Я настолько растерялся, что ещё раз оглядел пятерых знакомых богов и остальных акционеров.
Все они смотрели на меня с лёгкими улыбками и кивали.
«Желание… Моё собственное желание».
Например, можно сделать моих товарищей бессмертными.
Или вернуть Йериэль её младшего брата, умершего много лет назад.
Можно исправить сложные глаза Эйр, сделав их обычными.
Стереть болезненные воспоминания Романа о том, как отец его унижал, и Кашьи — о предательстве.
Или убрать несправедливое клеймо с владения, где раньше жил Свейн.
«Желание, которое всемогущая сила способна исполнить без ограничений…»
Ладонь, сжимавшая молоток, покрылась потом.
— Тэй? Что случилось?
Пармель озадаченно склонила голову.
Но я не ответил.
«Да. Я действительно сделал достаточно много».
Когда компания показывает хороший результат, сотрудникам выплачивают премии.
И сейчас я, наверное, как раз оказался в положении человека, который заслужил такую премию.
«В прошлой жизни, будучи начальником кадрового отдела, я только оформлял другим выплаты за результаты».
Сам я их почти не получал.
Потому что генеральный директор Енот в последний момент всегда находил способ забрать всё себе.
Но теперь генеральный директор — я.
Значит, сейчас самое время назвать то, чего я хочу…
«Ты совсем идиот?»
Я с силой хлопнул себя по щеке.
Шлёп!
Звук получился настолько громким, что разнёсся по всему залу.
— Что?!
— Тэй, ты чего?!
Не только Пармель, но и остальные боги удивлённо заговорили.
Я не обращал на них внимания и спокойно собрал мысли.
Да.
Молоток в моей руке действительно обладал почти всемогущей силой.
И все боги готовы меня поддержать.
Но именно поэтому…
Я не имею права пользоваться ею как попало.
Если генеральный директор начинает своевольно распоряжаться компанией только потому, что у него есть власть…
Он уничтожит компанию.
А в нашем случае — весь мир.
— Генеральный директор Енот именно так и делал.
Пармель удивлённо переспросила:
— Что? У тебя голова болит?
Я покачал головой.
— Я не могу стать таким же, как он.
Она мгновенно всполошилась:
— Ой! Всё серьёзнее, чем я думала! Тэй явно очень плохо! Кто-нибудь, помогите!
Гогон сухо заметил:
— Разве ты не богиня исцеления?
Пармель замерла.
— А.
— …
— Точно. Это же я!
Гогон покачал головой.
— Ты начинаешь становиться похожей на Йериэль.
Пармель медленно повернулась к нему.
— Что ты сейчас сказал?
— Что ты стала такой же невинной, как Йериэль.
Я остановил их перепалку.
— Все, пожалуйста, послушайте.
Пармель сразу посмотрела на меня.
— Тэй?
— Я действительно многого хочу.
Я крепче сжал молоток.
— Но не стану просить об этом здесь.
— Почему?
Пармель нахмурилась.
— Мы же просто хотим сделать тебе подарок. Не надо всё настолько усложнять.
— Потому что это общее собрание акционеров.
— …
— Официальное общее собрание акционеров.
Разумеется, боги не понимали, почему для меня это настолько важно.
Но я всё равно продолжил:
— В прошлой жизни я видел множество случаев, когда люди с правом голоса собирались вместе…
— …
— И делили результаты компании между собой.
По залу прошёл тихий шум.
— Если вы действительно хотите сделать мне подарок…
Я посмотрел на богов.
— Приходите ко мне отдельно.
— …
— И сами решите, что именно хотите подарить.
Я твёрдо добавил:
— Но я не стану использовать официальную должность и предоставленные ей полномочия ради личной выгоды.
У многих богов рты буквально приоткрылись.
— Потому что иначе…
Я посмотрел на молоток.
— Вы фактически предлагаете мне стать генеральным директором Енотом.
— Тэй…
— Я сотни раз видел, как он заискивал перед акционерами, пожимал им руки и улыбался…
— …
— А сам при этом получал премии, в сотни раз превышавшие выплаты обычных сотрудников.
Я медленно покачал головой.
— Тогда я пообещал себе…
— …
— Что никогда не стану таким руководителем.
Я слегка склонился перед богами.
— И не хочу нарушать это обещание.
— …
— Я искренне благодарен вам за предложение.
В зале воцарилась тишина.
Ну да.
Наверное, они вообще не поняли, о чём я говорю.
Они ведь даже не знают, кто такой генеральный директор Енот.
Я медленно поднял голову.
А потом невольно отступил на шаг.
Все боги…
Не только пятеро передо мной.
Все более ста пятидесяти тысяч богов…
Склонились передо мной.
— Ч-что вы делаете?
Пармель ответила, не поднимая головы:
— Стой спокойно, Тэй.
