Мэтью смотрел сверху вниз на окровавленное лицо их противника.
«Не слишком ли это было просто?» — подумал он, сильнее сжав пальцы на рукояти топора.
Мэтью не давало покоя то, как легко его группа решила эту проблему.
«После всего планирования и переживаний... это всё, на что способен этот тип?» — пронеслось у него в голове. Затем Мэтью медленно качнул топором вперед, используя тупую часть обуха, чтобы приподнять лицо парня.
И тут глаза Мэтью широко раскрылись.
«Разве он не пожертвовал своим левым глазом?» — подумал он, пока его лицо принимало разъяренное выражение.
— И все же не я потерял больше всех из-за него, — произнес Мэтью, перед тем как качнуть головой.
«Как мне им сказать?» — мысли парня окончательно превратились в хаос. А все из-за того, что на лице, которое он только что приподнял обухом, оба глаза находились на своих законных местах.
«Если бы он пожертвовал зрением, в этом был бы хоть какой-то смысл. Но раз уж он пожертвовал именно глазом, его уже не должно быть на месте!» — Мэтью стиснул зубы. — «Этот ублюдок надул меня!»
Затем Мэтью развернулся, прикрыл глаза и опустил голову. Однако, даже с закрытыми глазами, он не услышал доклада от Норберта.
«Если я вслух разоблачу его уловку, он потеряет элемент неожиданности, но мы потеряем его тоже», — подумал Мэтью и сжал челюсти.
Затем он резко развернул корпус, позволяя топору увлечься этим движением.
И одним махом топор Мэтью перерубил кукле шею, отправив ее голову в дальний конец класса.
— А? — все три девушки из группы Мэтью подпрыгнули, когда он внезапно обезглавил их врага.
— Зачем ты его убил? — спросила Надя, уставившись на затылок Мэтью.
— Я тоже хотела его прикончить! — запротестовала Лейла, хватаясь обеими руками за голову и уставившись на то, как тело куклы повалилось на пол.
— ... — Мэтью не стал вымолвить ни слова в ответ. Вместо этого он взвинтил свою бдительность до предела, надеясь заметить хоть что-то, что выдаст местоположение обладателя его прежней системы.
— Что ты... — тихо пробормотала Надя. Однако когда Мэтью развернулся, сканируя окружающее пространство, глаза девушки слегка дернулись.
Надя тут же опустилась на колени. Она знала Мэтью достаточно долго, чтобы понять, что означает этот предельно сосредоточенный взгляд на его лице.
— Что, черт возьми, вы делаете? — спросила Лейла, позволяя эмоциям взять верх. — Разве всё уже не кончено? Давайте уже обезопасим торговца и заложим крепость...
— СЗАДИ ТЕБЯ! — крикнула Дарья.
И Мэтью, и Надя крутанулись на пятках, вскидывая оружие назад.
Дзинь!
Звук удара металла о металл эхом разнесся по комнате, после чего мачете Лейлы вылетело из ее рук, кувыркаясь пролетело через весь класс и вонзилось в стену.
— Стоять на месте! — враг наконец явил себя, возникнув за спиной Лейлы и прижимая заточенную металлическую палку к ее горлу.
«Погоди, разве это не...» — подумал Мэтью, шокированный тем, что наконец узнал лицо их противника.
«Похоже, я лишил его фактора внезапности», — подумал парень, разворачиваясь навстречу опасности.
— Лейла! — крикнула Дарья, сделав шаг к этой парочке...
— Сделай еще шаг, сука, я дерзну тебя заставить! — заорал тип, вдавливая свою заточенную палку в горло Лейлы настолько сильно, что она уже проткнула кожу.
— Стивен, так тебя зовут? — внезапно произнес Мэтью, опирая лезвие топора о свое плечо.
Несмотря на всю напряженность ситуации, в его глазах не было ни тени колебаний или тревоги. В отличие от него, удерживающего Лейлу в заложниках типа нельзя было назвать спокойным.
Его руки тряслись. Из его единственного оставшегося глаза, как и из носа, сочилась кровь.
— Какого хера тебе надо?! — заорал Стивен, всаживая палку еще глубже в горло Лейлы. В то же время его свободная рука опустилась ниже.
Скорее всего, это был просто соскок — попытка убедиться, что он крепко держит ее. Однако в процессе его пальцы упали на грудь Лейлы... и впились в нее.
— Ну всё, — вздохнула Лейла. Затем она напряглась и внезапно рухнула на пол, будто пытаясь уйти из-под удара палки.
Не ожидая, что сопротивление окажет сама заложница, Стивен был застигнут врасплох.
