"Ч-что?.." - растерянно переспросил Лутон, словно не до конца понимая, чего от него ждут. Он нервно сглотнул, переводя взгляд с Ханса на Вито, а затем обратно.
Лицо Ханса оставалось безмятежным, но в глазах читалась сосредоточенность. Он ждал. Лутон вздохнул и, немного поёживаясь, всё же заговорил:
"Ну… у меня Аспект, связанный с тихой ходьбой. Я могу ослаблять звук своих движений, вот."
Ханс напрягся.
В голове тут же вспыхнули старые догадки. Кто подкинул те записки в его комнату? Кто мог проникнуть туда так, чтобы никто этого не заметил? Он помнил, как рассуждал над этим:
Один проник внутрь.
Второй повлиял на его разум.
Третий истощил его тело.
Лутон подходил под первое описание. Человек, способный бесшумно передвигаться, вполне мог обойти бдительность летающей души и незаметно оставить записки. Но Ханс не спешил с выводами.
Во-первых, Лутон не производил впечатление того, кто мог бы провернуть подобное. Он был слишком наивным, слишком трусливым. Хотя… разве это не могло быть игрой? Разве Лутон не мог бы намеренно притворяться беспомощным, скрывая истинные намерения?
Во-вторых, каков его мотив? Что ему с того?
'Что-то тут нечисто…'
Но сейчас не время. Если он начнёт раздумывать над этим, то снова увязнет в мозговом штурме. А его сознание и так работало на износ.
Лутон заметил, что Ханс никак не отреагировал, и, поколебавшись, добавил:
"А Недостаток… Если я напуган или теряю концентрацию, то забываю самые базовые вещи. Например… м-могу просто забыть, как правильно двигаться."
Ханс чуть прищурился, оценивая сказанное.
'Вот почему ты постоянно ходишь так неуклюже…-' - задумчиво пробормотал он - 'Ты просто всё время напуган.'
Это было почти жалко. Но Ханс лишь кивнул и запомнил услышанное. Затем он перевёл взгляд на Вито, ожидая объяснения.
Вито кашлянул, словно прочищая горло перед выступлением, но говорил он всё так же тихо:
"У меня немного похожая способность. Я могу поглощать звуки вокруг себя, создавая некую зону тишины. Бесполезно в бою, но иногда помогает… когда мне хочется выговориться."
Ханс слегка удивился.
'Что, неужели у всех тихонь существует Аспект, связанный со звуком?' - пробормотал он себе под нос с лёгкой усмешкой.
"Недостаток?.." - Вито немного поёжился - "Когда я поглощаю звуки, они потом возвращаются. Иногда это просто шум, а иногда… я слышу слова. Слова, которых никто не говорил. Шёпот. Чужие голоса…"
Ханс вновь кивнул, запоминая. Недостатки у них были довольно лёгкими. Хотя… у всех по-разному. Считалось, что Недостаток всегда связан с глубинным страхом человека. Правда, в упрощённом виде.
"Ясно." - сказал Ханс, разворачиваясь обратно в сторону казармы. Лутон и Вито переглянулись и тоже пошли в ту сторону.
Ханс решил для себя, что их можно эффективно использовать для слежки или чего-то ещё. В общем, неплохие активы. Зайдя в казарму, Ханс прилёг на свою койку. Так как завтра был выходной, Ханс уже планировал пойти к Фальк. Психологу.
Ханс постучал в дверь и принялся ждать ответа. Дверь вела в кабинет, расположенный неподалёку от кабинета Тессая. Он знал от Валентина, что Фальк чаще всего проводит время именно здесь. Впрочем, эта информация не давала Хансу никакого преимущества. Скорее, лишь усиливала его осторожность.
'Интересно, какие методы она будет использовать?' - мелькнула у него в голове мысль.
Он предполагал, что её Аспект должен быть связан с чем-то, что позволяло лучше понимать людей. Может быть, он помогал ей видеть ложь? Или проникать в разум? Эта неопределённость не давала ему покоя.
Пока он размышлял, дверь открылась, и перед ним предстала женщина средних лет с тонкими аристократичными чертами лица. Её серые волосы были уложены в сложную причёску, подчёркивая безупречный внешний вид. В её взгляде не читалось ни приветствия, ни особого интереса.
Ханс слегка улыбнулся, умышленно придавая этой улыбке лёгкую небрежность.
