За окном ярко светило солнце. Лучи тонкими нитями проникали в комнату, ложились на дубовый пол бело-коричневых тонов, вырисовывая на нём едва заметные, то и дело исчезающие световые кольца.
Императрица Мидела тихо сидела у окна за туалетным столиком, купаясь в тёплом зимнем солнце, и перед медным зеркалом прикладывала ко лбу золотое украшение в форме лепестка.
На ней было серебристое вечернее платье с открытыми плечами и глубоким вырезом, подчёркивавшее соблазнительные изгибы её фигуры. На груди притягивало взгляд изысканное бриллиантовое колье, в изящных ушах покачивались сверкающие серьги в форме слезинок. Золотистые волосы были уложены в благородную причёску, усеянную мелкими бриллиантами.
Плавный изгиб пышных бёдер и слегка поджатые стройные ноги образовывали прекрасную, волнующую линию.
Яркий макияж, алые губы, тонко подведённые брови, живой взгляд — всё её тело источало обаяние зрелой женщины.
И без того красавица-императрица после тщательной заботы о своей внешности выглядела ещё более ослепительно.
Послышались шаги, но императрица Мидела не обернулась и лишь сказала, глядя на появившуюся в зеркале фигуру:
— Ваше Величество, вы забыли постучать.
Император Райнхарт усмехнулся:
— Разве я должен стучать, входя в комнату собственной жены?
— Да, — в голосе императрицы Миделы слышалась лёгкая отстранённость. — Мне тоже нужно личное пространство.
— И что же за тайны ты не хочешь мне показывать? — император Райнхарт наконец заметил, что сегодня императрица выглядит необычно, и с недоумением спросил: — К чему такой наряд? К кому ты собралась?
Императрица Мидела обернулась, и на её губах заиграла загадочная улыбка:
— А как ты думаешь, к кому?
Император Райнхарт промолчал, но лицо его тотчас помрачнело.
Императрица Мидела тихо рассмеялась, снова повернулась к зеркалу и, продолжая поправлять макияж, произнесла:
— Не выдумывай лишнего. Это консул Имосен и один юнец из рода Сент-Прос, что в Восточных землях.
Лицо императора Райнхарта немного прояснилось, но затем он с сомнением спросил:
— Юнец из рода Сент-Прос? Уж не Экерт ли? Когда это он прибыл в город Дракона?
Императрица Мидела покачала головой:
— Подумай хорошенько. Разве консул Имосен мог бы привести ко мне Экерта Сент-Прос?
Император Райнхарт и сам понял свою оплошность.
Рыцаря Ивана, младшего брата консула Имосена, совсем недавно повесили по приказу Колина Англера. А Экерт был учеником, которого Колин только что взял. Разве Имосен мог привести в Фениксовый дворец ученика своего врага?
— Тогда кто это?
— Рыцарь Камилла, сын рыцаря Матта по прозвищу «Копьё, что не сгибается».
— Кто? Какое ещё копьё? — император Райнхарт растерянно захлопал глазами, явно впервые слыша это имя.
Императрица Мидела пожала плечами:
— Я его тоже не знаю. Но он носит имя Сент-Прос, и на него положил глаз консул Имосен.
Только теперь император Райнхарт понял:
— Ты собираешься сделать этого рыцаря Камиллу наследником герцога Восточных земель?
Императрица Мидела закрыла шкатулку с украшениями и медленно поднялась. Её изящный, пленительный силуэт в лучах солнца приобрёл какой-то почти священный оттенок.
— Сначала нужно посмотреть, сможем ли мы держать этого рыцаря Камиллу под контролем.
Император Райнхарт жадным взглядом окинул жену и усмехнулся:
— Если Камилла нормальный мужчина, он от тебя не уйдёт!
Но тут же вновь удивился:
— Почему ты не выбрала Экерта? Ведь он первый наследник герцога Восточных земель.
Императрица Мидела задумчиво произнесла:
— Учитель Экерта — Колин Англер. Человек, который всего с двадцатью тысячами Кровавой конницы перевернул Восточные земли вверх дном.
