На втором этаже, в кабинете Локка, Ангру и Эйси.
Эйси с некоторым беспокойством произнесла: «Локк, что ни говори, а ты проявил слишком много уверенности на людях. Эти больные изначально были теми, кого они спихнули на нас, так что теперь у них появится еще больше поводов перекладывать их на нас...»
Ангру покачал головой, не давая Эйси говорить дальше: «Эйси, Локк — гораздо более талантливый помощник зельевара и селекционер, чем мы, доверься его суждению».
С тех пор как Локк продал партию мази Памяти в лавке, где работал Ангру, тот понял, что талант Локка в зельеварении превосходит его собственный.
Эйси кивнула: «Я просто напоминаю Локку. В конце концов, такие проклятые пациенты довольно сложны, и если что-то пойдет не так, мы запросто можем запятнать собственную репутацию».
«Это понизит наши баллы оценки. Звание лучшего целителя в конце года проплывет мимо нас. А ведь баллы нашей команды последнее время постепенно росли».
«Поэтому все и стараются держаться от этого подальше. Если бы не обязательные требования академии, кто стал бы принимать жертв столь изощренных новых проклятий, да еще и на стыке нескольких дисциплин?»
«Очень легко дойти до того, что лечение окажется в убыток или же больного не удастся исцелить, а наши баллы занизят».
Эйси приподняла брови и сказала: «Думаю, сейчас больше всех радуется Кали Акман. Сегодня утром я видела, как она злорадствует: их мастерская хочет монополизировать все три места лучших целителей и одно место выдающегося целителя в этом году».
«Поэтому они считают обычные команды в лечебнице своими главными соперниками. Она наверняка думает, что наша команда уже не представляет для них никакой угрозы».
Локк сидел за своим рабочим столом и как раз читал статью класса B, одолженную в публичной библиотеке.
В этот момент Локк озадаченно поднял голову и посмотрел на Эйси: «Эйси, в их мастерской всего два ученика первого ранга, и они собираются монополизировать четыре места?»
Эйси пояснила: «Помимо Кали Акман, которая постоянно дежурит в лечебнице, у них есть немало других учеников первого ранга и одновременно помощников зельеваров. Они то и дело заглядывают в мастерскую Англона, хоть и нерегулярно».
«Благодаря такому подходу этим помощникам зельеваров не нужно торчать здесь по нескольку часов каждый день, как нам, достаточно появляться лишь время от времени».
«Зато они могут похвастаться записями о лечении множества пациентов и горой отличных оценок. Так что, конечно же, они вполне могут монополизировать четыре призовых места в лечебнице».
Ангру подхватил разговор: «Наверняка все они — студенты из сети связей наставника Харлена Веллы, его старшие и младшие сокурсники».
«Их паутина связей невероятно огромна, поэтому Англон как лучший ученик Харлена Веллы просто обязан создавать блага для своих младших сокурсников, а те, в свою очередь, могут помочь ему».
«Поэтому он может формировать мастерскую в таком формате, снижая нагрузку на своих младших сокурсников и одновременно создавая с помощью сети связей потрясающую статистику лечения, чтобы гарантировать: большая часть наград достанется именно их мастерской».
Ангру тяжело вздохнул: «Критерии оценки для этих четырех мест в основном завязаны на количестве вылеченных пациентов и решенных сложных проблем. В обоих аспектах мастерская Англона имеет огромные преимущества».
«Я полагаю, в конце концов ради наград они даже могут записать лечение огромного числа пациентов на пару человек, провернув внутренний обмен выгодой через сеть связей».
В некотором смысле в этом и заключалось главное преимущество учеников из влиятельной академической мафии.
Ангру продолжил: «Эти четыре места изначально создавались лечебницей в награду для нас, постоянных помощников зельеваров. Кто бы знал, что теперь Англон и остальные найдут лазейку».
Ангру вздохнул: «В общем, везде, где в академии можно поживиться выгодой, всегда появляются такие вот личности».
Сидя за столом, Локк кивнул: «Сначала давайте сделаем свою работу, это единственное, чем мы можем управлять».
Ангру согласился: «И то верно».
Локк опустил взгляд на материалы, в его глазах мелькнул огонек. Действительно, благодаря огромному штату и силе самого Англона, его мастерская изначально имела все шансы монополизировать четыре особых призовых места, учрежденных в этом году.
Но на самом деле их собственная команда тоже не была лишена преимуществ.
Если он не ошибался, в течение следующего месяца сюда должно было пожаловать немало необычных больных.
«Теперь я не помощник селекционера, я — дипломированный селекционер, а заодно и помощник зельевара, — размышлял Локк. — Так что если проклятия магических растений участятся, академия наверняка поручит разбираться с этим в первую очередь мне».
«Даже если сюда направят селекционеров в помощь помощникам зельеваров, они вряд ли обойдут меня стороной. Так что в этом году мы вполне еще поборемся с мастерской Англона за призовые места и даже за ту самую единственную награду выдающегося целителя!»
……
На окраине владений Хижины Лилит раскинулась обычная человеческая деревня.
В этот момент все обычные люди в этой деревне уже погибли, но их тела были под управлением черной магии, и они сами не знали, что мертвы, продолжая жить как обычно.
Они служили прикрытием для скрывавшихся здесь черных волшебников.
Северин находилась в это время во временной подземной лаборатории деревни. Обычный ученик черного волшебника первого ранга торопливо вошел в ее лабораторию, чтобы доложить весть, переданную связным из лечебницы «Исцеляющие руки».
Северин облачилась в черную мантию, капюшон скрывал ее лицо, но когда она обернулась, открывшемуся взору вид был таков, что даже привычного соратника по организации чуть не хватил удар от испуга.
Оказалось, что внешность Северин сочетала в себе звериные черты вампира, а ее лицо выглядело словно сшитое из заплат — один квадратный лоскуток примыкал к другому, причем у разных участков тела отличался даже оттенок кожи.
Это могло означать лишь одно: различные части ее тела имели совершенно разное происхождение.
Северин гневно задрала брови: «Этот селекционер по имени Локк смеет публично презирать созданное мной проклятие?»
«Проклятье. Локк Августин... Какой-то выскочка, всего лишь недавно ставший учеником первого ранга, а смеет публично высмеивать мои творения. Просто смешно».
«Смешно».
Тот рядовой ученик первого ранга с некоторым страхом посмотрел на Северин: «Госпожа Сагамор, полагаю, этот человек просто не обладает достаточным уровнем знаний, чтобы распознать класс вашего проклятия».
«Он всего лишь новоиспеченный ученик первого ранга, к тому же, поговаривают, с невысокой оценкой потенциала».
«Вы же знаете, насколько скудны знания у недавно поднявшихся до учеников первого ранга... В ваших глазах между ними и учениками второго ранга нет особой разницы».
Северин резко развернулась, и в ее голосе зазвучали яростные нотки: «И что с того?! Я заставлю этого белого волшебника по фамилии Августин узнать цену презрения к великому проклинателю Кровавого Проклятия!»
«Я преподам ему незабываемый и болезненный урок на всю жизнь!»
«Филд, передай мой приказ: утроить интенсивность всех предыдущих операций. Я собираюсь спроектировать наложение проклятий на еще большее число учеников первого ранга из их Хижины Лилит и их союзников».
«Когда жертвы моих проклятий заполнят лечебницу „Исцеляющие руки“, погляжу, смогут ли они и дальше считать мое проклятие магических растений пустяковой мелочью».
«Ха-ха-ха-ха-ха...»
«Надеюсь, в этот раз этот молодой селекционер останется столь же уверен в себе».