Мы вернулись в гильдию Хегнут через месяц и неделю.
— Вы пришли?
Тёпло встретило меня лицо, которого я прежде никогда не видел.
— Кто вы?
— Дирк Пэчен.
— Что? Почему у вас такое лицо?
— А что с моим лицом?
Потому что его осталось половина.
Я похлопал его по плечу и сказал:
— Вам пришлось нелегко.
— Да. Мне правда пришлось нелегко.
— …
— Нет, ничего страшного. Это определённо было то, что я должен был сделать.
Я велел ему взять выходной.
Дирк вышел из гильдии с выражением человека, который пережил и жизнь, и смерть.
При этом он не забыл передать дела, которыми нужно было срочно заняться.
Хорошо иметь хороших сотрудников.
Сейн, глядя ему в спину с виноватым выражением, сказала:
— Господину Дирку пришлось многое пережить. Теперь нам нужно принять дела.
— Перед этим минутку.
— Да?
— Все, пожалуйста, соберитесь в переговорной. Нужно срочно кое-что сказать.
Все, кроме Кашьи, склонили головы.
Я первым отвёл их в переговорную и закрыл дверь.
Затем открыл рот более серьёзным голосом:
— Все знают, что такое личинка Ориселя?
Йериэль, Роман и Сейн посмотрели друг на друга.
Первой ответила Йериэль:
— Это один из двенадцати Именованных Повелителя демонов?
— Да. Вы знаете.
— Я знаю только название.
Значит, сведений о личинке Ориселя действительно очень мало.
Я посмотрел на Кашью взглядом, просящим объяснить.
Если не считать периодических уходов в сторону, никто не объясняет так ясно и интуитивно, как эта девчонка.
Кашья сказала:
— Я уже рассказывала Тэю… но людей, которые действительно видели личинку Ориселя, крайне мало.
— …
— Потому что изначально Именованных Повелителя демонов было одиннадцать.
Вот объяснение Кашьи.
Изначально Именованных было одиннадцать.
Герои трёхсотлетней давности сражались, рискуя жизнью, и побеждали их одного за другим.
Говорят, с того момента, как пал последний, одиннадцатый Именованный, ход войны изменился в пользу людей.
Поэтому они, пользуясь этим преимуществом, снова и снова продвигались на север.
— И наконец герои прибыли к Повелителю демонов.
— Хм.
— Повелитель демонов Хебрайн в конце концов израсходовал все силы и рухнул после ожесточённой битвы.
Она продолжала говорить с отстранённым лицом, будто сама там была.
— Но тогда из рук павшего Повелителя демонов внезапно что-то выпало. Подождите. Я нарисую.
Теперь, если притворяться, то до конца.
Как только она взяла перо, я протянул бумагу.
Кашья всё так же нарисовала настолько живо, что хотелось восхититься.
Как и следовало из названия, это было чудовище, похожее на личинку.
Если смотреть на круглое тело, оно напоминало чёрный шар, но снизу у него было бесчисленное множество свернувшихся лапок.
— Примерно так оно выглядело.
— …
— Проблема в том, что никто не знает, что именно делает этот Именованный.
Кашья постучала пером и опустила его.
— Говорят, даже герои почувствовали отвращение, увидев такую странную вещь прямо перед смертью Хебрайна.
— Ещё бы.
— В итоге господин Арсен издалека использовал ману ветра и просто раздавил её. Удивительно, но она лишь вскрикнула и умерла.
Для Именованного это была слишком бесславная смерть.
Сейн кивнула и приняла слова Кашьи, будто тоже знала эту историю.
— Увидев это, Повелитель демонов сказал. Смеясь и изрыгая кровь.
— …
— «Люди, которые довели меня до такого состояния, боятся. Волноваться не о чем».
— …
— «Это последний Именованный, которого я создал. И его долг уже выполнен…»
Йериэль один раз вздрогнула, возможно, потому что по позвоночнику внезапно прошёл холодок.
Она осторожно открыла рот:
— Среди учёных до сих пор расходятся мнения, каким чудовищем была личинка Ориселя.
— Верно.
— Одни говорят, что это был последний блеф Повелителя демонов, другие — что это проклятие. В итоге ничего не доказано.
Да.
Даже герои трёхсотлетней давности не знали, что делала личинка Ориселя, появившаяся в последний момент.
Но я знаю.
Я вспомнил недавние действия Нотейна недельной давности.
[Последнее действие — 2 часа назад: воскресил личинку Ориселя.]
[Последнее действие — 1 час назад: открыл дверь с помощью личинки Ориселя.]
[Последнее действие — 10 минут назад: прибыл в зал боевых искусств Кармеля.]
После того как он открыл дверь с помощью личинки Ориселя, он внезапно смог прибыть в зал боевых искусств Кармеля на другом конце континента.
