Они продолжали идти вперёд, не позволяя себе ни секунды остановки. Туман оставался неизменным, как будто неподвижно висел в воздухе. Но самое важное - он пока не оказывал влияния на их память. Это была редкая удача, ведь перспектива постоянно забывать, что происходило всего несколько минут назад, могла бы убить их за пару часов.
Ханс начал чувствовать себя немного бодрее. Даже короткий секундный сон, пусть и наполненный кошмаром, как ни странно, придал ему сил. Однако воспоминания, которые всплыли в этом сне, были ужасающе реальны. Лотар… Его смерть была тем, что Ханс никогда не сможет стереть из памяти.
Лотар всегда был рядом, когда Хансу угрожали уличные бандиты. Хоть он и его друзья могли сами за себя постоять, одно только присутствие старшего брата давало ему чувство безопасности. Лотар знал, как правильно защитить Ханса, как ему помочь, и это наполняло Ханса уверенностью.
Вместе с этим всплыли воспоминания о матери, Мари. Ханс часто помогал ей с хозяйством, сколько мог. Но её смерть изменила всё, особенно для их отца, Пауля. Его пьянство стало почти ежедневным, и порой он так напивался, что даже не мог найти дорогу домой, бродя по окраинам. Ханс вспомнил, как даже в тот день, когда он заразился Первым Кошмаром, Пауля не оказалось дома.
'Интересно, где он сейчас?..' - эта мысль снова и снова прокручивалась в голове.
Внезапно тишину нарушил голос Агаты.
"Кто он? Лотар?"
Ханс резко обернулся, посмотрев на девушку. Агата тут же поняла, что её вопрос прозвучал слишком прямо, возможно, даже грубо.
"Ой, извини… Если ты не хочешь отвечать, то я не…"
"Это мой брат." - Ханс перебил её прежде, чем она успела договорить. Он устремил взгляд вдаль, в поисках хоть чего-то, кроме бескрайней серости - "Он умер, когда проходил Первый Кошмар."
Агата замолкла, но её глаза выразили неподдельное сочувствие. Исгерд, который шёл чуть впереди, замедлил шаг. Очевидно, он тоже слушал разговор.
Ханс натянуто улыбнулся.
"Он учил меня, как правильно выживать на окраинах… Было весело." - добавил он с горечью в голосе.
И правда, советы Лотара до сих пор оставались в его памяти. Они стали чем-то вроде внутреннего руководства, помогавшего Хансу принимать решения и оставаться в живых даже в самых сложных ситуациях.
Агата прикусила губу, смущённо отводя взгляд. Её лицо выражало смешанные эмоции: сочувствие, вина за свою прямоту и лёгкий интерес.
"Извини, я просто..." – начала она снова, но замолчала, не находя слов.
Ханс слегка усмехнулся. Его нервная улыбка сменилась на чуть более искреннюю, но всё ещё усталую. Он медленно вздохнул.
"Знаешь, это странное чувство, когда вспоминаешь кого-то, кто был для тебя всем, а теперь его нет. Сначала кажется, что мир рушится... А потом ты просто привыкаешь. Как будто часть тебя мертва, но ты всё ещё живёшь дальше. И это ненормально, но... работает."
Агата, подумав немного, решилась ответить:
"Это нормально, Ханс. Умирать - это неотъемлемая часть нашего пути. Мы теряем, чтобы продолжать двигаться вперёд. И я уверена, Лотар гордился бы тем, что ты здесь, сейчас, сражаешься." - подумав немного, она продолжила - "Иногда наши воспоминания - это всё, что у нас остаётся. И в этом нет ничего плохого. Они делают нас сильнее."
Ханс посмотрел на неё.
"Возможно... Но я всё равно чувствую, что этого мало. Что-то внутри меня говорит, что я мог сделать больше. Что я должен был."
Агата сделала шаг ближе и мягко коснулась его руки.
"Ты жив, Ханс. Это уже многое значит. Не предавай то, что он для тебя сделал, чувствуя вину. Если он тебя защищал, значит, он этого хотел. Не думай, что мог поступить иначе - это прошлое. Оно уже не изменится."
Он замер, чувствуя тепло её руки, и неожиданно для себя кивнул.
"Наверное, ты права…" - он убрал её тёплые руки - "Но я всё равно найду способ сделать его жертву не напрасной."