Как только она оказалась у самого пола, Лейла вскинула руки и впечатала их в руки Стивена, удерживая его так же крепко, как обняла бы любовника. А затем она подалась корпусом вперед, перекинула Стивена через свое плечо и со всей дури швырнула его прямо на пол!
— ХА-А-А... — вырвался звук из Стивена, когда воздух выбило из его легких.
— Этот долбаный комар меня укусил! — пожаловалась Лейла и поднесла руку к шее, массируя участок кожи, где этот ублюдок дерзнул её ранить.
«По крайней мере, похоже, её это особо не волнует», — подумал Мэтью, перед тем как сделать шаг вперед. Затем он перехватил топор ближе к лезвию и врезал нижним концом рукояти прямо по позвоночнику Стивена.
— Оно того стоило, мелкий выродок? — спросил он, приседая перед лицом парня. — Ты мог бы спокойно жить под моей защитой, но вместо этого выбрал насилие, — пробормотал Мэтью, похлопывая Стивена рукоятью оружия по спине через каждое слово.
— Пошел ты! — Стивен продемонстрировал свое красноречие, ответив лишь банальным ругательством.
— Похоже, говорить с ним вообще нет смысла, — сказал Мэтью и покачал головой, после чего поднялся на ноги.
— Что мы будем с ним делать? — спросила Надя, переступая через тело Стивена и впечатывая ступню в его позвоночник.
«Она ему так спину не переломает?» — подумал Мэтью, беспокоясь о том, чтобы не перегнуть палку. И хотя причинять боль тому, кто дерзнул встать у них на пути, в этом новом мире было совершенно нормально, перебить человеку позвоночник — совсем другое дело.
— Пока вырубите его, — скомандовал Мэтью. — Нам всё еще нужно найти Кэрол, — добавил он, прежде чем направиться к шкафчику, куда засунули тело Норберта.
Затем он распахнул дверцы, и, как и следовало ожидать, безжизненное тело Норберта выпало с полки.
— Он еще жив? — спросила Лейла с другого конца класса, слишком занятая тем, что пинала Стивена на полу, чтобы идти проверять шкафчики вместе с Мэтом.
— Понятия не имею, — ответил Мэтью, перед тем как уложить плоть Норберта на пол и проверить пульс.
Его сердце всё еще билось. Грудная клетка, хоть и медленно, продолжала подниматься и опускаться.
«Значит, не сдох», — подумал Мэтью, после чего наконец перевел взгляд на голову полицейского.
Выстрел выбил кусок черепа мужчины, но, похоже, не пробил голову насквозь.
— Выглядит дерьмово, но, скорее всего, не смертельно, — пробормотал Мэтью, когда очистил рану и внимательно её осмотрел.
Затем парень оторвал кусок от своей одежды и прикрыл глаза.
— Ты тут? — спросил он единственного человека поблизости, для разговора с которым Мэтью требовалось закрыть глаза.
— Ага, — ответил Норберт, хоть и не смог сделать этого, когда Мэтью впервые раскусил уловку Стивена. — Судя по всему, меня просто вырубило, когда шок ударил по мозгам. Перевяжи рану бинтом и оставь меня в покое, этого должно быть достаточно, — проинструктировал полицейский.
— Сделаю, — Мэтью кивнул, перед тем как открыть глаза и сосредоточиться на обработке раны мужчины.
— Он в отключке! — крикнула Надя, когда их одностороннее избиение Стивена наконец лишило того чувств. — Что ты теперь планируешь с ним делать? — затем спросила она.
— Пока свяжите его, — скомандовал Мэтью. Он закончил с раной Норберта, поднялся и подошел к безжизненному телу их врага. — Учитывая, что он дерзнул выступить против нас, я не горю желанием отпускать его на тот свет, не помучив немного перед этим, — добавил он, после чего его взгляд поднялся к небольшой ранке на шее Лейлы.
Ненависть Мэтью к этому конкретному человеку на самом деле была глубже, чем он показывал остальным. Помимо проступков Стивена в этом мире, он также заслужил немалую ненависть всех бессистемных людей в школе, выживавших в апокалипсисе в первой жизни Мэтью.
В конце концов, именно он был ответственен за разрушение внешней стены школы просто ради того, чтобы понтануться своей новой способностью! И в результате этого разрушения, как только все пользователи системы покинули территорию, свежие зомби хлынули внутрь.
«В некотором смысле, именно он прямо ответственен за мою смерть тогда», — подумал Мэтью, подавляя желание прикончить Стивена на месте.
— Сейчас нам нужно найти Кэрол, — произнес Мэтью. — «Если мы хотим гарантировать сотрудничество Норберта и, как следствие, Дэниэла».