О нападении на район B объявили всего несколько недель назад.
Да, само нападение началось ровно в полночь, но времени до этого было достаточно, чтобы эвакуировать людей или хотя бы выстроить полноценную оборону.
Почему же всё дошло до такого?
Из-за беспечности правительства?
Нет. Причина была ещё проще: жители района B сами отказались эвакуироваться.
«Если известно, что злодеи собираются напасть, так пусть нас защищают. Разве не на это идут наши налоги?»
«А кто возместит ущерб, который мы понесём из-за эвакуации? Кто гарантирует, что правительство компенсирует нам всё до последней монеты?»
«Вы годами твердили, что Пангея безопасна. Если следовать вашей же логике, район B тоже безопасен. Так почему теперь вы вынуждаете нас уезжать? Не хотите ли под видом эвакуации причинить нам какой-то вред?»
Наверное, сами они считали такие доводы вполне справедливыми.
Они доверяли государству, которое годами предпочитало заметать проблемы под ковёр, и действительно верили, что в Пангее безопасно.
Вот только это же государство уже не раз скрывало серьёзные происшествия.
— Привязанность каждого к своей собственности, чувство ложной безопасности, выращенное замалчиванием проблем и пропагандой… А сверху ещё запоздалая реакция властей и всё остальное.
Анатоми подвёл итог, фыркнул и откусил начос, купленные к пиву.
— В этой чудесной комбинации нет ни одного несмешного пункта. Люди — отвратительный вид уже по самой своей природе.
—…
Я лишь молча смотрел на экран.
Да, нынешняя ситуация казалась глупой и до невозможности раздражающей, но всё же речь шла о проблемах отдельных людей и организаций.
Объявлять из-за этого ошибкой само существование человечества — слишком уж крайняя позиция.
— Жалеешь?
Анатоми спросил это, пока я продолжал смотреть новости.
Его прежняя ухмылка уже исчезла, сменившись холодным выражением.
Будто начало фильма показалось забавным, а всё остальное стало слишком предсказуемым и скучным.
— О чём мне жалеть?
— Что туда не поехал.
Наверное, поэтому его интерес к происходящему на экране постепенно угас и переключился на меня.
— Я-то с этой вашей Пандемонией связываться вообще не собираюсь. Но у тебя, похоже, осталось слишком много незакрытых дел… Ты ведь не думаешь сейчас, что стоило поехать за той девушкой?
—…Я уж думал, ты что-то серьёзное скажешь.
Я цокнул языком и открыл новую банку пива.
— Да ничего я не думаю. Что я вообще там могу сделать?
— Я не спрашиваю, можешь ты что-то сделать или нет. Я спрашиваю, хочешь туда ехать или нет.
— Не цепляйся. Даже если бы захотел, всё равно туда не сунусь.
Чтобы слабаку вроде меня вообще оказаться на таком поле боя, пришлось бы держаться рядом с героиней уровня Спиритас.
А значит, любые мои действия автоматически попадут в поле зрения стороны героев. Достаточно одного случайного столкновения с Соль Хваран — и моя личность может раскрыться.
А если дело дойдёт до босса, под угрозой окажется уже она.
Так что мне совершенно естественно держаться от этого подальше.
— Ну, раз ты так говоришь, значит, так и есть.
Он и не спорил, но телевизор его уже окончательно перестал интересовать.
— Тогда ответь хотя бы на одно.
— На что ещё?
— Которая?
— Что?
— Соль Хваран или та девушка, которую мы только что встретили?
Вопрос был урезан до предела.
Но прежде чем я успел переспросить, что он имеет в виду, смысл дошёл сам.
— Если в лоб, Соль Хваран, конечно, победит. Какой бы сильной ни была Спиритас, опыта ей всё ещё заметно не хватает.
Ну да, интересно.
Наследница силы худшей злодейской организации в истории и преемница Небесного Демона. Если эти двое столкнутся напрямую, любопытно будет любому — независимо от масштаба разрушений.
— Но сейчас это не личная дуэль. Это бой Пандемонии против Ассоциации. В организационном плане Ассоциация, естественно, сильнее. Правда, она отвечает за весь континент, поэтому бросить все силы только на район B не сможет. Так что пока нельзя наверняка сказать, чья сторона победит…
—…
—…Что опять не так?