— Что?
— Потому что…
Она тихо произнесла:
— Ты тот, перед кем нам самим захотелось склонить головы.
Я замолчал.
— Впервые испытываю такое чувство.
Пармель добавила:
— Думаю, остальные тоже.
Через некоторое время боги один за другим снова выпрямились.
Гогон подхватил:
— Даже словами трудно описать, что я сейчас чувствую.
— Гогон…
— Я был уверен, что ты согласишься.
Он спокойно признал:
— Мне казалось, невозможно отказаться от предложения, которое сделали все мы.
— …
— Но это была моя самоуверенность.
Донак громко рассмеялся:
— Ха-ха! Вот теперь точно видно человека, которого я признал!
Нуния улыбнулась.
— Я тоже очень удивилась.
Она немного замялась.
— Господин Тэй…
А затем поправилась:
— Нет. Тэй.
— …
— Ты постоянно превосходишь мои ожидания.
Последней заговорила Лиана.
Её голос был почти неслышным:
— Мне кажется…
Все невольно прислушались.
— Тэй мог бы стоять выше нас.
Эта короткая фраза произвела огромный эффект.
По залу прокатился шёпот.
— Выше нас?
— Никогда даже не задумывался об этом.
— Но ведь уже существует кто-то подобный. Как её звали? Абсолютный бог Таймерси?
— Если выбирать между неизвестным мне существом без лица и имени и этим человеком…
— Я тоже предпочёл бы его.
— Его я способен признать.
С каждым новым голосом сердце начинало колотиться всё сильнее.
Здесь.
На официальном общем собрании акционеров…
Они меня признали.
Не просто богом, равным им по положению.
А кем-то, стоящим выше.
Иными словами…
Человеком, достойным занять место президента.
«Наверное, это и есть лучший подарок».
Я действительно так думал.
И в этот момент перед глазами неожиданно возникло новое системное окно.
[Получено одобрение 153 953 богов.]
[Рекомендуется повышение до уровня президента.]
[Для повышения до уровня президента необходимо 250000 очков кадровой оценки.]
[Для повышения до уровня президента необходимо получить согласие всех акционеров.]
[Для повышения до уровня президента необходимо занять «кресло президента».]
Я никогда раньше не видел подобного сообщения.
«Кресло президента?»
Сразу вспомнилось огромное кресло в кабинете Таймерси.
Значит, именно оно и есть кресло президента.
«Вот как».
Получается, просто сесть туда было недостаточно.
Даже если бы я тогда принял предложение Таймерси и занял кресло…
Без согласия всех акционеров президентом всё равно бы не стал.
Если посмотреть с этой стороны…
Одно из условий повышения я уже выполнил.
Я тут же отогнал эту мысль.
— Большое вам спасибо.
Пармель посмотрела на меня.
— Тэй…
— Я хотел бы сказать ещё многое…
Но посмотрел на экран.
— К сожалению, пора заканчивать.
На дальнем краю изображения появились мои товарищи.
Они бежали к моему телу со всех ног.
Когда я объяснял им план, то сказал:
Если не вернусь в течение часа, значит, операция провалилась.
«Уже час прошёл?»
Даже отсюда было видно, насколько они перепуганы.
Я тихо сказал:
— Всё хорошо.
— …
— Не переживайте.
Пармель улыбнулась.
— Вот как…
— Спасибо за ваши слова.
Я снова взял молоток.
— Тогда…
Тук.
Тук.
Тук.
— Объявляю общее собрание акционеров закрытым.
Сознание постепенно возвращалось.
Сначала появилось зрение.
Потом слух.
И почти сразу я услышал громкий голос Кашьи:
— Ты вонючий светляк, хуже десятилетнего дерьма!
Кого это она так?
А.
Понятно.
Потому что следом раздался озадаченный голос Хебрайна:
— Даже в мире демонов я не слышал настолько свежих ругательств.
— Заткнись!
Кашья буквально рычала.
— Что ты сделал с Тэем?!
Хебрайн усмехнулся.
— Ничего.
— …
— Скорее наоборот.
Он спокойно добавил:
— Тейрод всё провернул именно так, как собирался.
— …
— Судя по тому, что стена разрушена, его план сработал.
Кашья переспросила:
— Стена? Какая ещё стена?
— Люди вроде тебя её не видят.
Хебрайн махнул рукой.
— Не беспокойся об этом.
Он продолжил:
— Я собирался попрощаться с ним перед уходом, но он никак не просыпался.
— …
— Уже решил махнуть рукой и уйти…
— …
— А потом прибежали вы.
Кашья резко сказала:
— Мне всё равно.
— …
— Просто верни Тэя!
Хебрайн пожал плечами.
— Я его не убивал.
— …
— И в этом мире у меня нет силы, способной воскрешать мёртвых.
