Санни, откусив кусок хлеба, спросил у Кастера:
"Так ты был здесь всё это время? Как ты смог поселиться в замке? Только не говори мне, что ты присоединился к этой… армии золотого змея."
Кастер вздохнул.
"Нет… не присоединился. Хотя я солгу, если скажу, что у меня не было такого искушения. Так или иначе, все дороги здесь ведут к Гунлаугу и его людям. Не думаю, что найдётся больше горстки влиятельных Спящих, которым удалось сохранить независимость. В настоящее время я один из них."
Санни пристально посмотрел на него и повторил свой вопрос:
"Так как же?"
Красивый юноша пожал плечами.
"Моя Аспектная Способность даёт мне определённое преимущество, когда нужно вырваться из лап Кошмарных Существ. Но она плохо помогает с их убийством. Я отправился в несколько охотничьих экспедиций с другими независимыми охотниками… но это было ошибкой. Мы едва спаслись. Тем не менее, это принесло мне несколько осколков души. Остальное я получил, продав пару Воспоминаний."
Верно… в отличие от обычных людей, гордое Наследие вошло в Царство Снов с целым арсеналом Воспоминаний, которые приготовил для него его клан. Кастер также начал с довольно значительным количеством уже поглощённой эссенции души, хотя её не было слишком много.
В отличие от Воспоминаний, которые любой мог вернуть в реальный мир, осколки души были физическими объектами, и поэтому их могли переносить только Мастера и Святые - потому что они путешествовали между мирами физически, а не только духовно, как это делали Спящие и Пробуждённые.
Это означало, что даже богатые кланы Наследия не могли позволить себе заранее скормить своим потомкам слишком много эссенции души. Мастера, в конце концов, были редкостью, не говоря уже о Святых.
В любом случае, у Кастера всё было лучше, чем у кого бы то ни было на Забытом Берегу. Его семейных Воспоминаний было достаточно, чтобы купить месяцы, а может быть, и годы спокойной жизни в замке. Он мог использовать это время, чтобы изучить всю подноготную Мрачного Города и стать независимым охотником или же пересмотреть свою позицию и в конце концов присоединиться к армии Гунлауга.
Даже в этом аду его происхождение давало ему огромное преимущество.
Но стоило Хансу снова задуматься о своих спутниках, как тревожные мысли накрыли его с новой силой. Если Исгерд и правда Наследие, как и Кастер… почему же тогда ему не выдали целую гору Воспоминаний? Почему не дали осколков души, чтобы он мог поглощать эссенцию? Разве не в этом смысл их привилегированного положения? Разве не должны богатые семьи делать всё, чтобы их дети были сильнее, защищённее, способнее?
'Почему же тогда Исгерд, мать его, пришёл в Царство Снов практически с пустыми руками?!'
Ханс краем глаза посмотрел на спутника, но тот, похоже, даже не задумывался об этом. Его лицо было непроницаемо, взгляд - холоден, как и всегда.
'Это странно… Чертовски странно!' - мысль пронзила голову Ханса, заставив его буквально почувствовать, как внутренний голос бьётся о стены сознания, пытаясь найти хоть какое-то объяснение.
Во-первых… почему Кастер не узнал Исгерда? Они же оба Наследия, принадлежат к высшей касте, которая так любит кичиться своей родословной! Ладно, допустим, Кастер мог не слышать о клане Гримшоу… Но тогда почему никто из студентов Академии, в том числе и Нефис, не признали в нём Наследника?! Как будто его клан вообще не существует, как будто он - просто пустое место, никому не нужное, забытое даже среди элиты.
Во-вторых… почему его чертовы богатые родители не дали ему нормальных Воспоминаний?! Ханс невольно стиснул зубы. Если бы у Исгерда были хотя бы какие-то полезные вещички, они бы пережили Полые Горы гораздо легче! Возможно, не пришлось бы столько рисковать, выживать на грани… Возможно, их путь был бы куда менее адским. Но нет… Исгерд шёл с ними так же, как любой другой - без особых преимуществ! И это не имело ни малейшего смысла!
Что они скрывают?
Чем больше Ханс думал, тем сильнее подозревал своих спутников. Внутренний голос уже шептал, что что-то здесь явно не так. Два месяца путешествия со своими спутниками… да, они стали ближе, но насколько? На милиметр?
Ханс понял, что Агата и Исгерд… носили маски, теперь он знал это. И теперь хотел заглянуть под них… Как бы эгоистично это не прозвучало.
Тем временем Исгерд, доев своё рагу, наконец отвлёкся от еды. Его взгляд медленно скользнул по столовой, оценивая присутствующих. Ханс видел, как он слегка нахмурился, а затем, встретившись с Кастером глазами, спросил:
"Почему вон те люди так странно смотрят на нас? Будто… боятся кого-то."
Кастер тоже оглянулся, быстро нашёл тех, о ком шла речь… и его губы тут же изогнулись в лёгкой, почти насмешливой ухмылке. Он снова посмотрел на Исгерда, в глазах мелькнула насмешка.
"Стражники? Ах, да. Вы только что прибыли в замок. Ну… в общем, есть разные типы людей, служащих Гунлаугу. Парни, о которых ты сейчас говоришь, являются членами Замковой Стражи. Они находятся в самом низу здешней иерархии. Они также самые слабые и не имеют практически никакого реального боевого опыта. Моей незначительной репутации достаточно, чтобы они дважды подумали, прежде чем связываться со мной. Вот и бояться, походу."
