Они даже не заметили, как отбежали слишком далеко от места, где начался их путь. Теперь возвращение в более тёплые края Полых Гор было невозможно. Их план отступления оказался недоступен. Здесь же, в этой части гор, царил леденящий холод, гораздо более суровый, чем они могли себе представить. Ханс мгновенно вспомнил те дни, когда он бродил по холодным холмам вместе с Исгердом, голый, дрожащий от пронизывающего ветра.
Но только сейчас он осознал, что тогда было теплее. Если в тот раз температура была около минус сорока градусов, то теперь мороз был абсурдно жёстким. Всё указывало на то, что сейчас было минус семьдесят, а то и восемьдесят градусов по Цельсию.
Когда они дошли до одной из пещер в скале, то начали быстрыми, суетливыми движениями устраиваться на ночлег. Зажгли костёр, и в тот момент их не волновало ничего, кроме теплоты. Даже когда Исгерд заморозил вход в пещеру, преградив его огромным ледяным валуном, и пламя костра стало ярче, это почти не изменило общего состояния. Ужасающий мороз по-прежнему давил на них своей беспощадной хваткой.
Исгерд, сидя рядом у костра, вдруг задал вопрос, который витал в воздухе, но который никто до этого не решался произнести:
"Ты уверен, что нам нужно идти дальше на север?"
Ханс сам начал сомневаться в правильности их пути. Здравый смысл подсказывал, что чем дальше они продвинутся на север, тем холоднее будет становиться. Если мороз продолжит усиливаться, они просто замёрзнут насмерть, когда температура достигнет минус ста градусов. Но Царство Снов было известно своими странностями и нелогичностью. В этих краях законы природы часто уступали место чудовищным абсурдам.
"Я видел красную точку и крепость… Если честно, я и сам не понимаю. Но у нас нет другого выбора…" - ответил Ханс, стараясь придать своим словам твёрдость, которой он сам не ощущал.
После этого они замолчали, сосредоточив свои мысли на попытках согреться.
Их тела, уставшие после изнурительного бега, отказывались слушаться. Когда они поужинали, все трое решили лечь спать. Чтобы сохранить драгоценное тепло, они прижались друг к другу. Агата, несмотря на свою застенчивость и природную сдержанность, не возражала. В такой обстановке близость переставала быть чем-то личным - она становилась способом выживания. Никто из них не остался дежурить.
Крепко обнявшись, они погрузились в долгожданный сон… Но именно это решение оказалось их ошибкой.
За мгновение до того, как Ханс погрузился в глубокую дрему, с уже полусонным сознанием, ему показалось, что он почувствовал, как в их сон входит некая сущность.
Этот звук был похож на жужжание мухи...
Ханс резко проснулся, вскочив с места быстрым, нервным движением. Лицо его было покрыто каплями пота, что выглядело странно в этих условиях. Воздух был ледяным, и всё же он потел.
Оглядев пещеру, Ханс сразу перевёл взгляд на своих спутников, которые спали, свернувшись клубком. Его сердце бешено колотилось.
'Что это было…'
Чувство тревоги цепко держало его, не давая расслабиться. Он не мог избавиться от ощущения, что что-то здесь было неправильно. Это напомнило ему Первый Кошмар, где всё вокруг оказалось иллюзией. Чтобы развеять сомнения, он ущипнул себя за руку. Боль подтвердила, что это не сон. Но всё равно было что-то странное, что-то необъяснимое.
Ханс попытался успокоить себя и сел возле костра. Он подбросил немного мха, чтобы огонь разгорелся сильнее. Взяв острую ветку, он насадил на неё кусок вяленого мяса и начал его жарить. Он вдруг почувствовал, как голод подбирается к нему, пожирая остатки спокойствия.
Он решил не будить своих спутников. Они нуждались в отдыхе. В этом опасном месте каждая крупица энергии была жизненно важна.
'Мне кажется, этот мороз сводит меня с ума…' - подумал он, покачав головой.
Может, он и правда слишком резко отнёсся к тому звуку. Возможно, это была просто его паранойя.
Когда мясо поджарилось, он съел его мгновенно, даже не заметив вкуса. Сейчас его это совершенно не волновало. Чтобы согреться и отвлечься от гнетущих мыслей, он решил размяться.
Вызвав свой Двуручник Руин, Ханс отошёл подальше от костра, чтобы начать тренировку.
Он начал выполнять вертикальные взмахи своим оружием. Когда-то Мастер Дуэйн наставлял его ежедневно делать по пятьсот таких ударов. Эта тренировка развивала его не только физически, но и интуитивно. Чем больше он практиковался, тем лучше чувствовал этот удар, словно становился с ним одним целым.
'Раз.' - ясность.
'Два.' - мастерство.
'Три.' - иллюзия…
'Четыре… Нет. Нет-нет-нет, что-то здесь не чисто.'
Он пытался отвлечь себя тренировкой, но почему? От чего он бежал? Было ли дело в холоде? Нет, это всего лишь удобная отговорка. Настоящая причина крылась гораздо глубже.
Его размышления прервал звук со стороны спутников. Ханс обернулся и увидел, как Исгерд поднимается на ноги. Скандинав начал разминаться, и, заметив его взгляд, приветливо улыбнулся:
"Доброе утро."
Ханс наклонил голову, озадаченный.
'Чего…'
Он никак не мог привыкнуть к тому, что Исгерд порой так непринуждённо общается. Но сейчас это выглядело совсем странно.
'Может, стоит перестать удивляться… всё таки людям свойственно меняться.'
