Не знаю, во сколько именно я уснул.
Кажется, до двух часов ночи никто так и не ложился.
Прошлым вечером я без утайки рассказал товарищам обо всём, что узнал.
Кроме одного.
О предложении Таймерси занять должность президента.
«Всё равно я не собираюсь соглашаться, так что рассказывать незачем».
Теперь команда знала, почему Унбеарс исчез из истории и человеческой памяти. Если бы я ещё добавил, что мне предложили занять его место и в результате самому исчезнуть из их воспоминаний…
Все бы только сильнее переживали.
Так что примерно час ушёл на рассказ о Таймерси и Унбеарсе, ещё полчаса — на объяснение предстоящей операции, а затем ещё полчаса — на то, чтобы успокоить остальных.
В итоге мы заснули только около двух ночи.
— Мм?
Когда я открыл глаза, первым, что увидел, было лицо Кашьи.
— …
Странно.
Я точно помню, что для неё постелили отдельное одеяло на полу.
Кашья словно ждала моего пробуждения и тоже открыла глаза.
Наши взгляды встретились.
Она несколько раз моргнула…
А потом снова закрыла глаза.
— М-м. Я всё ещё сплю.
— Нет. Просыпайся.
— Т-Тэй?!
Кашья мгновенно подскочила.
— Почему Тэй здесь?!
— Разве не я должен это спрашивать?
Я указал на кровать.
— Это вообще-то моя кровать.
Изначально я хотел отдать её тем из команды, кто особенно чувствителен к неудобному сну.
Но все дружно заявили, что я всё ещё пациент и поэтому должен спать именно на кровати.
Хотя никакой я не пациент.
— Чего вы с утра так шумите?
Эйр потянулась и приподнялась.
Затем перевела взгляд с меня на Кашью, сидевших рядом на кровати.
Через секунду на её губах появилась улыбка.
— Надо же. И это при таком количестве людей вокруг.
Кашья тут же покраснела.
— Н-нет! Ничего такого!
— Тогда объясни.
Эйр спокойно спросила:
— Почему ты уснула на полу, а проснулась в кровати?
— У меня просто… плохая привычка во сне…
— Это уже не привычка.
Эйр прищурилась.
— Это лунатизм.
Остальные тоже один за другим начали просыпаться.
Стоило им увидеть Эйр, Кашью и меня на кровати, как все мгновенно поняли ситуацию.
Роман серьёзно заметил:
— Хорошая тренировка, Кашья.
Кашья тут же ответила:
— Завидуешь, Роман?
— Конечно завидую…
Он резко остановился.
— Нет!
Свейн устало посмотрел на него.
Дирк усмехнулся:
— Надо было всё-таки расселить нас по разным комнатам.
Йериэль удивилась:
— Но во время заданий мы всегда спим вместе.
— Йериэль…
Дирк осторожно напомнил:
— Сейчас мы не на задании.
Она задумалась.
— А мне понравилось, что мы спали все вместе.
Йериэль улыбнулась.
— Джуи тоже сказала, что ничего плохого в этом нет.
Не понимая, в чём вообще проблема, она совершенно спокойно продолжила сидеть.
Сейн оглядела всех с тёплой улыбкой.
— В любом случае…
Она посмотрела на меня.
— Доброе утро, Тэй.
После этих слов все перестали болтать.
И тоже посмотрели на меня.
Сейн продолжила:
— Сегодня ты нормально проснулся.
Я понял, что она имеет в виду.
И почесал затылок.
— Не переживайте.
— …
— Больше не собираюсь внезапно спать трое суток подряд.
Сейн тихо рассмеялась.
— Ху-ху. Хорошо.
Я поднялся.
— В любом случае, умываемся, завтракаем и готовимся к работе.
Все посмотрели на меня так, будто не расслышали.
Кашья первой спросила:
— На работу?
— Да.
— Сейчас?
— А когда ещё?
Кашья широко раскрыла глаза.
— Унбеарс собирается стереть мир!
Она быстро пересчитала.
— Осталось десять дней… Нет, уже девять!
