Что?
[Общественное признание, необходимое для повышения до уровня генерального директора: 99,99…%/100%.]
— …
Что это?
Количество знаков после запятой продолжало расти.
А потом в какой-то момент остановилось.
Сколько их там вообще?
Я некоторое время пытался пересчитать цифры после запятой, но вскоре бросил.
Во-первых, их было слишком много.
А во-вторых…
Это всё равно не имело смысла.
«Важно лишь то, что до ста процентов я так и не дошёл».
Почему?
Нет.
Глупо вообще спрашивать «почему».
«Разумеется, есть люди, которые меня ненавидят».
За всё это время у меня накопилось немало врагов.
С моей точки зрения, я просто отвечал на то, что они сами начинали.
Но наверняка осталось множество людей, которые до сих пор скрипят зубами при одном упоминании моего имени.
Им всё равно, дам я им работу или нет.
В конце концов…
Именно я когда-то лишил их привычного источника дохода.
— Сложно.
Кто-то рядом переспросил:
— Что?
Я тут же изменил выражение лица.
— Говорю, сложно будет разобраться со всеми этими подарками. Я очень благодарен и рад, но нам просто негде хранить столько вещей.
Один из людей передо мной покачал головой.
— Но вы ведь не просто так нам помогаете…
— Всё равно, пожалуйста, примите.
Я мягко улыбнулся.
— Хорошо.
И слегка поклонился.
— Тогда возьмём только то, что вы уже принесли. Надеюсь, дальше мы тоже будем хорошо ладить.
Люди снова зааплодировали.
Когда нам наконец удалось проводить толпу и вернуться внутрь Хегнута, Сейн сразу спросила:
— Тэй.
— Да?
— Ты уже некоторое время думаешь о чём-то другом, верно?
Я удивился.
— Как ты поняла?
— Мы не первый год работаем вместе.
Сейн внимательно посмотрела на меня.
— Рассказывай. Что-то пошло не так?
Похоже, заметила не только она.
Все остальные тоже смотрели на меня.
Хорошо иметь рядом настолько наблюдательных товарищей.
Я почесал затылок.
— Похоже, в нынешнем состоянии мы всё ещё не сможем победить Унбеарса.
— Что?
— Ничего страшного.
Я поднял руку.
— Найдём способ.
Сначала я начал просматривать кадровый реестр.
В прошлый раз я уже переставил людей в списке по степени важности.
Теперь медленно пошёл сверху вниз.
Поначалу ничего подозрительного не попадалось.
Я терпеливо продолжал.
И вскоре начал замечать нужные записи.
[Тревога: считает, что Тейрод Мейсон снова лжёт.]
[Тревога: размышляет о том, как отомстить Тейроду Мейсону.]
[Последнее действие — 10 минут назад: убеждал окружающих не верить словам Тейрода Мейсона.]
[Последнее действие — сейчас: окружающие считают его сумасшедшим.]
Да.
Людей, которые меня ненавидят, действительно хватает.
Бывшая жена Геймейна.
Кто-то из людей Гиара.
Бывший управляющий виконта Келка.
И…
Ханс Лайм?
Кто это вообще?
«В любом случае нужно убедить и этих людей».
Я скрестил руки.
И задумался.
Тут заметил, что Кашья прямо передо мной переводит взгляд с одного человека на другого.
Я невольно рассмеялся.
— Чего вы так стараетесь?
Если посмотреть внимательнее…
Не только Кашья.
Все остальные тоже о чём-то напряжённо думали.
Кашья ответила:
— Хотим помочь.
— Вы ведь даже точно не знаете, чего я пытаюсь добиться.
Она удивилась.
— Разве ты не хочешь, чтобы тебя признали вообще все?
Я замолчал.
Если говорить точно…
Мне требовалось сто процентов общественного признания.
Но её формулировка попала прямо в суть.
— Я разве говорил?
Кашья пожала плечами.
— Это и без слов понятно.
Она продолжила:
— Во время второй войны людей и демонов ты специально повышал свою известность.
— …
— И сейчас делал то же самое.
Кашья внимательно посмотрела на меня.
— Думаю, я даже понимаю, почему ты сейчас такой задумчивый.
— …
— Ты всё ещё не получил столько признания, сколько тебе нужно, да?
Я немного задумался.
Ещё в прошлой жизни у меня была привычка…
Когда возникала проблема…
Пытаться всё решить самому.
Тогда заместитель Чхве однажды сказал мне:
«Начальник, не тащите всё на себе. Давайте подумаем вместе».
«Для этого ведь и существует команда».
На губах сама собой появилась улыбка.
Похоже…
Я наконец могу избавиться от привычки, которую не сумел исправить даже в прошлой жизни.
Я честно ответил:
— Да.
Кашья сразу оживилась.
— Я так и знала.
— Такие люди, как Геймейн или Гиар, серьёзно пострадали из-за меня.
