— Кто вам позволил так поступать?
Обычно мягкий и вежливый Бюссо сейчас раскраснелся от гнева и громко требовал ответа.
Будучи управляющим принца Лекси, Бюссо был в Императорском городе Дракона человеком с весом. Даже столичные аристократы, встречая его, приветливо улыбались. А теперь какой-то офицер городской стражи, даже не рыцарь, смотрел на него с холодным безразличием.
— Господин Бюссо, мне очень жаль, что я доставляю вам неудобства, — равнодушно произнёс молодой офицер, но на его лице не было и тени сожаления. — Однако таков приказ Его Величества.
С этими словами он развернул свиток и положил его перед управляющим Бюссо.
Бюссо, побелев от злости, взглянул на императорский указ и убедился, что этот наглый офицер сказал правду: принц Лекси лишён титула за убийство консула Летома, и все его прямые родственники изгоняются из Императорского города Дракона.
Даже эта резиденция принца по приказу императора подлежит конфискации, а все слуги в поместье — принудительному роспуску.
Управляющего Бюссо охватило головокружение, ноги подкосились, и он чуть не рухнул на землю.
К счастью, кто-то поддержал его сзади.
Дрожа, Бюссо обернулся и, увидев Салью, невольно прохрипел:
— Госпожа Салья... тут, должно быть, какое-то недоразумение! Как мог господин убить консула Летома?
Глаза Сальи покраснели, она покачала головой:
— Я только что из собора Святого Света. Отец... он не смог снять с себя подозрения... Но я твёрдо знаю, что консул Летом не был убит отцом!
Увы, такие слова не могли тронуть бесстрастного молодого офицера. Он холодно произнёс:
— Таков приказ Его Величества: сегодня поместье должно быть освобождено!
Граф Эвен, видя отчаяние своей невесты, сжал сердце и не выдержал:
— Господин офицер, лучше бы вам оставить хоть каплю снисхождения. В деле о смерти консула Летома остаётся много неясного, и в будущем его могут пересмотреть. Если вы сейчас будете столь безжалостны, то потом... хм-хм!
Но молодой офицер и ухом не повёл. Он вскинул указ и сказал:
— Я всего лишь исполняю приказ!
Граф Эвен вздохнул и больше не стал с ним препираться.
Он понимал, что перед ним просто пешка, которую нарочно поставили на такую грязную работу.
Салья тоже перестала обращать внимание на бесчувственного офицера. Она помогла управляющему Бюссо войти в дом и спросила:
— А где отец? Он не вернулся?
Управляющий Бюссо покачал головой:
— Я всё не видел господина.
Но когда они вошли в гостиную, они увидели знакомую одинокую и гордую фигуру.
— Отец!
— Господин!
— Ваше Высочество!
Принц Лекси медленно повернулся и бесстрастно посмотрел на троих.
На его лице по-прежнему не было никаких эмоций — казалось, происходящее не вызывало у него ни гнева, ни тревоги.
— Бюссо, займись организацией: распусти слуг.
— Господин... — голос управляющего Бюссо дрогнул. — Неужели вы действительно просто сдадитесь?
Салья тоже поспешно спросила:
— Отец, я знаю, что вы не убивали! Неужели вы не можете найти настоящего виновного, который вас подставил?
Но принц Лекси не обратил внимания на дочь и приказал управляющему Бюссо:
— Не подвергай мои решения сомнению. Выполняй немедленно!
— Слушаюсь, господин, — управляющему Бюссо ничего не оставалось, как с потерянным видом выйти из гостиной.
Затем принц Лекси повернулся к графу Эвену и мрачно спросил:
— Эвен, я больше не принц Империи. Если ты хочешь расторгнуть помолвку — ещё не поздно.
Граф Эвен на мгновение замер, и в голове его пронеслась тысяча мыслей.
Он понимал, что сейчас стоит перед самым важным выбором в своей жизни.
Спасаться вовремя или поддержать в беде — от этого зависело всё его дальнейшее будущее.
Граф Эвен прекрасно знал: хотя его отец и решил сделать его маркизом Восточных земель, чтобы в будущем он унаследовал титул герцога, замена наследника — это не то, что может решить один только герцог Восточных земель.
Его старший брат был маркизом Восточных земель целых тридцать лет и успел собрать вокруг себя немалую группу сторонников. Эти люди вовсе не хотели терять свои многолетние вложения и обязательно будут всеми силами мешать возвышению графа Эвена.
Поэтому графу Эвену требовалась мощная внешняя поддержка.