— Именно поэтому и идём работать.
Я совершенно спокойно ответил:
— Нужно начинать проект по устранению Унбеарса.
У всех одновременно появились странные улыбки.
Кашья глубоко вздохнула.
— Даже перед лицом конца света…
Она покачала головой.
— Тэй спокойно идёт на работу.
— По крайней мере, я не забираюсь во сне в чужую кровать перед лицом конца света.
— Эй!
Кашья покраснела.
— Это был лунатизм!
— Минуту назад это называлось «плохой привычкой во сне».
— У-у…
Так или иначе, мы все вместе умылись и позавтракали.
А потом…
С совершенно обычными лицами отправились на работу.
Хорошо.
Пора начинать проект.
Проект по предотвращению уничтожения мира.
Или, если пользоваться привычной мне терминологией…
Проект по предотвращению закрытия предприятия.
Первым делом я собрал товарищей в конференц-зале.
И протянул руки.
На этот раз никто даже не задумался.
Все совершенно привычно взялись за руки.
«Привилегия руководителя группы 3».
[Привилегия руководителя группы 3 — активна.]
[Кашья Фрейм служит избранницей богини маны Нунии.]
[Эйр Лайм служит избранницей бога теней Гогона.]
[Йериэль Хуана служит избранницей богини исцеления Пармель.]
[Роман Джейсон служит избранником бога Донака.]
[Свейн Уик служит избранником богини ветра Лианы.]
[Организовать совещание с Нунией, Гогоном, Пармель, Донаком и Лианой?]
Стоило мне подтвердить…
Как сразу раздались голоса.
[Тэй!]
[Ты уже в порядке, Бог всезнания?]
[Мы действительно переживали. Лиана вообще лежала и плакала.]
[Я не настолько плакала!]
Донак громко рассмеялся.
[Ха-ха-ха! А я говорил, что нечего переживать.]
— …
[Такой человек просто так не свалится.]
Похоже…
Когда я проспал три дня…
Они волновались не меньше моих товарищей.
На душе стало тепло.
[Спасибо всем за беспокойство.]
Я искренне добавил:
[Теперь со мной всё нормально.]
Пармель всё равно спросила:
[Точно?]
[Да.]
Она облегчённо выдохнула.
[Фух.]
— …
[Мы слышали вчерашний разговор с нашими избранниками.]
Пармель продолжила:
[Получается, все эти три дня ты встречался с Абсолютным богом Таймерси?]
Для меня-то прошло минут тридцать.
Я кивнул.
Пармель тут же недовольно пробормотала:
[Это уже слишком.]
— …
[Даже для Абсолютного бога.]
Я удивился.
[Пармель.]
[Удерживать тебя там столько времени…]
Она явно злилась.
[Ты вообще представляешь, сколько людей из-за тебя переживало?]
Я решил её успокоить.
[У Таймерси тоже были свои обстоятельства.]
— …
[Пожалуйста, постарайтесь понять.]
Пармель вздохнула.
[А что мне остаётся?]
— …
[В конце концов, она та, кто создала нас.]
Я немного задумался.
[Ну…]
Пармель насторожилась.
[Что?]
[Нет. Ничего.]
Не время обсуждать предположения о происхождении богов.
Я сразу перешёл к главному:
[Как вы уже слышали от моих товарищей…]
— …
[Унбеарс собирается стереть весь мир.]
Наступила тяжёлая тишина.
Через некоторое время первой заговорила Нуния.
Но голос у неё был удивительно бодрый.
[У Тэя уже есть план.]
— …
[Мы и это слышали.]
Она тихо рассмеялась.
[Если честно, мы очень удивились.]
— …
[Не ожидала, что можно придумать такое.]
Гогон тут же вмешался:
[А я не уверен.]
Пармель удивилась.
[Гогон?]
[Сам замысел хорош.]
Он сделал паузу.
[Но…]
— …
[Проблема в необходимых условиях.]
Голос стал серьёзнее.
[Мне кажется, выполнить их практически невозможно.]
Никто не возразил.
Я и сам был с ним согласен.
