После ужасающего осознания бессмысленности их долгого и мучительного путешествия в Мрачный Город желание шестерых путников добраться до обещанного замка сильно ослабло. Но, несмотря на это, они всё же стремились закончить свой путь как можно скорее. Ханс давно перестал надеяться на то, что в крепости может быть Шлюз. И всё же… ему нужно было увидеть всё своими глазами. А вдруг Эффи ошибается? Она ведь выглядела как человек с изломом. Кто знает, что там у неё в голове?
Так или иначе.
Эффи не спешила покидать гранитную башню.
"Чтобы преодолеть такое расстояние, нам не хватит оставшегося дня. Передвижение по руинам - медленное испытание. Устраивайтесь поудобнее и отдыхайте. Мы отправимся завтра на рассвете."
После этого она занялась разделкой туш монстров с помощью длинного ножа, появившегося в её руке. Она даже призвала Воспоминание, похожее на кожаный фартук, чтобы не запачкать кровью свою тунику. Насвистывая себе под нос весёлую мелодию, энергичная девушка была похожа на воодушевлённого повара-гурмана.
Тем временем Ханс, Исгерд, Агата, Санни, Нефис и Кэсси сидели поодаль, не обмениваясь ни словом. Каждый из них мрачно погрузился в свои мысли, пытаясь осмыслить ту суровую реальность, которая так жестоко рухнула на них.
Ханс находился на грани коллапса.
Все страдания и ужасы, которые они пережили в Царстве Снов, было бесполезными… Он чувствовал себя так, словно кто-то вытащил батарейки из его тела, оставив его без сил и желания что-либо делать. Мир стал тусклым и утомительным.
'Вот тебе и надежда.'
У него не оставалось даже сил на гнев. Всё внутри него будто застыло, как вода, замёрзшая в лужах среди трущоб Северного Квадранта. Казалось, он пробежал изнурительный марафон, пересёк финишную черту и обнаружил, что впереди его ждёт ещё один, ещё более бесконечный забег.
И это уже не изменится.
Он никогда больше не увидит своего отца. Так и не узнает, что с ним произошло. И его отец не узнает, что его сын всё ещё жив… Он никогда не встретится с Мастером Джет, Мастером Дуэйном или учителем Джулиусом, чтобы поблагодарить их за мудрые советы, которые помогли ему выжить, и, возможно, отплатить за всё, что они для него сделали. Он никогда не станет Пробуждённым, никогда не откроет больше тайн своего странного Аспекта.
А главное, его мечты о жизни в одном из самых популярных кланов - уютной, богатой, сытой жизни… так и останутся всего лишь мечтами.
И это, пожалуй, ранило сильнее всего.
'Впрочем… неудивительно.'
Погружённый в своё разочарование, он попытался найти хоть какое-то подобие утешения в этом мраке.
'Ну… если так подумать… я всё ещё жив. А значит… возможно, я изменю Забытый Берег.'
Ханс неподвижно сидел у костра, уставившись на огонь, который, казалось, высмеивал его своей непринуждённостью.
Вдруг его мысли приняли новый, странный оборот.
'Хотя, честно говоря, это ещё что за чёрт? После всего, через что я прошёл? Я, чёрт вас побрал, превратил монстров в фарш, несколько раз обошёл смерть, сломал себя в разъедающем тумане и всё равно стою на ногах… А теперь я, оказывается, просто маленькая жалкая тряпка, которая жалуется, что жизнь не сложилась? Да у кого она вообще когда либо складывалась? Вот уж действительно, великий воин, достойный сочувствия…'
Ханс почувствовал, как уголки его губ дрогнули. Он коротко хохотнул.
'Вообще-то… это забавно. Слишком много ожидал от этого мира. Надо было с самого начала предполагать худшее. Тогда сейчас я бы просто хлопнул в ладоши и сказал: "О, а ведь я этого ждал!" А теперь… что, сидеть и жаловаться? Нет, это слишком банально.'
Он хмыкнул себе под нос, и в этом жесте было больше самоиронии, чем отчаяния.
'Хорошо, Ханс. Давай. Считай свои убогие плюсы. Ты не умер. Отлично. Ты по-прежнему можешь пить воду и дышать воздухом. Замечательно. Ну и давай честно… всё остальное - это лишнее. А, кстати, забавно. Я, значит, в этом дерьме варюсь, а кто-то сейчас в реальном мире ходит на свидания или… э-э, выбирает обои. Какие у них проблемы, интересно? Белые стены или бежевые?'
'Справедливости ради, выжить тут - это уже достижение! Можно даже медаль придумать: "Поздравляем, ты не умер!" И вручать её всем, кто продержался больше недели в этом чёртовом Царстве Снов.'
Его взгляд переместился на Эффи, которая методично вскрывала тушу очередного монстра.
'А вот она, похоже, ловит кайф от всего этого. Интересно, стоит ли у неё спросить пару уроков? Что-то вроде: "Эй, Эффи, как перестать быть тряпкой и начать разделывать монстров, напевая весёлые мотивчики?”... Хотя, знаешь что? Возможно, она и правда хороший учитель. Если присмотреться, то таких, как она, здесь ждёт долгий век. Беру свои слова назад. Люди с изломами... они словно созданы для Царства Снов. Видимо, чтобы жить здесь, недостаточно быть сильным. Нужно быть поломанным.'
Скрипнув зубами, он перевёл взгляд к беззвёздному небу.
