Глубокая ночь.
Огненный Город погрузился во тьму, свирепая гроза обрушилась на землю, окутав всё вокруг буйством ветра и ливня.
То и дело прорезавшие небо молнии оставляли на чёрном полотне ночи ослепительные огненные следы, а следом гремел оглушительный гром.
Замок Огненный словно оказался в самом центре бури — беспрерывные вспышки молний и раскаты грома, казалось, вот-вот испепелят это прекрасное и величественное строение.
Свечи в замке трепетали от врывающихся порывов ветра, готовые вот-вот погаснуть.
— Тесть, лорды окрестностей Города у Воды откликнулись на мой призыв и выставили войска, перекрыв Кровавой коннице пути к отступлению. А сейчас как раз разбушевалась гроза, дороги размыло и трудно проходимы — это наилучший момент, чтобы запереть Кровавую конницу в Городе у Воды!
Граф Брюгген стоял у балкона замка, и его лицо то вспыхивало в свете молний, то снова погружалось во мрак.
Немного поколебавшись, он наконец принял решение и отдал приказ:
— Хорошо! Огненной армии — строиться!
По этому приказу пятеро рыцарей дома Брюгген низко поклонились и вышли из комнаты, чтобы собрать войска.
Граф Эвен едва сдерживал волнение — кошмар, преследовавший его всё это время, наконец должен был разрешиться.
Позор Города Клевера наконец-то смоет эта буря.
Обернувшись, он увидел стройную фигуру, стоящую у двери.
Сердце его забилось чаще, он быстро подошёл, вглядываясь в прекрасное лицо невесты, и твёрдо произнёс:
— Грейс, я посвящу тебе эту победу!
Грейс мягко улыбнулась и опустила голову, словно не в силах выдержать жаркий взгляд жениха.
Её застенчивый вид заставил графа Эвена невольно протянуть руки, чтобы обнять её, но, когда он уже хотел сделать это, Грейс незаметно отступила на шаг и тихо сказала:
— Тогда я буду молиться Владыке, чтобы ты скорее вернулся с победой!
Руки графа Эвена неловко застыли в воздухе; осознав свою бестактность, он поспешно опустил их, поклонился и быстро вышел.
Граф Брюгген, наблюдавший за этой сценой, подошёл к дочери и тихо сказал:
— Когда мы вернёмся с победой, ты перестанешь так сторониться Эвена.
Грейс упрямо надула губки:
— Не думая о безопасности Белого Города и близких, он думает лишь о том, как смыть свой позор, к тому же он издаёт указы от имени герцога, созывая соседних лордов, и заставляет Огненную армию служить себе через брак…
Такой победе нечем гордиться, и в ней мало чести.
— Но победа есть победа, — серьёзно возразил граф Брюгген. — Выиграет он — и станет будущим хозяином Восточных земель.
Сказав это, граф Брюгген больше не обращал внимания на капризы дочери и широким шагом вышел.
…
Дождь стих.
Словно само небо знало, что битва близка, и атмосфера уже достаточно накалилась, чтобы подать главное блюдо.
Колин стоял на стене Города у Воды и молча смотрел на дальние поля.
Приближалась зима, окрестности выглядели уныло и пустынно; к концу ливня дождь уже начал перемежаться снежными хлопьями.
Теперь буря ушла, но температура упала, северный ветер пронизывал до костей.
С топотом приблизился вестовой.
Видя, что Колин не намерен брать донесение, принц Харрисон, стоявший рядом, принял его, пробежал глазами и тихо доложил:
— Учитель, Огненная армия выступила.
Колин очнулся от раздумий, и на его губах заиграла загадочная улыбка:
— Нас окружили.
Затем он повернулся к серьёзному принцу Харрисону и спросил:
— Как думаешь, в каком направлении нам прорываться?
Принц Харрисон с облегчением выдохнул.
Хотя Колин всё это время сохранял невозмутимость, принц Харрисон, видя, как восточные войска стягиваются к Городу у Воды, с трудом сохранял спокойствие.
Услышав вопрос учителя, он решил, что это проверка, и немедленно выложил свой ответ, который обдумывал несколько дней:
— Учитель, я считаю, что прорываться нужно на запад!
— Почему?
— Во-первых, на западе стоит союзная армия разных восточных лордов. Да, они выступили рано, пытаясь перекрыть нам пути отхода, но их состав разнороден, у них нет слаженного взаимодействия, и им трудно действовать как единое целое. Даже если их много, это направление — наиболее реальное для прорыва.
Во-вторых, войска с севера немногочисленны, но они конные; если они свяжут нас боем, мы не сможем оторваться.
На востоке врагов нет, но чем дальше на восток, тем глубже мы уйдём, пока не упрёмся в Сияющий Лес — там нам грозит гибель.
А на юге — сильнейшая армия Восточных земель — Огненная армия…
— Сильнейшая армия Восточных земель? — Колин не удержался от насмешливой улыбки.
Принц Харрисон смущённо потёр нос:
— Хотя восточные войска обычно слабы, у Огненной армии громкая репутация, в ней, должно быть, есть сила. У нас мало людей, и лучше не связываться с этим орешком…
— Нет, — медленно покачал головой Колин. — Я собираюсь раздробить этот орешек!
Принц Харрисон с изумлением уставился на учителя и только через некоторое время пролепетал:
— Учитель, это и есть ваше «неожиданное действие»?
— Именно, — серьёзно ответил Колин. — Восточные лорды не ожидают, что я пойду на юг. Они думают, что я побегу на запад, но я никогда и не думал бежать!
Сильнейшая армия Восточных земель?
Ха.
Я разобью гордость восточных воинов, перейду хребет Альзиус и дойду до стен Белого Города!
Принц Харрисон открыл рот и не знал, что сказать.
Если бы такие слова произнёс обычный полководец, он подумал бы, что тот сошёл с ума.
Но перед ним был прославленный Хранитель Севера, и принц Харрисон вдруг почувствовал, что это не безумная фантазия.
При этой мысли кровь в нём вскипела.
Творить чудеса в безвыходной ситуации — вот что значит быть героем!
Под восхищённым взглядом принца Харрисона Колин приказал вестовому:
— Собирай войска!
— Есть!
Ууу-ууу-ууу!
Звук горна прорезал небо над Городом у Воды.
Жители города, сжавшись от страха, провожали взглядами проносящиеся по улицам отряды Кровавой конницы, дрожа и прижимаясь к стенам.
Колин стоял на стене и смотрел вниз, как воины Кровавой конницы, словно потоки воды, стекались к его ногам. Сердце его билось учащённо.
Мало войск?
На губах Колина зазмеилась холодная усмешка.
Этими тремя тысячами Кровавой конницы он сломает хребет Востока!
— Выступаем!