"Привет, ещё раз. Как ваши дела?" - произнёс он, мягко, словно между делом.
Фальк окинула его внимательным взглядом и ответила с той же безразличной интонацией:
"Ты насчёт Воспоминаний?"
Ханс мысленно скривился, но не подал виду. Её слова резанули… он не хотел добровольно надевать на себя невидимые кандалы. Да кто вообще бы согласился на это?!
"Нет…" - произнёс он, словно размышляя вслух, прежде чем продолжить - "Мне кое-кто сказал, что здесь работает психолог. Это, случаем, не вы?"
Фальк ничего не ответила, просто кивнула в сторону кабинета, приглашая войти. Она первой пересекла порог и заняла место за своим массивным столом.
Ханс, не торопясь, переступил через порог и скользнул взглядом по комнате. Интерьер не удивил его, но он не мог не отметить, насколько богато обставлено это место. Здесь чувствовался тот же стиль, что и в кабинете Тессая. Тяжёлая резная мебель, глубокие оттенки дерева, старинные свечи в канделябрах, причудливо мерцающие в полумраке. Вдоль стен стояли книжные шкафы, полные старых фолиантов, а в воздухе витал тонкий аромат пергамента и сухих трав. Это был кабинет, где время застыло в эпохе средневековья.
Массивные фолианты на книжной полке невольно приковали взгляд Ханса. Он чувствовал непреодолимое желание протянуть руку и снять с полки хотя бы один… вдруг среди этих древних томов скрывалась информация об Иллюзорной Школе или о самом Даймоне Воображения? Желание познания боролось с осторожностью, но он знал, что не может просто так взять книгу, не привлекая внимания.
Небрежно облокотившись на спинку кресла, Ханс поднял взгляд на Фальк. Он уже приблизительно представлял, как выстроить свой рассказ. Если она действительно умела распознавать ложь, значит, лучше смешать правду с вымыслом. Он продумал несколько возможных линий поведения ещё до того, как зашёл в её кабинет.
Но прежде чем он успел заговорить, Фальк неожиданно нарушила тишину первой.
"Я психиатр, а не психолог…" - сказала она с едва заметным вздохом, словно устала повторять это слишком часто.
Ханс в уме усмехнулся. Ему было несложно догадаться, что эта фраза звучала почти для каждого, кто приходил к ней. Далеко не все могли различить эти профессии. Да и зачем? Для большинства разницы не существовало. Но для Фальк она, похоже, имела значение.
Ханс помедлил, прежде чем заговорить. Он не любил говорить о себе, тем более о своих слабостях. Но он пришёл сюда не для того, чтобы играть в молчание.
"Есть одна проблема…" - наконец произнёс он, устремив взгляд на темную древесину стола - "Когда я думаю о том, через что прошёл в Царстве Снов… о тех двух месяцах… мой мозг будто перегружается. Я назвал это «мозговым штурмом»."
Фальк ничего не сказала, но её взгляд стал чуть более внимательным. Она жестом предложила продолжить.
"Это происходит внезапно." - Ханс сжал пальцы, но быстро расслабил их, не желая выдавать своё волнение - "Когда я начинаю размышлять о том, что случилось, в моей голове… начинается хаос. Появляются десятки мыслей, странных, даже абсурдных. Я начинаю строить теории, подозревать людей вокруг себя. Мозг будто пытается найти ответы, которые, возможно, даже не существуют. Я не могу это остановить." - он на секунду замолчал, словно вспоминая что-то, затем добавил - "К тому же, начинается резкая головная боль. И всё вокруг становится… невыносимым."
Фальк не торопилась с ответом. Она чуть склонила голову, будто оценивая сказанное.
"Ты упомянул подозрения. Ты имеешь в виду, что начинаешь сомневаться в людях, которым обычно доверяешь?" - уточнила она.
"Да." - признался Ханс, недовольно сжав губы - "Даже в тех, кого я знаю уже долго. Я не хочу этого, но это происходит."
В его голове резко вспыхнули фигуры Агаты и Исгерда.
"А что насчёт эмоций? В такие моменты ты чувствуешь страх? Злость? Паника?"
"Не совсем. Скорее… напряжение. Всё кажется неправильным. Будто я что-то упускаю. Это чувство накатывает волнами, и чем дольше я пытаюсь разложить всё по полочкам, тем хуже становится."
Фальк слегка кивнула, сделала пару пометок на пергаменте и задала следующий вопрос:
"Ты сказал, что нашёл способ противодействовать этому. Как именно?"
