Локк посмотрел на Алисию и спросил: «Без души? Откуда ты знаешь?»
Алисия серьезно кивнула, затем указала на собственные глаза и сказала: «Однажды в Юго-Восточном регионе мне посчастливилось приобрести на Рынке Священного Древа в Университете Вердания призрачного соловья. Я извлекла его кровь и приготовила зелье модификации крови».
«Эти призрачные соловьи любят следовать за умирающими людьми, а после их смерти быстро проглатывают душу, превращая человеческие души в свою пищу».
«Мы, мастера крови, очень любим собирать столь редкие разновидности крови. Поэтому я сама вколола себе зелье модификации крови призрачного соловья, и с тех пор мои глаза могут видеть души умирающих. Однако об этом я никому не говорила: призрачный соловей — магическое существо первого круга. Его и в разрушенной экологии Земли Шести Башен едва ли встретишь, не говоря уже о других землях волшебников».
Алисия продолжила: «Но я действительно могу видеть глазами души умирающих. И потому я способна видеть душу своего деда! Я вижу, что в телесной оболочке его души уже возникли проблемы из-за дисбаланса трех стихий, но беда в том, что, когда мой дед впадает в кому, его душа исчезает!»
Локк произнес: «Но я видел, что на пальце твоего деда надето кольцо первого круга 【Кольцо Моси】. Такой магический артефакт способен защитить душу и помешать волшебникам школы некромантии, обладающим духовной кровью, атаковать твоего деда с помощью магии духов. Если твой дед носил это кольцо, то даже с глазами призрачного соловья ты никак не смогла бы увидеть его душу».
Алисия ответила: «Поэтому я сняла то кольцо с руки деда. Но результат остался прежним».
«Я абсолютно уверена, что во время комы душа деда отправляется в какое-то другое место. У меня даже есть подозрения, что его болезнь не так проста, и, возможно, дело вовсе не в неудачном прорыве — его просто кто-то отравил».
Локк произнес: «Хорошо. Но раз дело обстоит так, почему твой дед добровольно покрывает того, кто его отравил?»
Алисия ответила: «Сначала я тоже не могла этого понять. Но потом додумалась: возможно, тут есть два варианта. Первый — мой дед сам не знает, кто его отравил. Второй — он прекрасно знает этого человека, но из-за своего положения не желает об этом говорить».
Алисия продолжила: «Учитывая к тому же тот факт, что сейчас дед позволяет видеть его только мне, у меня есть примерно семьдесят процентов уверенности в том, что человека, отравившего его, следует искать среди истинных волшебников основной ветви семьи Плутарх».
Локк опешил. «Разве великий волшебник Сула не пользуется огромным авторитетом на Земле Шести Башен?»
Алисия покачала головой и тихо произнесла: «Дед всегда стремился проводить реформы, желая по-настоящему внедрить на Земле Шести Башен систему академий волшебников, отбирать таланты среди низов и полностью преобразить облик здешних мест».
«И поднять статус тех волшебников из простолюдинов».
«Это, несомненно, затронуло бы интересы семейных волшебников, поэтому они всякий раз саботировали реформы, втайне меняя их направление так, чтобы наша родовая знать получала все больше преимуществ».
Локк кивнул. Иногда действительно бывает так: чем больше реформ проводят, тем сильнее узаконивают противоправные действия тех, кто изначально обладал привилегиями.
Поскольку изначальные выгодоприобретатели занимают доминирующее положение, а те, кто отвечает за реформы и руководит ими, вдобавок приходятся им близкими или дальними родственниками, становится чрезвычайно легко создавать правила исключительно в их пользу.
Алисия пояснила: «Вот почему дед — одновременно и духовный кумир семейных волшебников Земли Шести Башен, и духовный кумир, чьей скорейшей смерти страстно желает часть этих же волшебников».
«К тому же в семье немало людей со своими тайными замыслами, а на Земле Шести Башен есть еще один правящий род — семья Басир. К тому же в молодости дедушка нажил множество врагов; он по природе своей был вспыльчив, и лишь с возрастом стал мудрым и спокойным».