Но специально ответил легкомысленно:
[«Невозможно» — ещё ничего не значит.]
Кажется…
Я уже когда-то говорил что-то подобное.
Я почти физически почувствовал, как невидимые боги одновременно вздрогнули.
Нет.
Не почувствовал.
Шух.
Прямо передо мной появилась Пармель.
Как и во время сна…
Она стояла в человеческом облике.
Только теперь её голос звучал не внутри головы.
Я действительно слышал его ушами.
— Слова красивые…
Пармель нахмурилась.
— Но если говорить точно, проблема не в невозможности.
— …
— Просто это слишком опасно.
Я уставился на неё.
— Пармель.
— Да?
— Ты можешь появляться здесь в таком облике?
Она моргнула.
— В прошлый раз всё происходило во сне, поэтому я ещё мог это понять.
Пармель слегка улыбнулась.
— Это не потому, что мы что-то изменили.
— …
— Просто ты наконец достиг уровня, на котором способен видеть наш настоящий облик.
А.
Точно.
После повышения до генерального директора…
Я смог напрямую понимать даже речь Абсолютного бога Таймерси.
Тогда нет ничего странного…
Что теперь я могу видеть и слышать обычных богов, которых кадровая система считает руководителями.
Рядом возник Гогон.
Всё тот же мужчина средних лет, одетый полностью в чёрное.
Он сразу сказал:
— Бог всезнания.
— …
— Не уходи от темы.
— Я и не уходил.
Гогон посмотрел на Пармель.
— И ты его не отвлекай.
Пармель прищурилась.
— Ты делаешь вид, будто сам не отклонялся от темы?
Гогон проигнорировал её.
И снова обратился ко мне:
— Я ожидал многого…
Он покачал головой.
— Но никак не думал, что ты предложишь нам объединиться с Повелителем демонов.
Да.
Именно это…
Было обязательным условием моего плана.
Я пожал плечами.
— Другого выхода нет.
Гогон нахмурился.
— Почему?
— Потому что зритель у нашего спектакля слишком высокого уровня.
— …
Я спокойно объяснил:
— Если снова использовать превращение Эйр…
— …
— Обман быстро раскроется.
— …
— Настоящий Повелитель демонов должен лично участвовать в представлении.
Даже если сам Унбеарс ничего не заметит…
Подзорная труба и система документов всё равно передадут ему настоящие сведения.
Если использовать Эйр, как в прошлый раз…
В документе будет прямо написано:
«Эйр превратилась в Повелителя демонов».
Это худший возможный исход.
Гогон покачал головой.
— И почему Хебрайн должен соглашаться сотрудничать с нами?
Я ответил просто:
— Потому что иначе мир исчезнет.
— Хм.
Гогон задумался.
— Не ожидал, что он настолько жалкое существо.
Я кивнул.
— Очень мудрое замечание.
Все уставились на меня.
Что?
Я просто согласился.
Я спокойно продолжил:
— Разумеется, я рассчитывал, что одного страха конца света может оказаться недостаточно.
— …
— Поэтому приготовил ещё одну приманку.
Пармель спросила:
— Ещё одну?
— Да.
— Что можно предложить Повелителю демонов…
Она нахмурилась.
— Чтобы он согласился на такое?
— Есть кое-что.
Я улыбнулся.
— Думаю, вероятность его согласия довольно высокая.
Боги замолчали.
По их лицам буквально читалось:
«Раз Тэй говорит так уверенно, значит, наверняка что-то придумал».
Через некоторое время Пармель снова заговорила:
— Хорошо.
— …
— С этим условием я поняла.
Она стала серьёзнее.
— Но хочу обратить внимание на другую проблему.
Я кивнул.
— Главная идея операции…
Пармель продолжила:
— Обмануть Унбеарса…
— …
— Заставив его через подзорную трубу наблюдать только за подготовленной тобой сценой.
— Именно.
Таймерси рассказала мне…
Что документы на столе отражают только ту область, на которую в данный момент направлена труба.
Значит…
Я создаю отдельную сцену.