Иными словами…
— Разве это не существо, способное делать что-то вроде пространственного перемещения?
— Хм? Откуда Тэй это знает?
— Я не знаю, просто предполагаю. К тому времени, когда герои добрались до Повелителя демонов, война уже должна была закончиться. Победой людей.
Я продолжил говорить, без причины вертя в пальцах сладость со стола.
— С точки зрения Хебрайна, разве не нужно было отступить и строить планы на будущее?
— …
— Поэтому он, должно быть, в спешке создал личинку Ориселя. Чтобы использовать её для пространственного перемещения и сбежать.
— Угх. Мне кажется, всё сказанное Тэем звучит правильно, но…
Кашья посмотрела на меня виновато.
— Честно говоря, я не думаю, что Повелитель демонов сделал себе путь для побега.
— Вот как?
— К тому же он сказал, что личинка Ориселя уже выполнила свой долг. Значит, её один раз уже использовали для какой-то цели, но сам Повелитель демонов всё равно пал от рук героев.
— …
— Должно быть, это что-то другое. Разве не так?
Обычно я склонен некоторое время прислушиваться к Кашье.
Но в этот раз не могу согласиться, потому что сведения из кадрового реестра были подтверждены слишком ясно.
«Ну, спорить об этом, кажется, незачем».
Всё равно, пока я не смогу предъявить доказательства, разговор затянется.
Когда я промолчал, Кашья с недоумением спросила:
— Ты не злишься?
— Я совершенно не понимаю смысл твоего вопроса.
— Хм. Хорошо, если не злишься. Потом куплю тебе что-нибудь вкусное.
Я посмотрел на Кашью озадаченными глазами.
В этот момент Роман впервые за долгое время открыл свой тяжёлый рот:
— Кстати.
— Да.
— Почему?
— Да?
— Ах, почему вдруг личинка Ориселя?
Думаю, вам стоит немного изучить обязательные части предложения.
Я пожал плечами и вернул подготовленный ответ:
— Селия, Лорелия, Кармель. Если подумать о них, Нотейн явно связан с Именованными Повелителя демонов.
— …
— Если мыслить смело, возможно, он воскрешает Именованных.
Лица всех потемнели.
Я один раз смочил губы и продолжил:
— Поэтому я решил, что нужно обязательно пересмотреть сведения об Именованных. Но личинка Ориселя выделяется тем, что о ней почти нет исторической информации.
— Верно.
Сейн кивнула, словно объяснение было вполне понятным.
Я воспользовался молчанием всех и погрузился в мысли.
«Теперь он прокопал туннели по континенту и может перемещаться».
Может ли личинка Ориселя открывать «дверь» где угодно?
Если так, это худший вариант.
Потому что уже этой ночью «дверь» может открыться прямо в мою спальню.
Но я отбросил эту мысль.
«Если бы у него действительно была способность идти куда угодно, он пришёл бы ко мне сразу».
В ту же ночь, когда напал на Кармеля.
Как проклятие можно наложить только записав настоящее имя человека на Камне Секриды, так и у личинки Ориселя наверняка есть собственные ограничения.
«Если я заберу личинку Ориселя… смогу ли я ею пользоваться?»
Возможностей достаточно.
Ведь человек, который проклял Кашью с помощью такого же Именованного — Камня Секриды, — тоже был обычным человеком, фон Лебек.
Трудно даже представить, насколько огромной деловой выгодой это станет, если я смогу использовать её.
— Мне тоже нравится.
— Хм? Что?
— Ничего.
Я ответил так и начал медленно выстраивать план в голове.
В этот момент послышался голос Йериэль:
— Но все же.
— Ах, да.
У неё было серьёзное лицо, не похожее на обычную Йериэль.
Я навострил уши, думая, что, возможно, Джуи — или Пармел — дала ей подсказку.
— Когда мы будем обедать?
— …
Теперь нужно есть.
Нотейн Дайм встретился с Бёрнтом во владении Милд.
Тот как раз вернулся с задания, которое Нотейн ему поручил.
— Было тяжело.
— Ничего страшного. Есть следующее поручение?
У него не было никаких сомнений. Он верил, что каждое выполняемое им дело — ступенька на пути к рангу S.
И Нотейн не оставлял места сомнениям.
Он говорил, что, выполняя поручения, Бёрнт уверенно и постепенно движется к рангу S.
Нотейн сказал:
— Ха-ха. Такой амбициозный. Приятно видеть.
— Спасибо.
— Следующее задание будет немного рискованным.
Сказав это, Нотейн достал что-то из-за пазухи.
Бёрнт невольно отступил на шаг.
— Ч-что это?
— Это называется личинкой Ориселя. Слышал такое имя?
— Да, конечно. Вы снова воскресили Именованного.
