Ханс никогда раньше не бывал в игорных домах. В Северном Квадранте, конечно, имелось несколько казино, но они располагались исключительно в элитных районах, куда простые люди заглядывали редко. А уж для тех, кто вырос на окраинах, это и вовсе оставалось чем-то из разряда легенд. Они даже не слышали о таких местах, разве что понаслышке от богатых снобов или чрезмерно болтливых людей.
Однако один человек всё же просветил его в этом вопросе. Когда-то Ханс знал одного парня, который сперва был вполне обеспеченным, но затем ухитрился спустить абсолютно всё в таких вот заведениях. И, вернувшись обратно в окраины, откуда он когда-то вырвался, тот с горечью поделился с Хансом и его друзьями своими знаниями.
"Казино… это не место, где можно разбогатеть. Это грёбанная обдираловка!" - сказал он тогда - "А кто говорит иначе, просто не понял, как устроена эта машина."
Его доводы были вполне логичны, и Ханс запомнил их. Он не мог похвастаться образованием, ведь как и все дети с окраин, он не посещал школы и учился лишь тому, что было нужно для выживания. Но несколько математических приёмов он всё же знал, и они были достаточны, чтобы понять, что любой игорный дом построен не на случайности, а на расчёте.
Например, в блэкджеке, если игрок не использует идеальную стратегию, преимущество остаётся на стороне казино - около двух процентов. В рулетке это число возрастало до двух с половиной. Казалось бы, проценты небольшие, но на длинной дистанции они решали всё. Люди алчны, и именно их жадность заставляет их играть снова и снова, несмотря на статистику.
Но это было лишь частью ловушки. Казино не просто полагалось на математику, оно использовало и психологию. Там никогда не было часов и окон, чтобы игрок терял ощущение времени. Всюду крутились истории о больших выигрышах, кого-то показывали счастливым обладателем огромного куша, создавая иллюзию, что подобное может случиться с каждым.
Но реальность была иной…
"Выигрывают немногие, а теряют всё - все." - как бы странно эти слова не звучали, но в них был смысл.
Самая же главная причина поражения игроков крылась в них самих. Даже если кому-то удавалось урвать крупную сумму, они не могли остановиться. Жадность, азарт - они брали верх, заставляя продолжать. И в конечном итоге всё возвращалось обратно в карманы владельцев игорного дома. Вот почему алчность считалась одним из смертных грехов.
Однажды Ханс спросил того парня:
"Если ты всё это знал, почему не остановился?"
Тот лишь криво усмехнулся:
"Потому что одно дело знать, а другое - делать. Даже понимая, что перед тобой ловушка, под воздействием эмоций ты всё равно можешь в неё шагнуть…"
Эти слова запомнились Хансу. И теперь, получив приглашение в игорный дом Айко, он вдруг ощутил сомнение. Да, он всегда считал себя человеком, способным контролировать эмоции. Но легко сказать…
Совсем другое - оказаться внутри этой игры.
'Уже поздно давать заднюю… чёрт.'
Оказавшись внутри игорного дома, Ханс словно шагнул в другой мир. Яркие неоновые огни струились по стенам и потолку, отбрасывая разноцветные блики на мраморные полы. В центре зала находился танцпол, на котором гости кружились в изысканных движениях, порой используя Аспекты, создавая странные сцены… воздушные спирали огня или тонкие нити света.
Однако всё это было странно смешано с элементами средневекового величия. На возвышении, которое напоминало королевский балкон для официальных речей… сидел не кто иной, как диджей, но вместо массивных динамиков перед ним стояло старинное пианино. Его пальцы плавно скользили по клавишам, наполняя зал не бешеным ритмом, а изысканными классическими мелодиями. Тонкие вибрации музыки сливались с неоновым сиянием, создавая завораживающее сочетание старого и нового.
У дальней стены тянулась барная стойка, хотя если присмотреться внимательнее, можно было заметить, что изначально это был длинный средневековый стол для пиршеств. Его переделали, но следы прошлого всё ещё угадывались в массивных дубовых ножках и резных узорах. Только одно осталось загадкой…
Откуда здесь неоновые цвета? Были ли они созданы при помощи Аспектов или же Ремесленники каким-то образом разработали искусственный способ их создания?
Среди этой эклектичной толпы особенно выделялся Валентин. Его ирокез, отражавший вспышки неонового света, делал его частью этого места, словно он родился здесь.
"Ты тут никогда не был, Ганс?" - Валентин с усмешкой развернулся к нему - "Ну… конечно, сюда попадают немногие."
Ханс молча окинул взглядом окружающее безумие, а затем усмехнулся.
"Это место… необычное."
"Да…" - Валентин кивнул - "Я тоже офигел, когда впервые сюда попал. Но ничего, привыкнешь!"
Он махнул рукой и ухмыльнулся:
"Знаешь, в прошлый раз тут был один чувак… он так проигрался, что даже продал своё Воспоминание меча. Потом сказал, что теперь сражается на кулаках. И знаешь, что самое смешное?"
Ханс чуть прищурился:
"Что?"