Ханс слегка улыбнулся в ответ и повторил ту же фразу. После этого он вернулся к своим ударам. В это время Исгерд разбудил сонную Агату, и они вместе начали завтракать. Они активно о чём-то разговаривали, их разговор сопровождали смех и улыбки. На мгновение Хансу даже показалось, что Исгерд начинает заигрывать с Агатой.
В конце концов, он решил прервать тренировку и присоединиться к ним.
'Чёрт с ним, с этим мечом…'
Присев рядом с ними, он спросил:
"О чём болтаете?"
Но пара не обратила на него внимания. Они продолжали смеяться и веселиться, словно его рядом не было.
"Эй, я с вами разговариваю." - Ханс ухмыльнулся, пытаясь сгладить их игнорирование. Но его всё так же не замечали.
"Ну хватит, это уже не смешно... Почему вы меня не слышите?" - Он почувствовал обиду, когда понял, что его действительно игнорируют.
'Ладно… хрен с вами.'
Только собравшись уйти, он услышал слова Исгерда:
"Слушай… У тебя парня, случайно, нет?"
Агата смущённо опустила взгляд:
"Ну… на самом деле нет. Но… знаешь, ты мне нравишься."
Лицо Ханса мгновенно изменилось. Удивление и… растерянность? Он не был уверен. Но этот диалог, этот абсурдный момент - всё это вызывало у него чувство испанского стыда.
'Что за дешёвый романтический сериал? Стоп… Когда они успели стать такими близкими?'
Не то чтобы Ханс испытывал чувства к Агате. Он не ревновал, но всё происходящее выглядело нелепо. Как они дошли до этого? Как такое могло произойти?
'Это ненормально… Всё это какая-то фальшь!'
И тут Исгерд потянулся к Агате, и они начали целоваться. Агата не отвергла его, наоборот, приняла поцелуй. Их тела слегка отклонились, и они легли на пол пещеры.
"Да что вы творите?! Остановитесь!" - голос Ханса сорвался на крик. Он сам не заметил, как начал говорить громче.
Пара оторвалась друг от друга и одновременно посмотрела на него удивлёнными взглядами.
"А что не так?" - спокойно спросила Агата.
Ханс нахмурился:
"Как это "что не так"? Вы что, совсем с ума сошли?!.."
Внезапно их странная беседа была прервана. Громкое, низкое жужжание заполнило пещеру, будто сама земля начала вибрировать. Тени стали двигаться быстрее, танцуя в хаотичном ритме. Исгерд и Агата резко поднялись на ноги, инстинктивно осматриваясь.
"Что это?" - прошептала Агата, её голос дрожал.
Жужжание становилось громче, гул перерастал в рёв. Пещеру окутала волна удушливого яда, от которого дыхание стало затруднённым. И прежде чем кто-то из них успел что-либо сказать, большой ледяной вал, который закрывал вход, был разрушен и оттуда вышла тёмная фигура. Гигантская муха. Её красные глаза светились, как кровавые маяки, а каждое движение крыльев наполняло воздух странным зловещим эхом.
'Она нашла нас... Но как?..'
Каждый вызвал своё Воспоминание. В руках Агаты появился тёмный кнут, Исгерд вызвал свой двуручный топор, а Ханс, стиснув зубы, держал свой большой меч, чувствуя, как её сила пульсирует в его руках.
Но времени не оставалось. С дьявольской скоростью муха метнулась вперёд, направляя своё внимание на Агату. Её атака была безжалостной и неожиданной. Лезвие одной из лап прошло сквозь грудь девушки, словно горячий нож сквозь масло.
Агата изумлённо посмотрела на Ханса и Исгерда, её губы пытались что-то произнести, но лишь кровавые капли сорвались с её уст. Её тело обмякло, и она рухнула на землю, унося с собой сияние её Воспоминания.
"Агата… Нет…" - голос Исгерда сорвался, а глаза наполнились слезами. Он не верил в происходящее.
Ханс смотрел на её тело с недоумением.
'Так просто?.. Она… умерла?..'
Сжав зубы, он заговорил:
"Соберись… соберись!" - Ханс схватил его за плечо, встряхивая - "Ты не можешь потерять себя сейчас!"
Его двуручный топор сверкнул, готовый нанести удар по мухе. Но муха не дала ему времени на манёвр. Она вновь бросилась вперёд, и Исгерд попытался уклониться, но её скорость оказалась пугающе точной. Лапа существа прочертила по воздуху дугу, разрубив его тело пополам.
Мгновение, казалось, замерло. Окровавленные половинки Исгерда рухнули на пол с глухим стуком. Его двуручный топор растворился в воздухе, оставляя за собой лишь тонкий иней.
Ханс застыл, смотря на упавшие половинки друга. Его разум отказывался принимать действительность. Тело не слушалось, мысли путались, а в груди что-то сдавило так сильно, что он не мог дышать.
"Какого чёрта… Они мертвы?.." - его голос был лишь шёпотом, обращённым к пустоте.
Но тишину вновь разорвал гул крыльев. Муха устремилась к нему. Ханс, охваченный безумием, закричал во весь голос. Его крик был полон отчаяния. Он бросился вперёд, подняв Двуручник Руин, стремясь нанести сокрушительный удар.
Муха, однако, была быстрее. Она увернулась с невероятной лёгкостью и в одно движение разрубила его голову. Всё произошло так быстро, что Ханс даже не понял, что произошло.
Его сознание ещё на мгновение осталось в падающей голове. Он видел своё тело, безжизненно стоящее посреди пещеры, кровь хлестала из шеи, окрашивая каменный пол.
А потом он умер.