Ты уверен, что хочешь, чтобы герцогом Восточных земель стал его ученик?
Император Райнхарт вскинул бровь и усмехнулся:
— Ты боишься?
Императрица Мидела ничего не ответила, лишь спокойно посмотрела на мужа.
Император Райнхарт решил, что она молча согласилась, и, покачав головой, рассмеялся:
— Ты же когда-то говорила, что сумеешь держать Колина Англера под контролем.
Императрица Мидела серьёзно ответила:
— Я могу управлять львом или тигром, но не драконом.
— Драконом? — громко расхохотался император Райнхарт. — Всего лишь сын барона! Просто во время смуты в Восточных землях ему посчастливилось оказаться последним, кто получил выгоду. Стоит ли так пугаться!
Императрица Мидела, судя по всему, не желала связываться с самодовольным мужем. Покачивая тонкой талией, она направилась к выходу:
— Назначенное время уже близко. Я пошла.
Император Райнхарт, глядя на изящную спину жены, крикнул:
— Моя императрица! Я решил лично возглавить поход против орков! Когда я во главе миллионной армии разгромлю этих диких грязных тварей и собственными руками срублю голову их императору, ты поймёшь: в Светлой империи нет человека, которого я не смог бы подчинить!
Императрица Мидела резко остановилась и ошеломлённо обернулась:
— Ты хочешь лично возглавить поход?
— Да, — император Райнхарт выпятил грудь, излучая властность.
Императрица Мидела нахмурилась:
— Ваше Величество, вы хоть раз бывали на поле боя?
Император Райнхарт уверенно заявил:
— Нет. Но я получил самое лучшее военное образование. Тебе не о чем беспокоиться.
— Одного военного образования недостаточно, чтобы вырастить выдающегося полководца...
— Ты сомневаешься во мне? — яростно рявкнул император Райнхарт.
— Ваше Величество, я лишь хочу сказать, что вы никогда не бывали в настоящем бою, поэтому лучше поручить командование опытному и способному военачальнику...
Императрица Мидела старалась смягчить слова, но император Райнхарт всё равно пришёл в бешенство.
— Довольно! Мидела! — тяжело дыша, прорычал он. — С первого дня нашего брака я знал, что ты меня презираешь!
Если бы не то, что я император, ты бы на меня и смотреть не стала!
Но я докажу тебе, что ничуть не хуже любого великого монарха в истории Светлой империи!
Императрица Мидела, похоже, тоже потеряла терпение и с насмешкой бросила:
— Ваше Величество, если вам нужно самоутвердиться, разве в городе Юйлун мало благородных дам? Зачем делать ставкой жизни имперских солдат?
— Замолчи!
Император Райнхарт взревел и в один миг оказался перед императрицей.
Его правая рука молнией метнулась вперёд и сомкнулась на тонкой белоснежной шее.
Императрица Мидела спокойно смотрела на искажённое яростью лицо мужа и тихо произнесла:
— Если бы ты и вправду осмелился задушить меня, я, возможно, и посмотрела бы на тебя другими глазами.
— Не вынуждай меня! — волосы и борода императора Райнхарта встали дыбом, и он стал похож на разъярённого льва.
Однако эта поза — грозная снаружи, но пустая внутри — ничуть не испугала императрицу Миделу.
Она лишь молча смотрела мужу в глаза, не скрывая ни презрения, ни вызова.
Лицо императора Райнхарта несколько раз менялось, но в конце концов он всё же разжал пальцы и, скрипнув зубами, произнёс:
— Подожди, я добуду великую победу и выкую собственную славу!
Императрица Мидела тихо усмехнулась и, ничего не ответив, повернулась и вышла.
Император Райнхарт смотрел на грациозную спину жены, и лицо его наливалось краской.
Затем он широкими шагами вышел из внутренних покоев.
Служанки за дверью поспешно склонились в приветствии.
Император Райнхарт указал на одну хорошенькую служанку и приказал:
— Ты. Заходи!