Я кашлянул и заговорил:
— Ваше Величество. Можно кое-что сказать?
— …Говори.
— Я искренне сожалею, что на этот раз доставил Вашему Величеству столько беспокойства.
Кашья тут же повернулась ко мне.
По её лицу буквально читалось:
«Ты? Сожалеешь?»
Похоже, я тоже уже научился читать мысли.
— Поэтому я хотел бы хоть немного помочь.
— Лучшей помощью будет, если ты спокойно вернёшься назад.
— Нет.
Я покачал головой.
— Есть кое-что ещё.
— …
— Реальная и действительно необходимая помощь.
Не только император.
На лицах остальных тоже появилось недоумение.
Я медленно объяснил:
— О воскрешении Повелителя демонов Хебрайна необходимо объявить всему континенту.
После этих слов лицо императора моментально застыло.
Тык.
Тык-тык.
Кашья уже некоторое время отчаянно тыкала меня локтем в бок.
Император спросил:
— Что ты имеешь в виду?
— Повелитель демонов воскрес.
Я говорил совершенно серьёзно.
— Он несравнимо опаснее Уэльса Райта.
— …
— Сейчас неизвестно, где именно он скрывается.
Я продолжил:
— Но в недалёком будущем война с Повелителем демонов, произошедшая триста лет назад, может повториться.
— …
— К этому необходимо подготовиться заранее.
Император не мог отрицать очевидное.
Но и соглашаться не спешил.
Я прекрасно понимал почему.
— Конечно, я знаю, что именно беспокоит Ваше Величество.
— Что?
— Чтобы объявить о воскрешении Повелителя демонов, сначала придётся объяснить, откуда Вашему Величеству вообще стало об этом известно.
— …
На лицах остальных постепенно появилось понимание.
Именно.
Гора прямо за Императорским дворцом раскололась пополам и рухнула.
Если после подобного сам император объявит всему миру о возвращении Повелителя демонов, люди неизбежно захотят узнать подробности.
А власть императора и без того серьёзно ослабла.
Что произойдёт, если выяснится, что воскрешение Повелителя демонов связано с самим императором?
Более того.
Если станет известно, что он помогал человеку, который готовил возвращение Хебрайна?
Тогда даже переворот со стороны первого принца или третьей принцессы никого не удивит.
Император выразил все эти опасения одной короткой фразой:
— Я сам разберусь.
Он холодно посмотрел на меня.
— Тебя это не касается.
— Ваше Величество.
Я улыбнулся.
— Как уже сказал, я лишь хочу помочь.
— …
— Пусть именно группа Хегнут объявит всему континенту о возвращении Повелителя демонов.
Глаза императора расширились.
— Каким образом?
— …
— Ты ведь не собираешься просто разослать официальные документы с подобным содержанием?
Он нахмурился.
— Это будет воспринято как распространение ложных слухов.
— Верно.
Я спокойно признал:
— Именно так.
Появление таких именованных монстров, как Дред-Дейм и Эксидра, уже в некоторой степени подготовило почву.
Но даже этого недостаточно, чтобы просто взять и разослать документы с заявлением:
«Повелитель демонов воскрес».
Без доказательств никто не поверит.
— Но Ваше Величество не может объявить об этом лично.
— …
— Поэтому оставьте эту задачу нам.
Я слегка поклонился.
— Мы сделаем всё возможное.
Император скрестил руки.
Комнату наполнила тяжёлая тишина.
Никто даже не решался громко дышать.
Через некоторое время он спросил:
— И если ты справишься…
— …
— Попросишь меня отменить сказанное ранее?
Нет.
Этого слишком мало.
— Разве можно?
Я изобразил удивление.
— Как я могу просить Ваше Величество взять назад собственные слова?
— Хм.
— Моё предложение никак не связано с предыдущим разговором.
Я совершенно серьёзно продолжил:
— Это лишь извинение за причинённое беспокойство.
— …
— И проявление искренней преданности подданного своему императору.
Почему-то лица моих товарищей начали раздуваться.
Эй.
Не переигрываю же я настолько.
— Хорошо.
Император наконец кивнул.
— Если ты настолько уверен, попробуй.
— …
— Но сразу предупреждаю.
Его голос стал жёстче.
— Даже если ты прекрасно справишься, моё мнение о тебе не изменится.
— Разумеется, Ваше Величество.
— И не затягивай.
Император немного подумал.
— В течение недели весь континент должен узнать о возвращении Хебрайна.
После короткой паузы он добавил:
— Если справишься, я награжу тебя таким количеством золота и драгоценностей, что у тебя глаза разбегутся.
Нет.
Опять не то.
Но здесь спорить пока не стоит.
— Для меня это огромная честь, Ваше Величество.
Так мы и покинули спальню императора.
Было уже почти два часа ночи.
Мы нашли приличную гостиницу недалеко от Императорского дворца.
Несмотря на поздний час и то, что все постоянно тёрли глаза, никто пока не спешил укладываться.
— Прости, Тэй.
