По тенистой просёлочной дороге четверо рыцарей вели маркиза Гарсию на запад.
Около полудня рыцарь Эрих остановил коня и сказал:
— Останавливаемся на отдых. Через четверть часа продолжим.
— Слушаюсь!
Рыцари спешились, достали вяленое мясо и фляги и принялись за еду.
Маркиз Гарсия тоже сел, прислонившись к иве у дороги, но аппетита у него, похоже, не было: он отказался от предложенной рыцарем Эрихом еды и лишь молча сидел, глядя перед собой.
Рыцарь Эрих настаивать не стал и поел сам.
Но не успел он закончить, как вдруг отложил еду и припал к земле, прижавшись ухом.
Остальные рыцари тоже насторожились.
Через мгновение рыцарь Эрих изменился в лице и сказал:
— В нашу сторону движется какой-то обоз!
Рыцари тотчас вскочили на коней и незаметно взяли маркиза Гарсию в кольцо.
Вскоре вдалеке и впрямь показался обоз.
Рыцарь Эрих, прищурившись, некоторое время всматривался, а когда разглядел знамя, облегчённо выдохнул:
— Это императорский выезд.
Все расслабились и стали смотреть, как обоз медленно приближается.
Рыцарь Эрих, узнав охрану, поспешил вперёд и поклонился.
Занавеска кареты откинулась, явив необычайно красивое лицо.
— Ваше величество императрица!
Императрица Мидела кивнула, отвечая на приветствие рыцаря Эриха, затем перевела взгляд на маркиза Гарсию и спросила:
— Вы направляетесь в крепость Шторма?
— Да, ваше величество. По приказу его величества везём маркиза Гарсию на аудиенцию.
Императрица Мидела слегка улыбнулась и, глядя на маркиза Гарсию, сказала:
— Тогда нам по пути. Брат, поднимись ко мне, мне нужно сказать тебе несколько слов.
Маркиз Гарсия сел в карету.
Рыцарь Эрих препятствовать не посмел, но подал сопровождавшим рыцарям знак, и они незаметно окружили карету.
В конце концов, эти двое — брат и сестра, и кто знает, не проникнется ли императрица жалостью к маркизу и не попытается его увезти.
Обоз продолжил путь.
— Зачем ты приехала? — безучастно глядя на сестру, спросил маркиз Гарсия, будто вовсе не ждал её появления.
Императрица Мидела фыркнула:
— Всё из-за тебя, мой дорогой братец. Ты довёл войну до такого состояния — как мне было не приехать на фронт?
— Ты не разбираешься в военном деле, тебе лучше оставаться в тылу…
Императрица Мидела насмешливо перебила:
— Да, в военном деле я не разбираюсь. Так не соблаговолит ли мой дорогой брат, северный военный гений, объяснить мне, что это за стратегия такая — бежать с поля боя и отдать Запад на погибель?
Маркиз Гарсия, похоже, слегка раздражался, но, глядя на настойчивую сестру, всё же коротко пояснил:
— Горы Небесного обрыва — не лучшее место для оборонительного сражения. Вести там затяжную войну на истощение — значит просто вымотать все живые силы империи.
Поэтому нужно было пустить орков внутрь, дать им захватить часть земель и выплеснуть накопленную жажду убийства.
Тогда боевой дух их войска ослабнет, а главное — мы сможем выбрать более подходящее место для решающей битвы…
Тут императрица Мидела вставила:
— Я слышала, что, отступив с фронта, ты сразу разбил лагерь в долине реки Луары и, сколько его величество ни требовал, отказывался вести войска в крепость Шторма. Выходит, по-твоему, лучшее место для решающей битвы — именно долина Луары?
— Да.
— Почему? — растерялась императрица. — В долине Луары не за что зацепиться в обороне, а крепость Шторма — одна из сильнейших боевых крепостей империи.
— Крепость Шторма и впрямь крепка, но это не тот город, который оркам обязательно нужно брать.
Императрица Мидела слегка опешила.
Маркиз Гарсия продолжил объяснять:
— Пойми: орки воюют совсем не так, как мы. Им не нужно снабжение — они кормятся и снабжаются за счёт грабежа. Крепость Шторма хоть и запирает путь с Запада в земли Багрового пламени, но для орков это не стратегический пункт, без которого не обойтись.
Они спокойно могут обойти её по горам.
Армия орков — это сплошная лёгкая пехота, без обозов, и все они отлично умеют ходить по горам. Не забывай, что они и через горы Небесного обрыва точно так же перевалили.
Императрица Мидела нахмурилась и спросила:
— А долина Луары? Почему это лучшее поле боя?
— Единственный город, который оркам обязательно нужно взять, — это Город Дракона. А чтобы дойти до него, оркам нужно переправиться через реку Луару, — маркиз Гарсия смочил палец в чае и нарисовал на стенке кареты простую схему. — Главная беда оркской армии в том, что у них нет кораблей, а значит, через глубокое и быстрое верхнее и среднее течение Луары они переправиться не смогут. Рубить лес и строить лодки — слишком долго, да и вряд ли среди орков найдётся достаточно умелых корабелов.
Поэтому лучшее для них место переправы — равнина в нижнем течении Луары.
Там река распадается на бесчисленные рукава, вода мелка, течение медленно, и реку можно перейти вброд.
Если дать бой здесь, разветвлённая сеть проток сама собой разрежет оркскую армию на части, и они не смогут быстро поддерживать друг друга.
Императрица Мидела слушала с недоумением и не выдержала:
— А дальше? Какое у нас, людей, преимущество в такой местности?
— Конница, — пояснил маркиз Гарсия. — У людей есть конница, а у орков её нет. Поэтому в речной долине мы сможем использовать мобильность конницы, быстро сосредотачивать силы, создавать локальный перевес и бить врага по частям, уничтожая целые отряды!
Императрица Мидела всё ещё хмурилась:
— Но даже если так удастся истребить один-два отряда орков, что это изменит? В целом люди всё равно останутся в невыгодном положении.
Маркиз Гарсия слегка улыбнулся:
— А если уничтожить личные войска императора орков?
Императрица Мидела вскинула бровь, кажется начиная понимать.
Маркиз Гарсия продолжил:
— Саруман из племени Боевой песни, поэтому в этой огромной оркской армии по-настоящему преданных ему личных войск — всего лишь корпус Боевой песни численностью около пятидесяти тысяч.
Если в долине Луары мы сосредоточим превосходящие силы и уничтожим корпус Боевой песни — или хотя бы сильно его потрепаем, — то, даже проиграв в целом, мы на самом деле разрушим саму основу Третьей империи орков.
Лишившись личной армии, Саруман сразу утратит значительную часть власти над остальными племенами орков.
А орки уже захватили весь Запад и вот-вот получат большую часть земель Багрового пламени — таких обширных земель с лихвой хватит, чтобы поделить между племенами.
Как думаешь, если не станет военной угрозы, захотят ли другие племена и дальше рисковать жизнями и биться с людьми насмерть?
Глаза императрицы Миделы наконец заблестели — было видно, что стратегия брата её убедила.
Маркиз Гарсия глубоко вздохнул и холодно произнёс:
— Когда Саруман начнёт терять власть над оркской армией, тогда и начнётся настоящее контрнаступление людей!