Нотейн кивнул с пустой улыбкой.
Бёрнт осторожно повёл глазами и спросил:
— В описаниях не было сведений о её способностях.
— Сейчас расскажу.
Нотейн заговорил с личинкой Ориселя:
— Я отправлюсь во владение Ореол. Открой дверь для Бёрнта Эйма.
— Квиек.
Тогда личинка Ориселя с писком извергла на пол грязь.
В одно мгновение образовалась чёрная лужа.
Увидев это, Бёрнт не смог не покрыться холодным потом.
— Эта лужа соединена с владением Ореол.
С первого взгляда это выглядело бессмысленно.
Нотейн прекратил попытку объяснять подробнее.
Если попробует сам, вскоре поймёт.
Он убрал личинку Ориселя за пазуху и сказал:
— Теперь ты можешь пройти через эту дверь. Честно говоря, путешествие будет неприятным.
— Господин Нотейн не пойдёт со мной?
— Разве ты не слышал? Я попросил открыть дверь для Бёрнта Эйма.
Нотейн продолжил мягким голосом:
— Если так задать пользователя двери, когда она извергает грязь, никто, кроме указанного человека, не сможет пройти через дверь. Для остальных это будет просто грязь на одежде.
— …
— Выглядишь так, будто не понимаешь. Не волнуйся. Я объясню подробно.
Нотейн скрестил руки.
— Я хочу заполучить Тейрода Мейсона.
— Да?
— Он действительно хороший человек. Я уже почувствовал это с Селией и Лорелией, но теперь, увидев, что дело с Вейльбургом тоже решилось, убедился.
— …
— Честно говоря, каждый раз это был удар по мне, так что он неприятный парень… Но если я смогу заполучить такого талантливого человека, это приемлемая потеря.
Нотейн медленно продолжил:
— Проблема в том, что моё «убеждение» на него не действует. Поэтому при себе нужно иметь карту, которая даст преимущество в переговорах.
— …
— Тогда похить Сейн Дженел.
Глаза Бёрнта расширились.
— Сейн? Вы имеете в виду главу гильдии Сейн из гильдии Хегнут?
— А кто ещё мог быть?
— Сейн ведь определённо дочь господина Нотейна… Нет. Нет.
Если подумать внимательно, перед ним был человек, который вонзил меч в сердце собственного сына.
По сравнению с этим похищение, возможно, даже мило.
В одно мгновение в голове Бёрнта появились его милые дети.
Он сознательно отбросил эту мысль.
Нотейн спокойно сказал:
— Если возьмёшь повозку во владении Ореол и будешь ехать два дня, доберёшься до гильдии Хегнут. Ты знаешь это лучше меня.
— Почему вы намеренно открыли дверь во владение Ореол? Если бы сразу открыть её во владение Келк…
— Ц. Личинка Ориселя не настолько удобна.
Он сжал личинку Ориселя за пазухой.
— Этот парень может открывать двери по всему континенту. Но их число ограничено — всего двести. В другие места открыть дверь невозможно.
— Ах.
— Когда похитишь Сейн, сразу направляйся во владение Ореол. Будь осторожен, чтобы Тейрод тебя не поймал.
— …
— Посмотрим. Мне тоже нужно закончить здесь дела… Встретимся во владении Ореол в полночь через четыре дня. Рассчитываю на тебя.
Бёрнт кивнул и задал ещё один вопрос:
— Простите, но почему господин Нотейн не пойдёт лично?
— Хм?
— Разве вам самому не достаточно просто ворваться в гильдию Хегнут, не используя такой сложный способ? Если это господин Нотейн.
— Ха-ха. Ты недальновиден.
От этих слов Бёрнта бросило в холодный пот.
Над его головой Нотейн продолжил:
— Если я внезапно появлюсь, разве Тейрод будет сидеть спокойно? Не знаю, насколько он меня понимает, но вся гильдия Хегнут точно нападёт на меня всеми силами.
— О, ну… наверное.
— Если его убогие таланты нападут изо всех сил, мне придётся с ними разобраться. А тогда…
Нотейн сказал тоном, будто один равно одному:
— Тогда они все умрут.
— …
— С точки зрения Тейрода, это будет всё равно что в один миг уничтожить всех талантливых людей, над которыми он так старательно трудился. Разумеется, желание объединиться со мной у него исчезнет. Не так ли?
Бёрнт лишь покачал головой.
В мире есть много людей, которым хочется быть благодарным.
Но редко я был настолько благодарен, как сейчас.
— …
Большое спасибо, Нотейн.
[Последнее действие — 30 минут назад: приказал Бёрнту Эйму похитить Сейн Дженел.]
[Последнее действие — 20 минут назад: открыл дверь с помощью личинки Ориселя.]
Дать мне такой шанс.