Неожиданно заговорила Аквила.
Я непонимающе посмотрел на неё.
— За что?
— За то, что недавно сказал мой отец…
Она поправилась:
— Император.
— Почему ты за него извиняешься?
Я пожал плечами.
— Со мной всё нормально.
Но Аквила всё равно выглядела виноватой.
Она немного приблизилась ко мне.
— Несмотря на слова императора…
— …
— Я не собираюсь его слушаться.
Вот это заявление.
Открыто собирается нарушить императорский приказ.
— Что?
— Я продолжу встречаться с тобой.
— …
— Не подумай ничего странного.
Аквила слегка отвернулась.
— Просто тот приказ был совершенно нелепым.
После этого она замолчала.
И почему-то атмосфера сразу стала какой-то странной.
Кашья, явно недовольная происходящим, поспешила сменить тему:
— В любом случае я очень удивилась.
— …
— Мы пришли за наградой, а в итоге получили выговор.
Она покосилась на Эйр.
— Я была почти так же удивлена, как когда одна бабушка вдруг схватила Тэя за руку…
Эйр прищурилась.
— Ты специально говоришь это так, чтобы я услышала?
— А разве было?
— Было.
— Что-то совсем не запомнила.
— Врёшь.
Кашья и Эйр снова начали сверлить друг друга взглядами.
Свейн, который в подобных ситуациях иногда становился посредником, вернул разговор в нормальное русло:
— Представитель.
— Что?
— Возможно, мне не следует это говорить…
Он немного помялся.
— Но я в какой-то степени понимаю Его Величество.
— Господин Свейн.
— Представитель ведь буквально несколькими словами уничтожил всё, что Уэльс создавал триста лет.
— …
— Даже если Его Величество ошибочно решил, что это было внушение, трудно его за это винить.
Это и было внушение.
Эйр, на время прекратившая обмен взглядами с Кашьей, вмешалась:
— Просто Тэй оказался лучше Уэльса.
— …
— Император слишком узко мыслит, если боится только из-за этого.
Кашья тут же повернулась к ней:
— Почему вы всё время так легко называете его Тэем?
— Стоит мне что-нибудь сказать, и ты сразу цепляешься.
— Вы ещё и за руку его внезапно схватили!
Кашья возмущённо добавила:
— Без моего разрешения!
— А зачем мне твоё разрешение?
И второй раунд их битвы начался.
Я проигнорировал обеих и ответил Свейну:
— Всё нормально.
— …
— Я и не рассчитывал на какую-то награду.
Свейн посмотрел на меня.
— Вы сами верите в эту ложь?
— …
— В любом случае сейчас есть тема поважнее.
Роман серьёзно кивнул.
— Тогда спрошу.
Он посмотрел прямо на меня.
— Зачем вы дали императору такое обещание?
— …
— Как вы собираетесь за неделю сообщить всему континенту о возвращении Повелителя демонов?
Я промолчал.
И тут вмешалась Кашья:
— Может, лучше вообще оставить это императору?
Она быстро посмотрела на Аквилу.
— Простите.
— Ничего. Я уже…
— Это ведь его проблема. Пусть сам и решает.
Аквила нахмурилась.
— Тогда зачем вы снова извинились?..
Она замерла.
— Подождите.
— …
— Вы уже второй раз так делаете.
Я махнул рукой.
На самом деле ещё во время разговора с императором у меня уже были расчёты.
И необходимая информация тоже была.
Но вместо того чтобы объяснять самому…
— Кашья.
— Что?
— Расскажи, как всё произошло триста лет назад.
Она моргнула.
— Что именно?
— Когда Повелитель демонов впервые появился на континенте.
Я уточнил:
— Кто первым предупредил людей?
— …
— И каким образом?
Но вместо Кашьи сразу оживилась Йериэль.
— А! Я это прекрасно знаю!
Она даже подняла руку.
— Вообще-то многие подобные истории я знаю!
— Рассказывай.
— Триста лет назад святая Петрин получила откровение от богини.
— Оракул.
— Да!
Йериэль закивала.
— Но тогда госпожу Петрин вообще никто не знал.
— …
— Поэтому все просто проигнорировали её предупреждение.
Она заговорила всё быстрее.
— Святая ужасно волновалась.
— …
— Ведь должен был появиться злодей Хебрайн и начать войну, а человечество совершенно не было готово!
— И что она сделала?
— Решилась на отчаянный шаг.
Йериэль подняла палец.
— Она стала молиться, чтобы богиня лично появилась во сне у людей по всему континенту.
Вот оно.
Я прекрасно знал эту историю.
Сам специально изучал события трёхсотлетней давности.
Одновременно всем людям континента, независимо от происхождения и положения, снится один и тот же сон.
И в этом сне появляется сама богиня.
После такого кто станет сомневаться в приближении Повелителя демонов?
«Тем более Пармель уже появлялась и в моих снах».
Веры во мне, мягко говоря, немного.
А значит, ей необязательно приходить только к верующим.