"Я считаю уравнения." - ответил Ханс, откинувшись на спинку кресла - "Простая математика. Я концентрируюсь на них, и «мозговой штурм» постепенно утихает."
Этому методу научила его Эффи, когда сопровождала их до Светлого Замка. На самом деле, это очень эффективное средство, как бы странно это не звучало.
Фальк несколько секунд обдумывала его слова.
"Это интересный механизм." - сказала она наконец - "Ты, по сути, заставляешь свой разум сменить направление. Заставляешь его фокусироваться на чём-то структурированном, логичном, чтобы заглушить хаос. Это не редкая техника. Многие люди с тревожными расстройствами используют её… повторяют числа, перечисляют предметы в комнате или считают шаги, чтобы вернуть себе ощущение контроля."
Ханс поднял брови:
"Значит, я не единственный с таким?"
"Конечно, нет." - Фальк сделала ещё одну пометку и посмотрела на него с лёгким интересом - "Но вопрос не в том, как ты справляешься, а почему это происходит. Учитывая твой опыт… Я бы сказала, что твой «мозговой штурм» - это защитная реакция. Подсознание пытается обработать события, но, вместо того чтобы дать тебе возможность постепенно осмыслить их, оно перегружает тебя деталями, теориями, тревожными мыслями. Как если бы твой разум зацикливался на этих переживаниях, пытаясь найти логику там, где её нет."
Ханс кивнул, задумчиво рассматривая узор на древесине стола.
"И что с этим делать?" - наконец спросил он.
Фальк оперлась локтями на подлокотники кресла и сложила руки в замок.
"Есть несколько подходов. Один из них - осознанное размышление. Вместо того чтобы избегать этих мыслей, можно попробовать разбирать их в спокойной обстановке. Разделять эмоции и логику. Вместо того чтобы зацикливаться на подозрениях, попробуй спрашивать себя: эта мысль обоснована или это просто страх?"
"Сложно сказать, когда голова раскалывается." - усмехнулся Ханс, но его голос был сухим.
"Это требует практики." - спокойно ответила Фальк - "Ещё один метод - записывать свои мысли. Когда ты ловишь себя на очередной теории или подозрении, попробуй записать это на бумаге. Иногда, когда видишь свою мысль перед собой, её нелогичность становится очевиднее."
Ханс покачал головой.
"Ты говоришь, как будто это просто."
"Нет…" - Фальк чуть улыбнулась, но её взгляд оставался серьёзным - "Но это лучше, чем жить в постоянном напряжении. К тому же, если ты уже нашёл способ временно заглушать это через математику, это значит, что у тебя есть определённый контроль. Вопрос в том, как его развить."
Некоторое время Ханс молчал, обдумывая услышанное. Затем глубоко вдохнул и выдохнул.
"Хорошо… попробую." - нехотя согласился он.
Фальк снова что-то записала, затем посмотрела на него чуть внимательнее.
"Последний вопрос, Ганс. Ты говорил, что подозреваешь даже близких людей. Эти подозрения когда-нибудь переходили в действия? Ты проверял их, следил за ними?"
Ханс нахмурился.
"Нет. Но… мысли такие были."
Фальк кивнула, словно подтверждая что-то для себя.
"Тогда важно не позволить им перейти в действия. Если начнёт казаться, что твои догадки - это истина, попробуй остановиться и вспомнить, что ты говорил сегодня. Что это всего лишь реакция мозга, а не доказанный факт."
Ханс молча кивнул. Он не был уверен, что так просто получится всё контролировать, но, по крайней мере, у него был новый подход.
Ханс кивнул, переваривая её слова. Ему не очень нравилась идея вновь приходить сюда, но он понимал, что, возможно, выбора у него не будет.
"Ясно…" - он слегка помедлил, а затем спросил - "А будут ли какие-нибудь препараты?"
Фальк облокотилась на спинку массивного стула и сложила руки на груди. В её глазах мелькнула тень раздумья, но ответила она без лишних разъяснений:
"В Светлом Замке ты не найдёшь нужные лекарства. Есть, конечно, заменители, но у них есть побочные эффекты."
Ханс задумался. Конечно, он не надеялся, что здесь, в этом месте, можно было найти нечто полезное, но всё же стоило попробовать. Решив сменить тему, он прищурился и спросил:
"Кстати… а есть вообще разница между психологом и психиатром?"