Я продолжил:
— И до сих пор меня не признают.
— …
— Проблема в том, что мне нужно получить признание даже от таких господ.
Когда я чётко обозначил цель…
Все стали думать ещё серьёзнее.
Я медленно оглядел лица товарищей.
Как же хорошо…
Когда рядом есть люди, которые относятся к твоей проблеме как к своей.
Первой заговорила Сейн:
— Но разве их вообще возможно убедить?
— У меня есть личинка Ориселя, поэтому найти их не проблема.
Я немного подумал.
— Или можно поговорить через способность…
Сейн покачала головой.
— Я не об этом.
— А?
— Я спрашиваю…
Она сделала глоток чая.
— Можно ли вообще изменить их мнение.
Я внимательно посмотрел на неё.
Сейн продолжила:
— Например…
Она слегка замялась.
— Возьмём Ханса.
— …
— Даже если всё произошло по его собственной вине, в итоге его людей забрали ростовщики из другого владения.
— …
— Сколько бы приятных слов ты ему ни сказал…
Сейн спокойно закончила:
— Вряд ли он после этого вдруг начнёт тебя любить.
Она немного помолчала.
— И, если честно…
— …
— Я не уверена, что тебе вообще нужно это делать.
— Сейн.
— Ханс — не исключение.
Она посмотрела прямо на меня.
— Все люди, которые до сих пор враждовали с тобой…
— …
— Сами были виноваты.
Сейн твёрдо сказала:
— Какая бы у тебя ни была цель, я не думаю, что ты должен перед ними унижаться.
Надо же.
Сейн стала намного увереннее.
Раньше, когда ей приходилось иметь дело с главой знатного дома…
Она заметно нервничала.
Эйр сразу поддержала её:
— Я согласна.
Она скрестила руки.
— Не вижу причин, по которым ты должен первым склонять голову перед теми, кто сам к тебе приполз бы, случись что.
— …
— И вообще…
Эйр нахмурилась.
— Не хочу видеть, как ты перед ними заискиваешь.
Я и не собирался.
Я почесал затылок.
Свейн, Роман и Йериэль тоже согласно кивнули.
Если честно…
От их слов стало очень приятно.
Но с практической точки зрения…
Другого способа стать генеральным директором пока…
«Хм?»
Подождите.
Я вдруг вспомнил.
Когда я в последний раз встречался с Таймерси…
Она выглядела так, будто хотела что-то мне сказать.
Но я спросил, срочно ли это.
Она ответила, что нет…
И мы отложили разговор.
Может быть…
Абсолютный бог уже тогда предполагала, что возникнет такая проблема?
«Тогда…»
Я протянул обе руки.
Кашья и Эйр почти рефлекторно потянулись к ним.
Как собаки Павлова.
Хотя нет.
Кашья уже успела схватить меня.
Эйр в последний момент опомнилась.
— Эй.
Она подозрительно посмотрела на меня.
— Ты что, думаешь, можешь просто молча протянуть руку, а я сразу её возьму?..
Я посмотрел вниз.
— Наши пальцы уже соприкасаются.
— …
— Шучу.
Я улыбнулся.
— Просто кое-что вспомнил и хочу проверить.
— …
— Прошу помочь.
Эйр некоторое время смотрела на меня.
А потом всё-таки улыбнулась…
И взяла за руку.
Кашья пробормотала:
— Эйр тоже довольно утомительный человек.
Эйр сразу ответила:
— От тебя я этого слышать не хочу.
Тем временем остальные тоже соединили руки.
Я проигнорировал их перепалку.
И вызвал привилегию руководителя группы.
«Привилегия руководителя группы 3».
[Привилегия руководителя группы 3 — активна.]
[Кашья Фрейм служит избранницей богини маны Нунии.]
[Эйр Лайм служит избранницей бога теней Гогона.]
[Йериэль Хуана служит избранницей богини исцеления Пармель.]
[Роман Джейсон служит избранником бога Донака.]
[Свейн Уик служит избранником богини ветра Лианы.]
[Организовать совещание с Нунией, Гогоном, Пармель, Донаком и Лианой?]
Я кивнул.
И сразу сказал:
[Простите, что говорю это сразу после встречи.]
Пармель спокойно ответила:
[Угу. Иди.]
— …
[Что?]
Она вдруг переспросила:
[Разве ты не собирался встретиться с Таймерси?]
Точно.
С товарищами и богами теперь всё проходит настолько быстро…
Что они уже прекрасно понимают, к чему я веду.
«Полномочие начальника отдела 2».
[Достигнуто необходимое количество руководителей, запросивших совещание.]
[Личные обстоятельства президента будут проигнорированы.]
[Совещание начинается принудительно.]
Мир перед глазами снова стал белым.
Передо мной стояла Абсолютный бог Таймерси.
Она слегка склонила голову.
Поздоровалась?
Я тоже поклонился.
[Ты знаешь, зачем я пришёл?]