Исгерд, который шёл впереди, остановился и повернулся к ним. Его голос прозвучал серьёзно:
"Это и есть правильное настроение. Сохраняй его. Нам здесь только твоя злость и поможет выжить."
Ханс коротко улыбнулся, а затем снова уставился в туман впереди. Группа двинулась дальше. Агата на мгновение задержалась, задумчиво смотря на Ханса. Она понимала, что за его сарказмом скрывается глубина, о которой он сам, возможно, не догадывается.
'Как же весело бродить по этим пустошам…'
Саркастичная мысль промелькнула в голове Ханса, пока он, шаг за шагом, двигался через бескрайний туман. Вдруг, словно молнией ударило, его сознание обратилось к одной из самых загадочных частей его существа - Врождённой Способности.
Он вызвал руны и сосредоточился на одной из строк своего Аспекта.
Врождённая Способность: [Иллюзорная Школа].
Описание Способности: [Вы - учитель. Найдите достойных учеников известной Иллюзорной Школы и не запятнайте его репутацию. С каждым пополнением студентов - ваша сила растёт, но в то же время и ваш Недостаток становится значимее. Найдите баланс и вершите судьбу неестественного мира].
'Учитель… Значит, я - учитель. Пожалуй, уже пора искать студентов.'
Но как именно? Ханс не знал. Он едва освоил базовые навыки иллюзий, нарабатывая их скорее на инстинктах, чем благодаря какому-то осознанному обучению. Тем не менее, ему удавалось делать нужные вещи: создавать двойника какого-нибудь человека, отвлекающего врагов, или иллюзорные полицейские кандалы, которые замедляли противника. Такие трюки уже становились важной частью его арсенала.
Он перевёл взгляд обратно на руны, продолжая размышлять.
'Не запятнайте её репутацию… А если я возьму в ученики каких-нибудь тупиц? Репутация ухудшится, и что тогда? Умру из-за этого? Великолепно, просто великолепно.'
Ханс качнул головой, отгоняя абсурдные мысли, но его взгляд тут же упал на следующие слова описания:
[С каждым пополнением студентов - ваша сила растёт, но в то же время и ваш Недостаток становится значимее].
'В каком смысле возрастает сила? Физическая? Иллюзии станут мощнее? Или и то, и другое? Было бы неплохо. Но вот этот Недостаток… Чёрт, как же я ненавижу боль!'
Ханс поморщился, вспомнив, как в прошлый раз пара отравленных болтов заставили его кричать от боли так, будто его резали на куски. А если эта Школа усилит его боль? Он может вообще потерять сознание от любого ранения.
'Мне нужно привыкнуть к боли…' - хмыкнул он, усмехнувшись своей нелепой мысли - 'А чтобы привыкнуть к боли, нужно её испытывать. Кажется, я вынужден стать мазохистом. Просто превосходно!'
Его усмешка стала шире, когда он снова перечитал последнюю часть описания:
[Найдите баланс и вершите судьбу неестественного мира].
'Пафосно звучит, но… вершить судьбу? Почему бы и нет? У меня есть Атрибут, символизирующий божественное право! Может, мне действительно суждено стать богом? Или хотя бы кем-то, кто будет управлять этим странным миром.'
Вопросов оставалось больше, чем ответов. Как нанимать этих самых "студентов"? Подойти к людям и прямо сказать: "Эй, привет! Хочешь вступить в мою Иллюзорную Школу?" Или, может, рассылать приглашения? Заклятие Кошмара никогда не давала ему прямых подсказок, только очередные поводы для экспериментов.
'И снова эксперименты…'
Ханс задумался, но быстро отмёл мысль о том, чтобы проверить свои гипотезы на Агате и Исгерде.
'Мало ли, это каким-то образом лишит их способностей. Последствий-то я не знаю. Эти эксперименты слишком опасны для моих спутников.'
Он вздохнул и задумался о том, где искать этих самых "достойных студентов". Возможно, нужно было ждать подходящего момента или подходящего человека. А может, этот мир сам приведёт к нему тех, кто будет достоин стать частью Иллюзорной Школы.
Тем временем туман продолжал бесконечно обволакивать всё вокруг, но в голове Ханса медленно выстраивались новые планы, шаги и идеи для того, чтобы построить в море бодрствования Школу. Так он сможет стать не только сильнее, но и богаче! Почему бы ему не брать денег со студентов, которые обучаются его исключительной Способностью?