Тан Ги Мун поправил одежду Ма До Гвана, сползшую с плеча, и отступил на шаг.
— На первое время хватит. Но это не настоящее лечение. Перенапрягаться тебе нельзя.
— Спасибо.
Врач смотрел на него с плохо скрываемой тревогой. Там, где прежде была рука, теперь пустовал рукав.
Ма До Гвана принесли сюда едва живым. Он едва не истёк кровью, и если бы Тан Ги Мун и лекари Зала Живого Яда не взялись за него сразу, он был бы уже мёртв. Теперь лицо всё ещё оставалось серым, зато он уже мог стоять и ходить без чужой помощи.
— Двигаться сможешь, — продолжил Тан Ги Мун. — Только равновесие теперь другое. Привыкать придётся заново. Береги себя.
— Вы и так вытащили меня с того света. Большего я просить не смею.
Ма До Гван улыбнулся. Потеря руки не сломила его. Перед боем с Дам Су Чхоном он всерьёз готовился умереть; на этом фоне такая цена казалась терпимой. Пока человек жив, у него остаётся право на месть.
Он поднялся.
— Мне пора.
— Уже? Рана разойдётся.
— Лучше уж разойдётся рана, чем я сдохну здесь, пока остальные дерутся.
Тан Ги Мун помолчал и кивнул.
Они вышли наружу. Озеро Байма утонуло в густом тумане, а из белой пелены доносились крики, звон оружия и тяжёлый гул схватки.
Утром Врата Лазурного Неба ударили без предупреждения.
Сомун Хэ Рён понадобились всего сутки, чтобы нащупать слабые места в построениях Ха Джин Воля. Она сама шла впереди, ломая формацию за формацией, а следом на остров переправлялись воины её школы. Врата Северного Неба бросили им навстречу всё, что успели собрать.
— Не дайте им восстановить построение!
— Держать проход! Дайте военному советнику время!
Замысел Ха Джин Воля ещё не был доведён до конца. Закончи он подготовку, Сомун Хэ Рён не прошла бы так далеко. Теперь же одна сторона рвалась вглубь острова, другая любой ценой старалась её задержать.
Ха Джин Воль наблюдал за боем издалека. Обычно спокойный взгляд потемнел.
«Быстро. Слишком быстро».
Формацию Десяти Тысяч Образов и Тысячи Иллюзий вместе с Формацией Сокровенного Лабиринта нельзя было разобрать одной удачной догадкой. Тем не менее Сомун Хэ Рён последовательно вскрывала их устройство. Слабые бойцы перебирались через мелководье на плотах, сильные шли прямо по поверхности воды. На острове их становилось всё больше.
Впереди держалась сама Сомун Хэ Рён.
— Этим меня не остановить, Трижды Мудрый Книжник.
Первая формация почти рассыпалась. От второй осталось несколько узлов, и те уже были понятны. Сомун Хэ Рён считала и проверяла связи с такой скоростью, что окружающим оставалось лишь выполнять её указания.
Несколько воинов Северных Врат заметили её и рванулись вперёд.
— Это Сомун Хэ Рён! Сначала убить её!
Они не приблизились и на десяток шагов.
Дам Су Чхон и Моён Хён одновременно вошли в бой. Нападавших смяло первым же обменом ударов; тела разлетелись по сторонам, будто их швырнуло взрывом. Обычным бойцам нечего было противопоставить мастерам такого уровня.
— Пока я здесь, до неё никто не доберётся, — холодно сказал Дам Су Чхон.
Моён Хён усмехнулся. В глазах вспыхнул азарт.
Ему хотелось проверить себя против Дам Су Чхона прямо сейчас, без свидетелей и помех. Разум удерживал: не время. Будет другой день.
«Ещё встанешь передо мной на колени. Посмотрим, куда тогда денется твоя спесь».
Внутренняя сила просилась наружу. Моён Хён сжал пальцы и повернулся к новой группе противников.
— С дороги!
Он ворвался в строй Северных Врат и начал крушить людей одного за другим. Дам Су Чхон коротко взглянул на него и отвернулся.
«Молод. Слишком много сил тратит на ярость».
Соперника он в Моён Хёне не видел. Того вырастили в богатом доме, под присмотром лучших наставников. Сам Дам Су Чхон пробивался наверх иначе, и потому мерил себя только одним человеком.
«Джин Му Вон. Остальные мне не нужны».
Сомун Хэ Рён тем временем закончила расчёт.
— Открыть Небесные врата со стороны Кань... затем пустить земную ци к Цянь...
Туман дрогнул.
*Гул...*
Белая пелена над островом начала редеть.
Сомун Хэ Рён улыбнулась.
— Всё. Обе формации сняты.