— Ты специально, да?
— Да что именно специально?
Я в ответ швырнул в него банку. Анатоми поймал её рукой.
Казалось бы, мой настрой должен был быть понятен, но он смотрел на меня так, будто наглел как раз я.
— Эй, ты думаешь, сейчас восьмидесятые? Хватит уже изображать тупого героя из старого ромкома, который «ничего не замечает».
—…Я уж думал, о чём ты.
Больше придраться не к чему, вот и цепляется к такой ерунде?
Я отпил пива вместо ответа, а он начал возмущаться ещё сильнее.
— С Соль Хваран всё понятно, но и та девушка к тебе явно неравнодушна. А ты утверждаешь, что вообще ни о чём таком не думаешь. И одна из них, между прочим, мировая звезда!
— Извини, но ни к одной у меня никогда не было таких мыслей.
— Серьёзно?
— Серьёзно.
— Боссом поклянёшься?
— Да чем ты предлагаешь мне клясться, псих?!
Я снова швырнул ему банку прямо в голову.
Но, кажется, слишком вложился в бросок.
Банка пролетела мимо его головы и врезалась в стену.
— Ха-ха! Ну ты и придурок! В цель в двух шагах попасть не можешь…
Пш-ш-ш!
Извини, ублюдок. На этот раз это рикошет.
— Ай!
Газированная баночка отлетела от стены и ударила Анатоми по затылку, сбив его с ног.
Я поймал её на обратном пути и влил в рот пенящееся содержимое.
— Ты, мать твою, ещё и называешь себя верным подчинённым? Даже в шутку такое о боссе говорить хочешь?
— Да мне просто настолько интересно, что там у друга с личной жизнью! Хочешь — и я про свою расскажу сколько угодно.
— Вообще не хочу. Заткнись уже.
Мне-то какое дело, с какой дворовой кошкой он на этот раз ходил на свидание?
Я цокнул языком, отвернулся от валявшегося Анатоми и снова посмотрел на телевизор.
— Разошлись не на шутку.
По масштабу это был теракт против целого города.
Практически стихийное бедствие.
Но даже при этом у меня возникла лишь такая простая мысль.
Трагедия за горизонтом…
Сколько ни показывай её в прямом эфире, кожей её всё равно не почувствуешь.
***
Но то, что издали кажется фарсом, вблизи легко превращается в трагедию.
Спиритас только прибыла на место и уже чувствовала, как тревога, преследовавшая её всё это время, становится реальностью и сдавливает горло.
«Ужас».
Хуже любого места, которое ей доводилось видеть раньше.
Ни одного целого участка вокруг. Кровь на выжженной земле уже быстро высыхала от жара.
А запах жареного мяса, то и дело доносившийся из разных мест, наверняка был следом сгоревших человеческих тел.
«Меньше чем за полчаса… Неужели город действительно можно уничтожить так быстро?»
Она бежала сюда быстрее скоростного поезда, до нехватки воздуха в лёгких.
Но к моменту её прибытия окраина города уже превратилась в руины.
Такие нападения почти наверняка должны были продвигаться от окраины всё глубже к центру. Если внутри ещё оставались люди, которые не успели эвакуироваться, медлить было нельзя.
—…Даже на костюм времени переодеться нет.
Передохнуть после безумного бега тоже удастся лишь пару секунд.
То же касалось и помощницы, которую Кана несла на спине всю дорогу.
— Д-дээт…
Искусственный человек И-Три.
Только теперь Спиритас вспомнила о ней, опустила на землю и осмотрела.
— И-Три. Ты в порядке?
Внешних повреждений не было. Вопрос скорее в психике…
Десятки минут нестись на скорости звука тяжело даже профессиональному герою.
— Было весело!
Но, похоже, с этой девочкой всё хорошо.
Если она ненадолго и зависла, то лишь потому, что не успела привыкнуть к скорости.
— Мамина пробежка была ещё веселее того аттракциона, на котором И-Три каталась раньше! И-Три хочет ещё!
— Потом накатаю тебя сколько угодно.
Кана повернулась к городу.
— Но сейчас, похоже, не время для развлечений.