'Если кто-то там, наверху, всерьёз считает, что всё это шоу имеет какой-то глубокий смысл… что оно должно меня "перековать", научить какой-то их моральной чуши… Ха! Поздравляю, вы почти достигли цели. Почти. Но я не дам вам этого удовольствия. Надежда? Нет… спасибо, не надо. Просто возьмите и выбросьте её в мусорку. Прощай. Без тебя легче дышится.'
Он перевёл взгляд на Санни, задумчиво греющего руки у костра, и нахмурился.
'И всё это… какая-то странная паутина. Будто всё заранее продумано, словно меня кто-то просто таскает за ниточки… высший замысел, не иначе! Ещё у меня есть Божественный Аспект… Меня выбрал какой-то Бог? Нет, подожди… не Бог, а Даймон выбрал. А ещё этот старый ублюдок дал мне… какую-то часть демонической родословной Оргул… Это значит… Я избранный? Один из немногих, кому доверили силу высшего эшелона?'
На его лице тут же отразилась гримаса отвращения, словно он только что наступил на смачный кусок дерьма.
'Чтобы вы там все подохли... Как можно так глумиться над людьми? Я разве просил? Я не просил ничего из этого!'
Его мысли продолжали обрушиваться, как лавина, едкие.
'Боги, Даймоны, Судьба... всё это - одно большое дерьмо. Красивый фасад, которым прикрывают жестокую истину: что мы для них не больше, чем пешки. Они играют в свои бессмертные игры, создают нас, ломают нас, наполняют нас надеждой, а потом швыряют в пропасть. Что, они получают от этого удовольствие? У них там конкурс на лучший способ сломать человека? Как будто я очередной эксперимент…'
Он задал себе вопрос и невольно взглянул на Агату, которая шепчется своему “Создателю”:
'А что, если всё это действительно ради чего-то? Ради великой цели?'
И тут же ответил сам себе, с ядовитой циничной ухмылкой:
'Да ну, брось. Великая цель? Ха. Цели нет. То, чем сейчас занимается Агата - полная чушь. Всё это просто хаос, одетый в обманчивую оболочку. Никакой судьбы. Никакого смысла. Мы просто расходный материал. Они называют нас "сном", но мы - их живая пытка… Мы созданы, чтобы мучиться. Чтобы бегать по этой грёбаной Земле и Царству Снов, и радоваться, что сегодня не умерли. И что потом? Что я получу, если дойду до конца? А, да, точно. Ничего…'
Он замолчал на мгновение, прикусив губу. Но затем его непрекращающийся мозговой штурм снова наполнил его разум.
'Знаете, что самое забавное? Они даже не пытаются это скрыть. Они поставили нас в ситуацию, где мы должны страдать. Они не дали нам выбора. Но потом сидят и, наверное, смеются: "О, смотри, Ханс ломается, интересно, что будет дальше?" И кто из нас в итоге монстр?'
Его взгляд снова поднялся к небу, и он, словно бросая вызов невидимому противнику, процедил:
'Но знаете что? Я всё равно вас переживу… вы думаете, что я сломаюсь? Что я брошу это всё? Нет… я пойду дальше. И не ради надежды. Не ради судьбы. И уж точно не ради вас. Я пойду дальше, потому что могу. Потому что я упрямое дерьмо, которое не знает, когда остановиться. А потом посмотрим, кто из нас будет смеяться последним…'
Внезапно его кожа покрылась мурашками. Знакомое чувство ужаса и тревоги стремительно охватило его разум, но на этот раз оно было куда глубже и настойчивее, словно кто-то медленно сжимал невидимую петлю вокруг его сознания.
'Ха… Ну конечно. Похоже, Боги меня услышали… Давайте, убейте меня!'
Однако Ханс не умер и не воспламенился, как он язвительно предполагал в своих мыслях. Вместо этого…
Тень Багрового Шпиля начала накрывать Мрачный Город.
…Спустя некоторое время, отдалённый гул разбивающихся о скалы волн напомнил о наступлении ночи. Ханс даже не попытался подняться. Безразлично вздохнув, он послал свою летающую душу наружу, чтобы осмотреть окрестности.
Когда последние лучи заходящего солнца окрасили мир в оттенки красного, проклятое море вырвалось из огромного кратера. Ханс смотрел, как далекая статуя величественного человека, олицетворявшая былое мужество и силу, медленно погружалась во тьму. Вскоре из воды торчало лишь туловище и поднятая рука, как напоминание о том, что никто не избежит забвения.
Волнистая чёрная поверхность проклятого моря остановилась всего в нескольких метрах от края гранитной стены. Казалось, он мог почти коснуться её рукой. По другую сторону каменного барьера, в десятках метров ниже уровня воды, лежал погруженный в тени разрушенный город.
Зажатая между бескрайними просторами тёмного моря и огромной пустотой руин, могучая стена казалась тонкой, как лист бумаги. И всё же она безмолвно выдерживала сокрушительный напор чёрных волн, служа плотиной, защищавшей город внизу от разрушения ужасным наводнением... на протяжении уже более тысячи лет.
Когда Ханс вернул свою летающую душу обратно, его разум был тяжёлым, будто погряз в этих бескрайних, чёрных волнах. Он с трудом заставил себя лечь, закрыть глаза и попытаться выжать из этого безумия хоть немного покоя.
Но он даже не догадывался, что его Истинная Сущность уже начала завладевать им…