Йериэль дрожащим голосом повторила:
— М-мёртвых?..
Роман тут же сказал:
— Йериэль, не слушай его. Наверняка врёт.
— Что?
Хебрайн удивился.
— Разве он не умер?
— …
— А, уже воскрес?
Он вдруг добавил:
— Нет. Это я не тебе сказал. Это Джуи.
И в этот момент я окончательно вернул контроль над телом.
Медленно поднялся.
Передо мной стояли товарищи, окружившие меня плотным кольцом.
Кашья посмотрела вверх.
В глазах стояли слёзы.
— Тэй?..
Я слегка улыбнулся.
— Да.
— …
— Я здесь.
— У-у…
Она мгновенно бросилась ко мне.
— Тэй!
Похоже, Кашья совершенно забыла, что прямо перед нами стоит Повелитель демонов.
Впрочем…
Хебрайн просто скрестил руки и никак не проявлял враждебности.
— Эй.
Он попытался что-то сказать.
— Сейчас вообще-то…
Бесполезно.
Следом за Кашьей ко мне бросились остальные.
Такого поведения от них перед врагом я бы никогда не ожидал.
— Мы правда ужасно переживали!
— Когда прибежали, ты не дышал, а сердце вообще не билось!
Йериэль тоже едва не плакала.
— Джуи никак не реагировала…
— …
— Ты точно теперь в порядке?
Кто-то внимательно осмотрел меня.
— Похоже, действительно воскрес.
Другой добавил:
— Даже Повелитель демонов наверняка завидует такому трюку.
Только Кашья ничего не говорила.
Просто крепко держала меня.
Я успокоил товарищей.
А затем первым делом обратился к Хебрайну:
— Почему ты вообще меня ждал?
Он пожал плечами.
— Стена уже разрушена.
— …
— И за одну ночь явно не восстановится.
— Верно.
Я кивнул.
— На это уйдут годы.
— Тогда мне незачем спешить.
Хебрайн посмотрел на меня.
— Хотел попрощаться с хозяином этого мира.
Я ответил:
— Ну вот.
— …
— Попрощался. Теперь можешь идти.
Он громко рассмеялся.
— Даже спокойно проводить меня не хочешь?
Глаза Хебрайна слегка сузились.
Вместо ответа я ненадолго задумался.
«Если прямо сейчас поднять товарищей до королевского ранга…»
Но почти сразу отказался от идеи.
Потому что заметил сведения Хебрайна.
[Тревога: опасается, что Тейрод Мейсон усилит товарищей до королевского ранга и нападёт.]
[Тревога: уверен, что при первых признаках нападения успеет скрыться за стеной.]
Ц.
Жаль.
Но вполне логично.
Он не мог просто сидеть здесь и ждать моего пробуждения, не имея никакой гарантии безопасности.
Независимо от того, что я собирался сделать…
Хебрайн был уверен, что при необходимости успеет пересечь разрушенную стену раньше, чем мы его остановим.
Я сделал совершенно обычное лицо.
— В любом случае…
— …
— Если я попробую тебя задержать, ты просто сбежишь через стену.
Хебрайн склонил голову.
— Что?
— Бегство — твоя сильнейшая сторона.
— …
— Мы не успеем атаковать прежде, чем ты скроешься.
Хебрайн рассмеялся.
— Тебя действительно невозможно обмануть.
— Только сейчас понял?
— …
Я посмотрел на него.
— Главное…
— …
— Не нарушай обещание.
— Не возвращайся сюда снова.
— Разумеется.
Хебрайн кивнул так естественно, будто сама мысль о возвращении была абсурдной.
Но я ему не верил.
Я верил только кадровому реестру.
[Тревога: размышляет, успеет ли снова вторгнуться в этот мир до полного восстановления стены.]
Вот.
Именно этого я и ожидал.
«Он живёт ради развлечений».
Для него что может быть интереснее…
Чем снова вторгнуться в чужой мир?
Даже пережитых проблем оказалось недостаточно, чтобы полностью отказаться от этой идеи.
«Тем более сейчас стена разрушена».
Значит, при повторном вторжении Хебрайн сможет воспользоваться полной силой.
Наверняка он уже решил…
Что до восстановления стены шансы на успех достаточно высоки.
Хорошо, что я заранее установил бомбу с часовым механизмом.
Тем временем Хебрайн сказал:
— Тогда я действительно ухожу.
— Хорошо.
Я махнул рукой.
— Надеюсь, больше никогда не увидимся.
Он тихо усмехнулся.
— Что ж.
Затем повернулся спиной.
— Прощай…
Хебрайн посмотрел через плечо.
— Хозяин этого мира.
Он медленно пошёл прочь.
Через несколько мгновений его тело стало прозрачным.
А затем исчезло так, словно его никогда здесь не было.
Хебрайн пересёк стену.
И вернулся в свой родной мир.