Таймерси кивнула.
[В мире осталось очень мало людей, которые меня ненавидят.]
— …
[Но мне нужно получить признание даже от них.]
Таймерси молчала.
[В прошлый раз ты хотела мне что-то сказать.]
Я внимательно посмотрел на неё.
[Ты уже тогда предполагала, что всё придёт к этому?]
Она сначала кивнула.
А потом сразу покачала головой.
Что это значит?
А.
[Ты предполагала такую возможность, но не была уверена?]
Таймерси кивнула.
Эту женщину трудно назвать всеведущей.
С таким громким титулом Абсолютного бога…
Можно было бы знать немного больше.
«Хотя если бы она действительно знала всё, то вообще не потеряла бы своё место из-за Унбеарса».
Я отбросил лишние мысли.
[Есть способ получше?]
И тут…
Таймерси неожиданно подняла руку.
И указательным пальцем коснулась губ.
После чего что-то прошептала.
Я понимал, что это жест…
Но не мог разобрать его смысл.
Склонил голову.
[Почему губы?]
— …
[Нет?]
Я задумался.
[Тогда зубы?]
У неё кариес?
Судя по тому, как резко изменилось выражение лица Таймерси…
Нет.
И тут она с огромным усилием произнесла:
— Си… ла…
[Что?]
— Сила… слова.
Одной короткой фразы оказалось достаточно…
Чтобы Таймерси полностью выбилась из сил.
Она пошатнулась.
Чуть не потеряла сознание.
А затем опустилась на колени.
Я тоже присел перед ней.
И спросил:
[Сила слова…]
— …
[Ты хочешь сказать, что люди, которые меня ненавидят, должны хотя бы на словах признать меня?]
Таймерси улыбнулась.
Похоже…
Я угадал.
Я невольно горько усмехнулся.
[Теперь понятно.]
— …
[В прошлой жизни у генерального директора нашей компании тоже было полно сотрудников, которые ругали его за спиной.]
Таймерси молчала.
[Но на официальных мероприятиях…]
— …
[Все как один говорили, что он прекрасный человек.]
— …
[Потому что компания примерно так и работает.]
Я продолжил:
[Неважно, искренне ты поддерживаешь начальника или нет.]
— …
[Иногда достаточно хотя бы из вежливости сказать о нём что-нибудь хорошее.]
Таймерси, несмотря на выступивший пот…
Рассмеялась.
Будто хотела сказать:
«Ты вообще не меняешься».
Ну…
Сколько раз ты меня вообще видела?
И тут Таймерси снова заставила себя заговорить.
— Нельзя…
[Что?]
— Слова…
Она с трудом продолжила:
— Нельзя… менять.
После этого её голова опустилась.
Из груди вырвался тяжёлый стон.
Я смотрел на её состояние…
И одновременно пытался понять сказанное.
«Нельзя менять слова?»
А.
Если привести пример из прошлой жизни…
Наверное, это работает так.
Можно сколько угодно вежливо хвалить начальника в лицо.
Компания всё равно продолжит работать.
Но достаточно однажды…
Пьяным или после долгого накопления раздражения…
Высказать ему всю настоящую ненависть…
И атмосфера тут же рухнет.
«Значит, в нынешней ситуации…»
Если человек хотя бы раз прямо откажется меня признавать…
Я уже не смогу получить его голос?
Я спросил:
[Люди, которые признают меня только на словах…]
— …
[Должны потом всегда придерживаться этой позиции?]
Таймерси кивнула.
[А те, кто когда-то признал меня искренне?]
— …
[Им уже нельзя изменить мнение?]
Она покачала головой.
Хм.
Похоже…
Таймерси всё-таки немного понимает правила этой системы.
Те, кто хотя бы раз искренне признал меня…
Можно сказать, уже проголосовали.
Даже если позже их отношение изменится…
Голос остаётся засчитанным.
А те, кто лишь формально сказал нужные слова…
Словно избиратели, которые ещё не дошли до урны.
«Тогда…»
За одно мгновение…
В голове появилось множество вариантов.
Причём почти каждый выглядел достаточно надёжно.
Оставалось лишь выбрать.
Я остановился на самом быстром…
И эффективном.
После этого поднялся.
И протянул руку Таймерси.
Она растерянно посмотрела на мою ладонь.
[Вставай.]
— …
[Ты ведь не из тех, кто должена вот так сидеть на земле.]
Глаза Таймерси слегка покраснели.
Она опустила голову.
И взяла меня за руку.
Я помог ей подняться.
[Я возвращаюсь.]
— …
[Нужно закончить это дело.]
Я улыбнулся.
[Следующий раз встретимся…]
— …
[Когда я стану генеральным директором.]
Таймерси серьёзно кивнула.
Словно прекрасно поняла.
Затем открыла для меня чёрный проход.
Я шагнул внутрь.
Ну что ж…
Пора встретиться.
С людьми…
Которые меня ненавидят.