— Значит, дальше можно не осторожничать?
— Дорога свободна. Идите вперёд, Су Чхон.
— Хорошо.
Когда туман вокруг острова поредел, Моён Юль Чхон также решил, что преграда уничтожена.
— Всем наступать.
— Слушаемся!
Сотни бойцов Непобедимого клана и Облачного Небосвода двинулись через озеро. Едва последние отряды ступили на берег, туман, уже расходившийся клочьями, внезапно вздыбился.
За несколько ударов сердца остров снова исчез в белой мгле. Видимость сократилась до вытянутой руки.
— Какого чёрта?!
— Она же сняла формацию!
Замешательство прокатилось по рядам. Даже Моён Юль Чхон нахмурился.
Сильнее всех побледнела Сомун Хэ Рён.
— Ловушка?.. Нет...
*У-у-ум...*
Над островом разошёлся низкий рокот, словно в тумане одновременно поднялся рой из тысяч насекомых. Пространство вокруг стало меняться.
Дам Су Чхон резко повернул голову.
— Вы сказали, что всё разрушено.
— Я разрушила. В этом и дело.
Сомун Хэ Рён стиснула зубы. Ответ пришёл сразу, и от него стало только хуже.
— Первые две формации были пусковым механизмом. Пока они целы, третья спит. Я сама её запустила.
Теперь замысел Ха Джин Воля читался безошибочно. Две сложные системы служили приманкой. Умный противник непременно постарается их разобрать, а победа станет последним условием для настоящей ловушки.
— Ха Джин Воль...
Она произнесла имя сквозь зубы.
* * *
— Люди, уверенные в собственном уме, чаще других попадаются на простую приманку.
Ха Джин Воль позволил себе улыбку.
Сомун Хэ Рён всё поняла верно. На острове было три формации. Первые две заслоняли третью — Формацию Тысячи Стен и Десяти Тысяч Путей, которую он создал сам.
Туман здесь не убивал. Он делал другое: превращал пространство в сеть ложных коридоров, дробил отряды, отрезал людей друг от друга и лишал чувства направления.
У Северных Врат едва набиралось пять тысяч бойцов. Против них выступило больше десяти тысяч: Врата Лазурного Неба, Облачный Небосвод, Непобедимый клан, Долина Невозврата и Небо Зловещей Смерти. В открытом бою такое превосходство могло решить всё за несколько часов.
Значит, открытого боя быть не должно.
Формация разрывала вражескую армию на группы по нескольку десятков или сотен человек. Десять тысяч разом Северные Врата не удержали бы; сотню, лишённую связи с соседями, можно было уничтожить.
— Пошли!
До этого часа бойцы Северных Врат ждали внутри построения. Теперь они двинулись все сразу. Впереди шли Гён Му Сэн и Хван Чхоль.
— Это наш дом! Не отдавайте его тем, кто пришёл всё здесь растоптать!
Ответом стал общий рёв.
В отличие от захватчиков, защитники знали правила лабиринта. Ха Джин Воль заранее заставил их выучить маршруты и сигналы. Они появлялись там, где туман отрезал очередной вражеский отряд, наносили удар и исчезали прежде, чем к противнику успевала подойти помощь.
Перевес начал таять.
Особенно тяжело пришлось людям Облачного Небосвода против мастеров яда из Зала Живого Яда. Те не ограничивались оружием: в замкнутых туманных проходах яд работал куда страшнее обычного клинка.
— Не давайте им времени сообразить, что происходит, — распорядился Ха Джин Воль. — Давите непрерывно. Стоит им остановиться и восстановить связь — всё посыплется.
Сила Формации Тысячи Стен и Десяти Тысяч Путей заключалась в непрерывном изменении. По всему озеру заранее возвели башни и опорные конструкции, но сами по себе они ничего не решали. Формацию вели люди.
Ха Джин Воль давно готовил военных советников к этому дню. Каждый знал свой участок и имел право действовать без приказа сверху. Он держал общий рисунок, детали отдавал подчинённым — и доверял им настолько, чтобы не вмешиваться в каждый шаг.
Вместе даже слабые становятся опаснее. Но стоит разъединить людей — и большая армия теряет опору. Оставшийся без своих человек хуже оценивает риск, быстрее пугается, чаще ошибается. Именно на это и была рассчитана формация.
Лабиринт должен был не только разделить врагов, но и посеять между ними недоверие.
«Сомун Хэ Рён, вот мой вопрос. Теперь покажи, какой у тебя будет ответ».
Ха Джин Воль спустился с наблюдательной башни. Формация уже работала без него. Советники справлялись.
У него оставалось другое дело.
Через несколько шагов туман поглотил его фигуру.