Алисия добавила: «Поэтому у меня есть все основания подозревать, что моего деда злодейски отравили».
Локк немного подумал и сказал: «Если дело обстоит так, у меня есть одна идея».
Алисия посмотрела на Локка, и ее глаза засияли. «Какая идея, Локк?»
Локк предложил: «Пока твой дед в сознании, тайком добавь порцию нектара маточного молочка в его лекарство, чтобы он выпил его. Сделай это без лишнего шума, чтобы не потревожить никого и не выдать себя перед возможными шпионами из его окружения».
В глазах Алисии тут же вспыхнул свет. «Нектар маточного молочка — тоже распространенное укрепляющее средство, но мана принявших его волшебников на какое-то время приобретает легкий привкус нектара. Раз этот запах остается в мане, значит, он обязательно сохранится и в душе».
«Следовательно, при помощи всего лишь одной кристальной пчелы можно будет отыскать душу моего деда! Это поистине великолепная мысль».
«Локк, как же быстро у тебя соображает голова».
Алисия сняла заклинание изоляции звука. «Локк, как же хорошо, что ты помогаешь мне. Ты невероятно надежный человек».
Стоило ей убрать барьер, как из-за магического лабиринта на первом этаже донесся шум и крики.
Из-за защитного плетения пробился чей-то разгневанный голос: «Почему меня не пускают? Я ведь тоже внук моего деда! Если она, Алисия, может войти, то почему мне нельзя?»
«А ну прочь с дороги!»
«Мне плевать на чьи-то приказы, сегодня я непременно должен повидаться с дедушкой! Он уже несколько месяцев меня не видел».
В глазах Алисии мелькнуло выражение отвращения. «Это Джордж Плутарх. Пока он всего лишь ученик первого ранга. Он старший сын моего дяди — младшего брата моей матери».
«Ветвь моего дяди всегда пыталась оспаривать внимание деда ко мне. Раньше, пока дед был здоров, всё ограничивалось лишь такими стычками, и они вечно проигрывали, но теперь ситуация изменилась».
Локк приподнял брови. «Ну и закручено же у вас в семье».
«Просто бардак какой-то».
Снаружи лабиринта послышался голос мужчины средних лет: «Моя племянница Алисия, я знаю, что ты прячешься за защитным плетением».
«Пришел дядя, неужели ты даже не покажешься? В конце концов, я твой старший родственник».
«Сними защиту и пусти нас внутрь».
Лицо Алисии помрачнело, и она сказала Локку: «Это младший брат моей матери, Эрик, один из двух детей моего деда. Вот головная боль».
«Он рядовой истинный волшебник, его мана даже чуть слабее моей. Я сама уже близка к стадии газообразования... О да, Локк, твоя мана, кажется, перевалила за пять тысяч единиц, верно?»
«Я примерно подсчитала ее по твоему магическому давлению».
«Способ применения порошка Маммоны, который мы усовершенствовали совместными усилиями, действительно позволяет нам быстро наращивать запас маны. Ты уже вплотную подошел к стадии сжижения».
Локк слегка кивнул: «Мм, мое магическое давление сейчас составляет пять тысяч семьсот».
«Алисия, не стоит так переживать. В конце концов, перед нами всего лишь ничем не примечательный рядовой истинный волшебник — просто прогоним его, и дело с концом».
Алисия уже собиралась предостеречь его, но Локк уже шагнул сквозь магический лабиринт и двинулся вперед.
Пробиться в лабиринт снаружи невероятно трудно, но выйти изнутри наружу — проще простого.
Локк вышел наружу и холодно бросил толпе волшебников, толпившихся в коридоре у входа: «Алисия просила передать вам одну фразу: вас не примут».
Эрик, облаченный в роскошную мантию волшебника, прищурился и уставился на Локка: «Ты еще кто такой?»
«Какое твое дело до того, что здесь происходит?»