в конечном счёте принадлежит ей, а не мне.
Сознание, появившееся сейчас, было лишь реконструкцией записи.
Когда задача закончится, вернётся знакомая ей девочка.
Но даже это не успокоило Спиритас полностью.
—…Ассоциация совсем с ума сошла.
И-Три — продукт будущих технологий Ассоциации — на деле была построена из остатка великого зла.
Причём Бист Бастер был одним из тех, кто устроил больше всего катастроф среди всего Уробороса.
Даже прозвище говорило за него: подрывник.
Он не раз устраивал бедствия масштаба того, что сейчас происходило в городе.
Как бы ни торопились с технологиями, попытка восстановить даже личность из оставшегося им фрагмента выглядела безумием.
— Это была честная сделка.
Бист Бастер спокойно ответил растерянной Спиритас.
— Честная? Не неси чушь! Ты злодей. С чего Ассоциации вообще заключать с тобой сделку?!
Для героини посреди зоны бедствия такое спокойствие казалось почти мерзким.
— Ха. Ха. Ха.
Но в ответ раздался смех.
Он был столь же механически ровным, как и прежде, но Спиритас услышала в нём насмешку.
— Похоже, нынешняя хозяйка, которая решила меня использовать, весьма наивна. Спиритас. Неужели ты не знаешь, на скольких жертвах и несправедливостях построена организация, к которой принадлежишь?
— Что?..
Что ещё за бред он собирается нести?
ГР-Р-РОХОТ!
Спиритас хотела потребовать объяснений, но сейчас на эмоциональную перепалку просто не было времени.
Они всё ещё находились в зоне катастрофы. Разрушение лишь ненадолго остановилось, а впереди их ждало ещё более страшное бедствие.
—…Время вышло, Спиритас.
Громадное тело, прежде опустившееся на землю, снова начало подниматься — и становилось ещё больше.
Гораздо больше прежнего. Теперь оно возвышалось над любым зданием города.
— На этот раз лучше сражайся в полную силу. Иначе бесчисленные люди, которых ты обязана защищать, погибнут.
Гигант высотой почти с гору мог разрушить всё вокруг одним движением руки.
—…Не лучшая обстановка для неспешной беседы.
Другое чудовище, стоявшее напротив, обратилось к Спиритас.
— На сегодня хватит объяснений. Спиритас. Ты будешь использовать меня? Или откажешься и продолжишь сражаться одна?
Безжалостный выбор в самый опасный момент.
Да, перед ней был страшный злодей, но он утверждал, что теперь сотрудничает с Ассоциацией.
Если это правда, в этом бою его можно использовать как союзника. Он даст ей силу, которой не могла обеспечить простая маленькая и наивная девочка.
— Я…
И всё же она колебалась.
Иначе и быть не могло.
Он когда-то стоял на одном уровне с той злодейкой, которая одолела Спиритас, и смотрел на мир с той же высоты.
— Я всё равно не могу вас простить.
Взгляд из-под маски, направленный на неё тогда, когда она стояла под лезвием с замёрзшим телом, до сих пор был выжжен в памяти.
Ей было страшно, что этот взгляд снова протянет когти к миру.
Что остаток великого зла, предлагающий помощь, скоро опять превратится в прежнее чудовище.
Но…
— Всё равно. Сейчас одолжи мне силу.
По крайней мере Ассоциация действительно хочет защитить этот континент.
Вопросов было много, но сейчас, в такой ситуации, ей приходилось полагаться на силу, которую они дали.
Чтобы спасти хотя бы немного больше людей, нужно доверять товарищам.
— Чего ты хочешь?
— Возможность как следует врезать в башку тому громиле.
— Это несложно.
ТР-Р-РЕСК!
Словно откликаясь на решение Спиритас, искры вспыхнули ещё ярче.
Маленькое тело начало разделяться на части, и поток направился к Спиритас.
ХРРР-РУСТ!
В этот момент Гигантес схватил огромную металлическую башню сбоку и вырвал её с корнем.
Заострённый конец был направлен туда, где по пути эвакуации скопились люди.
— Спиритас! Если действительно хочешь их защитить — попробуй остановить это!
Гигантес уже собирался метнуть башню.
БА-А-АХ!
Но прежде чем она успела взлететь, мощный удар снизу разрушил его запястье.
Что-то маленькое, взмывшее снизу и оставившее синий след.
— Что?!
ГР-Р-РОХОТ!
Башня вместе с разрушенной рукой рухнула вниз, превращая всё вокруг в хаос и делая опору под ногами опасной.
Но Гигантес уже не обращал на это внимания.
Он смотрел в сторону.
На летательный объект, который не падал даже после того, как разнёс его запястье.
Похожий на ту маленькую девочку, что недавно полезла на него…
Нет. На этот раз поток силы не был беспорядочным.
Он оставался удивительно спокойным.
—…Крылья?
А затем поток застыл в отчётливой форме, видимой невооружённым глазом.