Фальк на этот раз не удержалась от лёгкой улыбки, в её глазах блеснуло что-то похожее на развлечение.
"Конечно есть…" - усмехнулась она - "Психолог слушает твои проблемы, задаёт вопросы и в лучшем случае помогает тебе найти ответ самому. А психиатр…" - она сделала многозначительную паузу - "Может сделать то же самое, но если ему не понравится твой ответ, он пропишет тебе лекарства, чтобы ты больше не задавал лишних вопросов."
Она чуть наклонила голову, внимательно глядя на Ханса.
"Но если серьёзно, психиатры занимаются более тяжёлыми случаями - с теми, кто уже не может справиться сам. В Светлом Замке таких немало. Спящие, прошедшие через кошмары, редко остаются в здравом уме… И если психологи просто говорят с тобой, то психиатры уже лечат."
Ханс коротко усмехнулся.
"Значит, мне повезло, что ты пока не полезла за пузырьком с таблетками."
"Пока не вижу нужды." - ответила она с тем же лёгким юмором - "Но кто знает, может, в следующий раз мне захочется избавиться от особенно надоедливого пациента."
Ханс покачал головой с усмешкой и встал. Он бросил взгляд на книжный шкаф, полный старых фолиантов, затем снова посмотрел на неё.
"Спасибо."
Фальк кивнула, но ничего не ответила.
Закрыв за собой дверь, Ханс выдохнул, ощущая странную, непривычную лёгкость в груди. Ему нечасто выпадала возможность поговорить с кем-то откровенно, а уж тем более с человеком, который пытался помочь.
И пусть он не горел желанием возвращаться к Фальк, но всё же понимал, что рано или поздно придётся. Он знал, что если хочет сохранить рассудок, ему нужно будет время от времени заглядывать в этот кабинет.
Но… мысль о том, что все записи психиатра окажутся в руках Гунлауга, неприятно кольнула его. Вся информация, что он озвучил, могла быть использована против него. Но Ханс решил для себя, что его психика важнее, чем риск раскрыть лишнее. Да и в конце концов, вся эта психологическая поддержка предоставлялась бесплатно для всех фракций Светлого Замка… раз уж он здесь, почему бы не воспользоваться?
Вспоминая разговор, он вдруг снова увидел в уме книжные полки, заставленные массивными фолиантами. Сначала он даже не придал этому особого значения, но теперь понял. В следующий раз он обязательно должен взять хотя бы пару книг.
Конечно, Фальк вряд ли станет раздавать их просто так, скорее всего, придётся расплатиться Осколками, но это не проблема. Если там есть хоть какая-то информация о Иллюзорной Школе или, возможно, о самом Даймоне Воображения, то эти книги могут стать бесценной находкой.
Но важнее всего было то, что он узнал сегодня о себе.
Во-первых, ему стоило попробовать методы, которые предложила Фальк. Осознанное размышление, ведение записей, структурирование мыслей - всё это могло помочь ему разобраться в себе. Особенно во время приступов «мозгового штурма».
Он даже подумывал намеренно вызвать этот шторм, чтобы потом взглянуть на свои записи со стороны. Вдруг так он сможет лучше понять самого себя? А может, даже осознать, откуда берётся этот голос внутри него, тот самый, что иногда звучал почти как чужой.
'Радикально… но проверить стоит.' - заключил он про себя.
Во-вторых… во-вторых, он солгал.
Сказал, что не следовал своим подозрениям. Но это была ложь. Он не просто поддавался паранойе… он уже жил по её законам. Ведь именно этот голос заставил его вступить в Стражники. Он подчинился ему, оставив Исгерда одного во внешнем поселении!
Осознание этого неприятно сжало его изнутри.
'Чёрт…'
Но вместе с этим пришло и другое осознание. Фальк не заметила его лжи. Её Аспект не позволял ей увидеть, когда он говорил неправду. Это открытие облегчило его задачу. Теперь он знал, что сможет контролировать, что именно рассказывать ей, а что оставлять при себе.
Но всё-таки…
Ханс понимал, что если он начнёт врать слишком часто, весь смысл этих встреч пропадёт. Он пришёл сюда, чтобы разобраться в себе. Чтобы вылечиться. А для этого нужно быть честным - если не перед Фальк, то хотя бы перед самим собой.
Сегодня он узнал многое. Очень многое.
И ему это понравилось…