Разум Мэтью отключился.
Одного лишь вхождения в Надю было достаточно, чтобы повергнуть его мысли в хаос. Одно невольное сжатие ее нутра — и он больше не мог контролировать происходящие вокруг события.
А когда девушка начала двигаться всерьез, реальность вокруг парня и вовсе треснула.
«Что, блять, происходит?» — спросил себя Мэтью, когда его сознание зависло, вытолкнув его в странное измерение, где время, казалось, текло совершенно иначе.
Точно так же, как это происходило каждый раз, когда Мэтью ступал в зону торговца.
Весь ход первого опыта Мэтью растянулся во времени, превращая каждую проходящую секунду в бесконечный миг. И в то же время казалось, будто всё пришло к развязке в одно мгновение.
Вечность наблюдения за тем, как грудь Нади колыхается в ритме движений ее бедер. Кратчайшее мгновение ощущения безумного тепла её нутра, обволакивающего его член.
Ощущения конденсировались, превращая каждую секунду в фонтан удовольствия. Тот же опыт пролонгировался, превращая короткий промежуток времени в самостоятельную бесконечность.
— А-а! — закричала Надя, когда её тело напряглось всем организмом.
Она вонзила пальцы в грудь Мэтью, пока её бедра опускались в последний раз.
Будучи не в силах пошевелиться, Мэтью мог лишь сосредоточиться на том, чтобы подстроить свою реакцию под темп девушки. И каким бы тонким ни был нитяной барьер, на котором держалось его сознание, он продерживался достаточно долго.
— Я кончаю! — застонала Надя, и её внутренности сжались вокруг члена Мэтью.
Столкнувшись с этой новой, экстремальной теснотой, Мэтью больше не мог сопротивляться.
И в то самое мгновение, когда их схватка началась — приблизительно через вечность после её начала, — она пришла к своему логическому завершению.
— А-а-а-х... — невольный слабый стон вырвался из рта Мэтью, когда его тело достигло предела, а движения Нади заставили его перешагнуть этот предел напролом.
Волна расслабления накрыла плоть Мэтью ровно в тот момент, когда его член брызнул семенем во внутренности его возлюбленной.
— Ха, ха, ха, — тяжело дышала Надя, оставаясь сидеть на коленях Мэтью, пока он продолжал наполнять её живот своей спермой.
— Я чувствую это, — тихо застонала Надя, прикусив губу и положив руки на талию, чуть ниже пупка. — Оно жжет меня изнутри, — добавила она, а затем просто забила на устойчивость тела, позволив ему расслабленно рухнуть Мэтью на грудь.
И там Надя наконец позволила себе заслуженный отдых, присоединившись к Мэтью в его попытках восстановить силы.
«И как я и думал, быть неспособным сделать вообще ничего...» — подумал он, и его губы дернулись в попытке изобразить уродливую гримасу. — «Этого было мало», — подумал он, глядя вниз на вспотевшее тело девушки, покоящееся у него на груди.
Если у созданных им барьеров света и была какая-то иная польза, кроме очевидного плюса дергать остальных подальше, то это был свет, который они излучали.
Свет, падавший на каждый дюйм кожи Нади, позволял Мэтту восторгаться мельчайшими деталями её красоты.
Капли пота, стекавшие по её коже, действовали как крошечные увеличительные линзы, давая Мэтью возможность рассмотреть кожу девушки поближе. Они также украшали бока её бюста, превращаясь в своего рода мимолетные, но исполненные достоинства драгоценности.
И как только Мэтью наконец удалось сфокусировать внимание и направить его на лежащую на нем девушку... дыхание Нади стабилизировалось, а глаза закрылись.
Поскольку член Мэтью всё еще плотно сидел внутри переполненной киски Нади, у него не оставалось другого выбора, кроме как терпеть искушение её обнаженного тела.
«Чертово истощение», — мысленно выругался Мэтью.
Ему хотелось орать.
Ему хотелось двигать руками и касаться каждого сантиметра тела Нади. Ему хотелось узнать, каково это — распускать руки с девушкой, которую он любит.
Однако текущее состояние лишило его этой возможности.
«Полагаю, у меня реально нет другого выбора, кроме как ждать», — подумал Мэтью, сделав глубокий вдох, чтобы замедлить ритм сердца и успокоиться.
«Раз уж ожидание — это всё, что я могу делать на данный момент, я мог бы хотя бы попытаться разобраться, что изменилось в системе», — подумал он, переводя взгляд по комнате и фиксируя каждую мельчайшую деталь, оставшуюся внутри барьеров света.
«Блять», — снова тихо выругался Мэтью, осознав, что вокруг нет абсолютно ничего, что можно было бы использовать как зеркало.
Ни единый предмет, оказавшийся в их зоне, не обладал отражающими свойствами!
«Похоже, наслаждаться видами — это лучшее, что я могу делать», — подумал Мэтью, опустив взгляд обратно на вспотевшую кожу девушки.
И тут, уставившись на одну из капель её пота, Мэтью дошло.
«Сработает ли это?» — спросил себя парень, направив взгляд на неподвижную капельку естественного хладагента Нади.
И в ней — пусть и в весьма ограниченном виде — Мэтью смог увидеть свое отражение. Но куда важнее были сообщения, парящие прямо по его лицу. Они закрывали как отражение его лица, так и большинство окон, которые Мэтью обычно видел.
«Это будет та еще головная боль», — подумал Мэтью, осознав, насколько сложной окажется задача. Потому что вместо простого чтения сообщений ему приходилось собирать их одно за другим, затем разворачивать порядок букв в обратную сторону и только после этого складывать в предложения.
И этот процесс Мэтью приходилось повторять по нескольку раз только ради того, чтобы расшифровать хотя бы одно сообщение из десятков, загружавших его отраженное зрение!