В этот момент Эйр медленно сказала:
— Сейчас уже бессмысленно об этом спорить, но первой эту идею придумала не Петрин.
Йериэль моргнула.
— Что?
— Унбеарс.
Эйр чуть улыбнулась.
— Именно он попросил Петрин обратиться к богине.
Хм.
Если представится возможность, я действительно хотел бы лично поговорить с этим Унбеарсом.
Интересный человек.
Как бы там ни было…
Йериэль продолжила:
— Но это была невероятно тяжёлая молитва.
— Почему?
— Богине нужно было явиться не одному или двум людям.
Она развела руки.
— А всему континенту.
— …
— Даже тем, кто вообще не верил в неё.
Йериэль посерьёзнела.
— Говорят, госпожа Петрин целую неделю постилась и молилась.
Лица всех вокруг начали постепенно мрачнеть.
Кроме самой Йериэль.
Она всё ещё рассказывала с восторгом.
— И дело было не просто в голоде.
— …
— Она должна была полностью посвятить богине разум и сердце.
Йериэль продолжила:
— На третий день она потеряла сознание.
— …
— На пятый так сильно кусала губы, чтобы не потерять концентрацию, что по подбородку текла кровь.
— …
— А на седьмой день богиня наконец ответила.
Она улыбнулась.
— И как только святая услышала ответ, сразу потеряла сознание.
Мы молча посмотрели на Йериэль.
Она всё ещё не понимала почему.
— Потрясающая женщина, правда?
— …
— Я бы так никогда не смогла…
Йериэль замерла.
— …
— …
Наконец она заметила наши взгляды.
Наступила неловкая тишина.
Через несколько секунд Йериэль тихо пробормотала:
— Джуи.
Она нервно сглотнула.
— Я ведь сейчас сама себе яму выкопала?
Подробное обсуждение решили отложить до утра.
Мы слишком устали для ещё одного тяжёлого разговора.
Я тоже.
Добравшись до своей комнаты, я просто рухнул на кровать.
И на секунду закрыл глаза.
Вместо незнакомого потолка гостиницы передо мной тут же возник золотой мир.
За белоснежными облаками раздался голос богини Пармель:
— Нет.
— Рад вас видеть, богиня.
— Да-да. Я тоже рада…
Она резко оборвала себя.
— Нет. Нельзя.
— Что именно?
— То, что ты сейчас задумал.
За облаками словно послышался тяжёлый вздох.
— Ты ведь собираешься заставить Йериэль повторить то, что произошло триста лет назад?
— …
— Хочешь, чтобы я появилась во снах людей по всему континенту и объявила о возвращении Повелителя демонов.
— Да.
Я улыбнулся.
— Всё-таки вы богиня. Сразу догадались.
— Не льсти мне.
Пармель недовольно вздохнула.
— Это было очевидно.
Может, мне кажется, но в её голосе звучало явное раздражение.
— Почему нельзя?
— …
— Богиня.
Я заговорил серьёзнее:
— Сейчас человечеству снова угрожает опасность.
— …
— Повелитель демонов воскрес.
— Да.
Голос Пармель тоже стал тяжёлым.
— Меня это потрясло.
Она произнесла почти с отвращением:
— Он действительно снова воскрес.
— …
— И если ничего не сделать, кровь снова потечёт реками.
Пармель ненадолго замолчала.
— Замысел Уэльса…
— …
— И Хебрайна, который использовал его для собственного возвращения…
Она тяжело вздохнула.
— Это оказалось гораздо хуже всего, что я могла предположить.
Мне показалось, что сейчас лучше промолчать.
— Но даже несмотря на это, помочь тебе таким способом я не могу.
— Почему?
— Фух.
Пармель снова вздохнула.
— Есть две причины.
Её голос стал серьёзным.
— Помнишь, что я когда-то рассказывала?
— О чём?
— В мире «нас», богов, существуют правила.
Я вспомнил.
Она объясняла это ещё тогда, когда мы искали кулон брата Йериэль.
Даже сила Пармель не могла вернуть к жизни уже умершего человека.
Потому что богиня исцеления не распоряжается границей между жизнью и смертью.
— Помню.
— На континенте есть люди, которые верят в других богов.
Пармель продолжила:
— Представь, что я без разрешения появлюсь во сне их последователей.
— …
— Что тогда подумают другие боги?
Она пояснила:
— Может показаться, будто я вторгаюсь к их верующим и пытаюсь привлечь внимание к себе.
— …
— Поэтому по нашим правилам нельзя появляться во сне человека, который не является моим жрецом достаточно высокого уровня.
Я склонил голову.
— Но вы же приходите ко мне.
Пармель замолчала.
А затем совершенно невозмутимо ответила:
— Ты вообще ни в какого бога не веришь.
— …
— Так что нарушить чьи-то права в твоём случае невозможно.
Она добавила:
— Люди вроде тебя встречаются исключительно редко.
— …
— Можно сказать, ты почти единственное исключение.
Вот же.
Даже как-то неловко стало.