Помолвка с дочерью принца Лекси, Сальей, была лишь прелюдией к тому, что герцог Восточных земель решил поддержать второго сына. Граф Эвен надеялся, что этот брак станет его главным преимуществом. Но неожиданно ситуация резко переменилась — и теперь этот брак превратился в обузу.
Возможно, самым разумным сейчас было бы вовремя отмежеваться от принца Лекси. Но, глядя на невозмутимого принца Лекси перед собой, граф Эвен стиснул зубы и твёрдо произнёс:
— Ваше Высочество, я не из тех, кто ищет выгоду! Я обручился с Сальей не ради вашего могущества, а по искреннему чувству! Я по-прежнему верю, что вы невиновны и обязательно сможете снять с себя все подозрения!
Принц Лекси внимательно посмотрел на этого молодого графа Восточных земель, словно видел его впервые.
Затем он повернулся к дочери. Лицо его наконец слегка изменилось, и в голосе появилась нотка вины:
— Прости, Салья, сейчас я не могу тебя защитить. Так что поезжай с Эвеном на Восток. Когда я разберусь в происходящем, я тебя найду.
— Нет! Отец, куда вы собираетесь? Я хочу пойти с вами!
Принц Лекси покачал головой:
— Я должен найти истину. Это будет опасно, я не могу взять тебя с собой.
Граф Эвен, заметив что-то в его словах, оживился и поспешно спросил:
— Ваше Высочество, у вас есть какая-то зацепка?
Принц Лекси кивнул:
— Я только что был в поместье консула Летома, осмотрел место убийства и кое-что обнаружил.
Салья воодушевилась:
— Отец, что вы нашли? Это поможет вам оправдаться?
В ожидании их взглядов принц Лекси медленно покачал головой, и взгляд его стал глубоким и задумчивым:
— Я почувствовал смутно знакомую энергетику... но пока не вспомнил, где именно...
На полуслове он внезапно замолчал, и впервые на его лице отразилась не прежняя апатия, а сильное волнение.
— Отец? Что вы... — начала было Салья, но граф Эвен жестом остановил её.
Граф Эвен понял, что принц Лекси наконец вспомнил что-то важное, и затаил дыхание, боясь помешать его мыслям.
И действительно, принц Лекси кое о чём догадался. Эта знакомая энергетика была не чем иным, как магическими колебаниями!
Именно такими же магическими колебаниями, какие он ощущал, когда убивал господина Видящего!
Хотя когда принц Лекси прибыл на место убийства, эти колебания были уже очень слабыми — кто-то, скорее всего, специально их зачистил, — но он всё равно заметил их своим острым чутьём.
Просто тогда он не понял, что это было.
Озарение пришло мгновенно, и принц Лекси вспомнил, как больше месяца назад, в лагере дварфов под Винтерфелом, он обрушил три удара на господина Видящего, а за его спиной вдруг распахнулось измерение и показался странный зелёный глаз.
— Ха-ха-ха!
Принц Лекси внезапно громко расхохотался.
Теперь он почти не сомневался: его три удара тогда, возможно, не убили господина Видящего!
Тот каким-то образом сумел избежать его атаки с помощью магии, более того, он каким-то образом сохранил часть силы этих ударов и перенаправил её на консула Летома.
Вот откуда эта подстава!
— Забавно! Как забавно! — принц Лекси, казалось, впал в возбуждённое состояние. — Господин Видящий! Ты — гений!
Но я должен убить тебя собственными руками!
Ослепительный священный свет вырвался из тела принца Лекси, мгновенно заполнив всё вокруг.
— Отец! — Салья не вынесла такого сияния и закрыла глаза.
Когда она снова открыла их, отца уже не было.
Салья в растерянности замерла на месте, осознавая, что отец ушёл.
Граф Эвен вздохнул, взял её за руку и стал утешать:
— Салья, принц, должно быть, отправился искать настоящего виновника. Поехали со мной на Восток.
— Нет! — Салья резко вырвала руку и бросилась к выходу. — Я найду отца!
Граф Эвен поспешил за ней, крича:
— Но ты знаешь, куда он отправился?
— На Север! — ответила Салья, не оборачиваясь. — Я слышала имя господина Видящего. Тот злой маг умер на Севере. Значит, отец отправился на Север!
— На Север? — граф Эвен остановился, и на лице его появилось выражение борьбы.
Но, поколебавшись лишь мгновение, он ускорил шаг, догоняя её:
— Подожди, Салья! Я поеду с тобой на Север!