Когда перед И-Три открылось выжженное поле разрушений, она наконец нахмурилась.
— Здесь прошли злодеи?
— Похоже на то. Но сейчас есть кое-что важнее самих злодеев.
Герои существуют для защиты общества.
Разумеется, спасение невинных людей должно быть приоритетом. Но если заниматься только спасением, злодеи получат ещё больше свободы.
Свалить обе задачи целиком на одного человека — слишком тяжёлая ответственность.
—…И-Три.
А при таком хаосе быстро соединиться с другими героями было почти невозможно.
Поэтому Кане оставалось лишь надеяться, что единственная союзница рядом обладает всем необходимым.
— Сможешь вместо меня спасать людей в городе?
Она понимала, насколько это тяжёлая просьба.
Но хотя бы надеяться было можно.
Ви-и-ирр.
Волосы И-Три внезапно поднялись дыбом.
Кана удивлённо опустила взгляд, а девочка широко развела руки и объявила:
— Доктор передал информацию!
— Информацию…?
— Всё, что чувствует И-Три, по связи передаётся исследовательской группе доктора. Поэтому доктор может мгновенно отправлять И-Три нужные данные!
Точно. Она же робот.
В отличие от человека, который вынужден получать всё глазами и ушами, И-Три могла отбирать переданную информацию и быстро её усваивать.
А объём данных, доступный всей исследовательской группе, неизмеримо превосходил возможности одного человека. Особенно если нужное можно было получать напрямую извне.
«Выходит, помогает мне не только эта девочка».
Она была плодом труда целой команды.
Если И-Три участвует в операции, по сути, все эти люди тоже оказывают поддержку.
А в зоне катастрофы тысяча помощников порой надёжнее одного силача.
«С этим можно работать».
Возможно, для неопытной героини, у которой кроме силы почти ничего нет, И-Три действительно станет идеальным сайдкиком.
Кана едва успела улыбнуться этой мысли, как все нервы снова натянулись.
Она тут же обхватила И-Три.
— М-мама?!
— Не двигайся!
Бах!
Раздался выстрел, и наружная стена здания за их спиной разлетелась.
Кто-то заметил их и атаковал.
— Ого, увернулась? Впечатляет.
Спиритас, укрывшись за стеной, осторожно выглянула наружу.
Из переулка один за другим вышли вооружённые до зубов злодеи.
«Огр Гонтлет, Джек зе Найф, Хэд Экс… Каждый — A-ранг».
Она регулярно просматривала розыскные списки, так что узнать их было несложно.
А вот они её пока не распознали.
— Без костюма я решил, что вы просто мать с дочерью. А ты, оказывается, героиня?
— Видимо, ради дочурки сюда примчалась. Какая трогательная семейная любовь, аж слёзы наворачиваются.
По переулку прошёл издевательский смешок.
Кана нахмурилась, крепче прижала И-Три и спросила:
— Может, просто отпустите нас? Хотя бы ребёнка…
Грохот!
Стена позади рухнула.
Сбоку приближался Огр Гонтлет, считавшийся непревзойдённым по грубой физической силе. Одним огромным кулаком он буквально смёл остатки кладки.
— Нельзя же разлучать мамочку с дочкой! Не волнуйся! Я аккуратно соединю вас обратно в одно целое!
Он зловеще рассмеялся и без колебаний ударил.
БАХ!
Кулак врезался в Спиритас, но с места сдвинулись лишь её ноги, глубоко врезавшиеся в землю.
— Что за…
— Очень мило с вашей стороны.
Нет. Даже это нельзя было назвать тем, что её оттолкнуло.
Ноги ушли в землю не из-за силы противника — Кана сама провернула опорную стопу, создавая импульс для ответного удара.
— Чем стабильнее вы остаётесь такими же отбросами, тем проще мне не испытывать никаких угрызений совести.
— П-постой…
БАХ!
Её кулак отправил Огра Гонтлета в полёт.
Его тело прокатилось по улице, врезалось в стену соседнего здания и проломило внутренние помещения, оставив после себя настоящий погром.
Один удар.
Именно столько понадобилось, чтобы уложить A-рангового злодея, прославленного своей чудовищной силой.