На секунду в глазах Кастера мелькнул опасный блеск, мимолётный, но достаточно выразительный, чтобы Ханс заметил. И это был тревожный сигнал.
Лёгкость, с которой Кастер шутил и общался, могла сбить с толку, заставить забыть, кем он на самом деле являлся. Но Ханс знал. Он слишком хорошо понимал, что значит быть Наследием.
Кроме, пожалуй, Исгерда.
С самого детства их учили не просто сражаться, а убивать. Ожесточённые тренировки, кровь, сломанные кости, жестокость, заложенная в саму суть их воспитания. Наследие не имело права быть слабым. И сколько бы Кастер ни строил из себя добродушного и простого парня, он явно не был так уж безобиден. Ханс не сомневался: его репутация в этом замке была далеко не такой ничтожной, как он пытался их уверить.
Скорее всего, она была выстроена на кровопролитии.
Но вдруг Ханс осёкся.
'Чёрт побери… Когда я успел стать таким параноиком?'
Мысль пронеслась в голове подобно удару плети. Он начал подозревать всех.
Агату, которая, якобы, была не из их Академии. Может, Ханс где-то ошибся?
Исгерда, который хоть и был Наследием, но вёл себя… странно. Нет, это просто Ханс вёл себя странно.
Теперь вот Кастера. С чего он взял, что его репутация была выстроена из крови?
В каждом слове, в каждом взгляде - Ханс видел скрытый смысл, подвох.
'Когда я стал таким? Когда начал думать, что весь мир против меня? Чёрт…'
Возможно, разъедающий туман всё ещё сковывал его разум, отравлял мысли. Он должен успокоиться. Должен.
Но в тот же миг, будто назло, что-то пронеслось в сознании. Обрывок, чужой, но странно знакомый.
"Готов ли ты пойти на всё, чтобы выжить?"
Голос… Его собственный голос. Но не его.
Перед глазами всплыл образ… он сам, но изломанный, грязный, покрытый ссадинами и кровью. Лицо искажено в болезненной гримасе, а губы шепчут эти слова, пока он… ест землю?
Ханс резко вдохнул, ощутив, как по спине пробежал холодок. Ему казалось, что воздух в лёгких внезапно стал тяжёлым, как свинец. Он… не хотел знать, было ли это предчувствием.
'Что со мной творится?.. Этот чёртов туман… Сука!'
Он не заметил, как снова опустил голову, вцепившись пальцами в край стола. Тело болело, ныло с самого утра, ноющая боль в мышцах, гудящая тяжесть в висках. Он уже привык к боли, но… что-то в этом было неправильным.
Странная записка, с которой начался день… Его подозрения… Чужой голос в голове…
'Всё… Всё это кажется странным… Аргх!'
Резкий всплеск боли пронзил голову, так внезапно и сильно, что он едва не застонал. Будто раскалённая игла пронзила череп, пробираясь вглубь. Но Ханс сжал зубы и перетерпел.
Он не позволял себе слабости.
Эта боль… она ничто, по сравнению с той, что он испытал в небытие.
Он ударил себя по щекам, заставляя разум прийти в порядок. Глубокий вдох. Выдох. Выгнул уголки губ в улыбку - слишком привычное движение, чтобы оно хоть как-то выдавало истинное состояние. А затем поднял голову, собираясь продолжить разговор, словно ничего не произошло.
Кастер, который даже не замечал резкие перемены в Хансе, продолжил:
"Также есть Охотники и… Следопыты, с которыми вы недавно общались. Конрад - один из них. Довольно опасная личность. Даже имя Наследия не спасёт вас от них. Они - элита. Этот замок… в каком-то смысле, он может быть таким же опасным, как и город снаружи."
'Что это значит?' - Ханс тут же напрягся, готовясь снова выстраивать догадки, но в последний момент остановил себя.
'Нет… Успокойся.'
Неожиданно заговорила Кэсси. Её голос был тихим, почти сломленным:
"Кастер… неужели отсюда действительно нет выхода?"
Гордое Наследие посмотрело на неё и долго молчало, на его лице появилось мрачное выражение. Его взгляд был тяжёлым и безрадостным.
Через некоторое время он вздохнул и ответил:
"Это не то, чего мы можем надеяться достичь, Кассия. Прямо сейчас мы можем только смириться. Возможно… возможно, в будущем что-то изменится. А пока просто позаботься о себе и постарайся выжить."
'Смириться?.. Агата легко с этим справится.' - усмехнулся про себя Ханс.
Кастер, встав из-за стола, посмотрел на них в последний раз и улыбнулся.
"Было так приятно вас увидеть, ребята. Правда. Теперь я оставлю вас с вашей едой, если вы не против. Если вам что-нибудь понадобится в будущем, не стесняйтесь, ищите меня. Мои покои находятся в Башне Рассвета."
С этими словами Кастер ушёл, позволив Хансу наконец-то заняться своим рагу, которое к этому моменту было уже едва тёплым.
'Нет! Мой завтрак…' - Ханс угрюмо уставился на спину Кастера, а затем на свои руки.
'Что-то не так…'
'Что же со мной твориться?..'