А Таймерси меняет увеличение и направление так…
Чтобы Унбеарс видел только нужное место, а не весь континент.
То самое место…
Которое мы подготовим.
«Если всё сработает».
Тогда Унбеарс…
Скорее всего, откажется от идеи стереть первое предложение.
Пармель продолжила:
— До этого момента я согласна.
— …
— Но ведь само представление…
Она немного замялась.
— Основано на том…
— …
— Что Тэй погибнет.
Я спокойно кивнул.
— Да.
— …
— Не хочу хвастаться…
Я пожал плечами.
— Но Унбеарс очень внимательно следит именно за мной.
— …
— Если меня не станет…
Я продолжил:
— Для него исчезнет главная угроза.
— …
— И тогда пропадёт причина уничтожать весь мир.
Но если я просто внезапно умру…
Унбеарс наверняка заподозрит подвох.
Он может решить…
Что Таймерси как-то подделала документы.
В конце концов…
Он уже знает, что она поддерживает меня.
— Поэтому моя смерть должна выглядеть убедительно.
Я посмотрел на богов.
— Меня должен убить тот, кто действительно способен это сделать.
— …
— И Хебрайн подходит лучше всего.
Пармель сразу возразила:
— Ты только что сказал, что Унбеарс распознает даже превращение Эйр.
— …
— И при этом утверждаешь…
Она напряжённо посмотрела на меня.
— Что твою смерть он не заметит?
Никто не сказал ни слова.
Нуния тихо начала:
— Я хочу верить, но…
И замолчала.
Донак склонил голову.
— Почему остановилась?
— …
— Хочешь, я спрошу вместо тебя?
Пармель прикрыла лицо ладонью.
Лиана тяжело вздохнула.
— Лучше бы ты этого не говорил.
Донак удивился:
— Почему?
— …
— Разве не нужно задавать вопросы сразу?
Он посмотрел на меня.
— Ты ведь действительно не собираешься умереть, Бог всезнания?
Шлёп.
Пармель ударила ладонью по лбу.
Я не удержался от смеха.
— Мои товарищи вчера спросили абсолютно то же самое.
Все смотрели на меня.
— И вы ведь слышали мой ответ?
Я продолжил:
— Кажется, за ночь пришлось повторить его больше десяти раз.
— …
— Я никуда не собираюсь уходить…
Я улыбнулся.
— Оставив своих товарищей.
И добавил:
— Разумеется, загробный мир тоже считается.
Пармель всё равно не успокоилась.
— Тогда как ты собираешься обмануть Унбеарса?
— …
— Как можно безопасно изобразить собственную смерть…
Она подчеркнула:
— Перед наблюдателем такого уровня?
Способ есть.
И когда я рассказал его Таймерси…
Она подтвердила, что это возможно.
Правда…
Сразу после этого назвала весь план огромной ставкой.
Но пока опустим эту часть.
— Я кое-что придумал.
Я ответил спокойно:
— Всё должно получиться.
— Тэй.
— В любом случае…
Я не дал Пармель продолжить:
— Я позвал вас сегодня не для повторной проверки плана, который мы уже обсудили вчера.
— …
— Мне нужна ваша помощь в другом.
Пармель покачала головой.
— Ты действительно упрямый.
— Разве?
— Пожалуйста…
Её голос стал тише.
— Не делай ничего такого, из-за чего наши дети будут плакать.
Она немного помолчала.
— И…
— …
— Не делай ничего, из-за чего будем плакать мы.
Если я действительно умру…
Боги тоже будут плакать?
Слёзы богов…
Жаль, сейчас совсем нет времени на такие мысли.
— Не переживайте.
Пармель тяжело вздохнула.
— Хорошо.
— …
— Тогда что именно ты хочешь попросить?
Она посмотрела на меня.
— Есть способ включить нас в нынешнюю операцию?
— Что значит «включить»?
Я удивился.
— Вы будете играть одну из самых важных ролей.
— Что?
Я сглотнул.
И наконец задал главный вопрос:
— Скажите…
Я посмотрел на пятерых богов.
— Сколько всего богов существует в этом мире?