— Бросайте! — голос Даниэля пробился сквозь какофонию боя.
«Что бросайте?» — подумал парень, смахнув саблю в сторону и сгустком маны отрубив руки подобравшемуся сзади зомби. — «И где тебя вообще носит?»
Вопрос Мэтью остался без ответа. Зато проблема того, кто именно должен что-то бросать и чем именно, прояснилась мгновенно.
Плюх, шмяк, хруст.
Звуки, с которыми падающие кирпичи врезались в зомби, отличались самым причудливым образом. В зависимости от того, куда приходился удар, гниющая плоть отзывалась по-разному.
«По крайней мере, он не гонит их на передовую», — подумал Мэтью, отправляя очередной удар саблей в плотную толпу мертвяков.
Мэтью ещё не разблокировал всех торговцев на этой локации, чтобы оценить её потенциал целиком. И всё же, судя по уже призванным персонажам, ценность местных выживших была высока.
А раз они могли активно помогать ему в производстве, терять их в схватке с зомби было бы трагической глупостью.
— Ох! — вырвался у Мэтью возглас, когда он внезапно оказался в кольце. Его порыв присоединиться к бою завёл его слишком глубоко в ряды мертвяков.
Теперь к нему со всех сторон пробирались четверо упырей, и уклониться или заблокировать все атаки одновременно было невозможно.
«Нужно отступать», — подсказала холодная, расчетливая сторона его разума. Но вместо того чтобы бежать, как поступил бы любой нормальный человек, он подался вперед и чуть в сторону.
— Угх, — стон сорвался с губ Мэтью, когда удар в грудь вышиб из легких весь воздух. У атаковавшего зомби рук не оказалось вовсе — из месива гнилой плоти торчали лишь обломки предплечий.
Удар пришелся плашмя, не дотянув дюйм до солнечного сплетения. Боль была резкой, даже с учетом возросшей живучести.
Боль… но не более того.
— Хриплый вдох, — Мэтью жадно глотнул воздуха, используя эту секунду слабости, за которую он заплатил болью, чтобы проскользнуть между еще тремя мертвяками. В теории он лишь глубже увяз в толпе. Но на практике, сместившись от центра побоища, он вдруг оказался на относительно свободном пятачке.
«Теперь места хватит», — подумал Мэтью, мгновенно взмахнув саблей и срубая зомби, тянувшего к нему сгнившие руки. — «А как остальные?» — задался он вопросом, парой ударов расчистив вокруг себя двухметровую мертвую зону.
У зомби ушло бы секунд тридцать на сближение. Три секунды свободы, которые он мог потратить на оценку обстановки.
Слева от Мэтью в теневой форме бесчинствовала Дария. За ту секунду, что он уделил ей внимания, она сменила позицию семь раз — причем заметить ее движение удалось лишь в пяти случаях.
«Она что, телепортируется?» — подумал он, переведя взгляд вправо.
Учитывая занятый Дарией фланг, Мэтью ожидал увидеть на противоположном крыле Лейлу. Но справа обнаружилась лишь Надя.
И снова ему была отведена ровно одна секунда. Этого хватило, чтобы в голове затуманилось.
«Что она вообще вытворяет?» — парень едва успевал следить за движениями девушки, хотя двигалась она не сказать чтобы запредельно быстро.
Человеческий глаз ищет паттерны. У любого удара есть ограниченный набор логичных продолжений. Но к Наде эти правила не применялись вовсе. Она двигалась механически, словно программа, пытающаяся имитировать человека, но безнадежно отстающая в деталях.
Её корпус отклонялся влево, а клинок шел вправо. Следующий выпад сопровождался резким взмахом тела, переходящим в пинок… который отталкивал не противника, а саму девушку, помогая ей разорвать дистанцию.
«Уф», — мысленно застонал Мэтью, борясь с желанием зажмуриться и потереть виски. Времени на наблюдение не было.
Пришлось возвращаться в бой.
Последнюю секунду он потратил на то, чтобы оглянуться через плечо, туда, откуда пришли девушки. Обзор загораживала стена зомби, оставляя видимыми лишь макушки голов.
Взмах, выпад. Взмах, взмах, вертикальный удар, снова выпад.
Саму Лейлу было не разглядеть. Но вот её удары и их сокрушительный эффект по окружающим мертвякам бросались в глаза.
И как ни странно, несмотря на самые низкие статы в отряде, гора трупов вокруг нее росла быстрее всего!
«И все это — повторяя одни и те же движения снова и снова», — отметил парень, возвращая фокус на свою позицию.
«Раз уж мы справляемся», — подумал он, отпинывая располовиненного зомби и поворачиваясь к новой цели, — «почему бы не потренировать заклинания!»
Мэтью крутанулся на левой ноге, используя инерцию для мощного горизонтального замаха. Сустав он задел неидеально — место, где голова отделяется проще всего, было пройдено грубо. И все же за счет веса сабли и вложенной силы лезвие пробило кость насквозь.
Мэтью отступил на шаг, опуская клинок в нейтральную стойку и концентрируясь на левой ладони. Меньше чем за секунду по руке побежала знакомая энергия, концентрируясь в пальцах.
— Будет глупо выглядеть, если я позволю девчонкам отдуваться одним, верно? — пробормотал он под нос, вскидывая руку в сторону хвоста вражеской орды.
Мэтью отпустил сдерживающий импульс, вплетая собственную волю в потоки маны, сорвавшейся с его ладони.