"Он был лучником."
Ханс замер на секунду, затем выдохнул и покачал головой. Это была одна из тех шуток, которые настолько тупы, что от них невозможно не усмехнуться. Смех сам собой сорвался с его губ, и он покачал головой.
"Ты серьёзно?.."
"Абсолютно." - Валентин с самым серьёзным лицом кивнул - "Хотя, возможно, он всё же успел отрастить себе новые пальцы…"
Ханс лишь покачал головой.
Шимон, хитроватый короткостриженый игрок, которого Ханс выиграл в покере, вызвался сопровождать его и Валентина в глубины игорного дома. По его словам, именно там крутились настоящие деньги, или, если точнее, настоящие Осколки.
Ханс, разумеется, не питал особого доверия к новому знакомому. Вполне вероятно, что Шимон был всего лишь прихвостнем, своеобразным зазывалой, подводящим азартных игроков к нужным столам, где их быстро обчищали более опытные шулеры. В худшем случае он мог быть связующим звеном в сети ростовщиков, которые охотно давали в долг на игру, а затем требовали невыполнимого возврата.
Проигравшийся человек оказывался в ловушке, лишенный выбора. Ханс уже слышал истории о тех, кто спускал последние Осколки и в итоге оказывался в рабстве. Сначала должников заставляли работать, а потом их просто превращали в расходный материал.
Мысль мелькнула и тут же испарилась. Впрочем, на мгновение Ханс все же задумался, а что, если бы у него были свои рабы? Несколько людей, выполняющих любую прихоть, исполняющих приказы без возражений… Нет, у него уже есть Лутон и Вито. От них столько хлопот…
Пока что его цель была проста: выиграть немного Осколков, заработать и уйти без потерь. Если, конечно, удастся.
Чтобы не попасть в ловушку, он тут же установил для себя чёткий лимит. От того самого знакомого из окраин, он услышал ценный совет: всегда определять предел возможных потерь и никогда не играть на эмоциях. У Ханса установленный лимит - пять Осколков. Проиграл? Значит, судьба. Главное не пытаться отыграться.
Правда, на данный момент Осколков у него не было. Но был Валентин.
Шимон, ни капли не догадываясь о мыслях Ханса, улыбнулся и кивнул в сторону дальнего зала:
"Пошли, покажу пару интересных комнат, где можно сорвать куш."
Ханс кивнул. Валентин, естественно, увязался следом.
По пути их внимание привлекла барная стойка. В отличие от остальной аляповатой, но удивительно гармоничной смеси средневекового стиля и неоновых огней, бар казался почти традиционным. Разве что винные бочки заменили сверкающие бутылки, а вместо деревенских трактирщиков за стойкой стояли профессиональные бармены.
Шимон остановился, поздоровался с барменом, перекинулся с ним парой слов, после чего повернулся к Хансу и Валентину, ухмыляясь:
"Кстати, сегодня для вас бесплатные напитки! В честь новых участников."
Ханс едва заметно усмехнулся, но не внешне, а внутри.
'Классика… Бесплатный алкоголь - идеальный способ лишить человека самоконтроля. Достаточно пары бокалов, и игрок начинает делать глупые ставки, переоценивая свою удачу и теряя всякую осторожность. На такое я не поведусь…'
Пусть Спящим напиться сложно, но лучше вовсе не рисковать.
Другое дело Валентин. При этих словах его глаза загорелись, а рот расплылся в широкой улыбке:
"Серьёзно?"
"Да, серьёзно!" - рассмеялся Шимон.
Ханс скептически покосился на Валентина. Тот был здесь явно не впервые, так почему его тоже включили в список «новичков»? Странно. Впрочем, в этом заведении всё было странным. Кто знает, что здесь считается нормой?
Бармен налил тёмно-красное вино, и Валентин, не раздумывая, взял бокал, довольно прищурившись. Он сделал небольшой глоток и с явным удовольствием кивнул, словно одобряя вкус. Ханс лишь скользнул по нему взглядом, ничего не сказав.
Следуя за Шимоном, они углубились в длинный коридор, где классическая музыка потихоньку стихала. Вместо неё коридор наполнял шум людских голосов, смех, звон фишек, перекатывающихся по столам.
Двери большинства комнат были открыты, и Ханс мельком заглядывал внутрь. Везде азарт, волнение, напряжённые лица. В каждой комнате столы: покер, блэкджек, рулетка. Некоторые были украшены под старинный стиль, другие сияли неоновыми вставками, будто смешивая эпохи в одну безумную картину.
Наконец, они остановились у одной из комнат. Она была чуть просторнее остальных, а её обстановка напоминала реконструированное средневековье, но с игорным уклоном. Потрёпанные гобелены на стенах, деревянные балки под потолком, массивные канделябры, отбрасывающие мягкий свет на стены. Однако в центре комнаты возвышался покерный стол с характерным зелёным сукном.
Переступая порог, Ханс инстинктивно окинул взглядом помещение. Подсознательная привычка отмечать возможные угрозы. Он прекрасно понимал, что в игорном доме никто не играет честно.
Аспекты, слежка, запись и прочие махинации. Кто знает, какие способности используют здесь игроки, хозяева, даже сам персонал? Не исключено, что где-то в этой комнате спрятано Воспоминание, способное заблокировать Аспекты. Вряд ли это было бы что-то заурядное - если такая вещь и существует, то явно Божественного ранга. Хотя, маловероятно… но исключать нельзя.
Он знал одно: выделяться не стоит. Новички, которым сразу везёт, вызывают подозрения, но проигравший игрок выглядит естественно. А значит, стратегия проста - выиграть первую игру, а затем чередовать успехи с поражениями. Главное постепенно дойти до поставленной цели в пять Осколков и уйти.
Ханс опустился на стул, скользнув рукой по мягкой поверхности стола. Вокруг сидели другие Спящие. Знакомые лица, которых он запомнил, когда следил за замком с помощью летающей души. Среди них не было тех, кто считался бы влиятельным или опасным. Что ж, это даже к лучшему. Их можно обыграть.
Он слегка усмехнулся, предвкушая лёгкую добычу, но тут же осёкся. А что, если они думают так же, как он? Если кто-то из них скрывает свои способности так же мастерски? Надо быть осторожным.
"А ты чего уселся?" - Валентин вопросительно склонил голову, явно рассчитывая, что Ханс сначала понаблюдает.
"Всё пучком, не боись." - лениво отозвался тот, не сводя глаз с противников.
Ханс лениво протянул руку к Валентину:
"Давай три Осколка."
Валентин скривился, сжимая кулак, будто надеялся, что деньги магически исчезнут из его ладони.
"Только попробуй проиграть…" - пробурчал он, нехотя выкладывая их на стол.
Ханс лишь усмехнулся, ловко забирая Осколки, и хлопнул его по плечу:
"Благодарю за щедрость."
'Интересно… а можно ли использовать летающую душу?'
Эта вещь была по-настоящему странной. Ханс никогда не слышал о ком-то, чей Аспект даровал бы нечто подобное - словно вторую пару глаз, парящих в воздухе и движущихся по его воле. Это была часть его силы, но не Способность.
Его Способность позволяла манипулировать разумом. А летающая душа… она казалась чем-то иным. Будто побочным даром, дополнительной наградой от Заклятия, что ли?
В любом случае, игра началась. Дилер, худощавый мужчина с цепким взглядом, раздал карты. Ханс мельком взглянул на свою руку - король и десятка червей. Неплохой старт, но недостаточно, чтобы идти в агрессию с самого начала.
Он глубоко вдохнул, принимая решение. Сегодня он рискнёт. Не только Осколками, но и чем-то более важным…
Летающая душа выскользнула из его тела. Это было опасно, ведь если кто-то заметит или, хуже того, если в комнате окажется Воспоминание против духовных тел, он будет в огромных неприятностях. Но всё же… он не мог постоянно опираться на свои навыки.
Летающая душа кружила по комнате, скользила над картами соперников, даря Хансу новые глаза. Легкий трепет пробежал по его коже… никто не заметил! Получилось!
Флоп. Дама червей, девятка пик, семёрка бубен. Ханс сделал вид, будто оценивает ситуацию, но уже знал всё, что нужно. У игрока слева две пары - семёрки и дамы. Справа у человека с испитым лицом - слабый туз и четвёрка. А у последнего, с перстнями на пальцах - пара девяток. Опасно, но не смертельно.
Время разыграть свой блеф. Ханс медленно поднял ставку, чуть прищурившись, словно анализировал вероятности. Тот, что с двумя парами, осторожно уравнял, остальные колебались, но в конце концов тоже вложились в банк.
Тёрн - восьмёрка червей. Ханс подавил улыбку. Ему не просто везёт, он играет с открытыми картами. Гатшот на стрит. Нужно только, чтобы пришла шестерка или валет.
Человек с перстнями повысил ставку. Остальные колебались. Игрок слева уравнял, но тот, что с тузом, сдался. Ханс сделал вид, что колеблется, но в итоге тоже поддержал.
Ривер - валет червей.
Внутри Ханс торжествовал, но лицо осталось бесстрастным. Натсовый стрит. Лучшая комбинация среди всех возможных. Главное не спугнуть добычу!
'Хе-хе…'
Человек с перстнями пошёл в олл-ин, надеясь, что его сет девяток выстоит. Игрок слева помедлил, но сбросил карты. Теперь всё зависело от Ханса.
"Колл." - произнёс он спокойно, перекладывая Осколки вперёд.
Когда он открыл свою комбинацию, по комнате пронесся глухой выдох. Человек с перстнями побледнел, его глаза вспыхнули злостью, но он быстро взял себя в руки. Дилер безмолвно сдвинул кучу Осколков к Хансу.
Ханс потянулся за выигрышем, внутренне торжествуя. Его летающая душа медленно вернулась обратно в тело, оставив лёгкую дрожь возбуждения в кончиках пальцев.
'Ничего сложного…'