— Я вернулась! — окликнула Надя, едва сбежав по лестнице. Она так спешила к своим, что перепрыгнула последние ступени и на полной скорости преодолела оставшееся расстояние.
— Ну как всё прошло? — спросил Мэтью, приподнимаясь и упираясь руками в землю.
«И подумать только, что я всё ещё сижу и ничего не делаю», — подумал он, стиснув зубы и постаравшись сохранить на лице нейтральное выражение. — «Ладно, пусть это и раздражает, но лучше не заставлять девчонок волноваться», — решил парень, делая необходимый минимум, чтобы показать внимание и при этом не перегружать истощенное тело.
— Даже лучше, чем я ожидала, — отчиталась Надя. Она погасила инерцию бега скольжением на коленях и замерла подле Мэтью. В её глазах сверкали азартные искры. — Они организовались ещё до того, как я подошла. Так что мне оставалось только дать им задачу.
И едва девушка закончила свой доклад, на лестнице показалась группа из десяти добровольцев. У них не было ни оружия, ни защиты — за исключением длинных перчаток до локтей, которые кто-то заранее откопал.
— Так, парни, не теряем времени! — крикнул Роберт, шедший во главе. Он сделал первый, немного неуверенный шаг к куче трупов. — Слушай, нам сфокусироваться на извлечении ядер или сначала растаскивать тела? — спросил он, повернувшись к Мэтью, в котором сразу признал главного.
— А почему бы не совместить? — наклонил голову Мэтью. — В смысле, меня интересуют только ядра. А расчистка трупов нужна ради тех, кто заперт в сарае, да и чтобы зараза не расползалась, — пояснил он и пожал плечами.
— Мэт, эй, Мэтти! — окликнула его Надя, пытаясь привлечь внимание и слегка досадуя, что Роберт его отвлекает.
— Что такое? — удивленно спросил Мэтью.
— Я хорошо справилась? — подалась она вперед, опустившись на колени так, будто подставляла голову для ласки.
— Да, — улыбнулся Мэтью, растроганный её неожиданно милым и детским поведением. Он протянул руку и мягко положил ладонь ей на голову, легкими движениями поглаживая по волосам. — Ты умничка, — добавил он тихим, мягким полушепотом.
— Хи-хи… — тихонько хихикнула Надя. Она зажмурилась и подалась ближе к его руке, полностью отдаваясь этой простой радости.
«…» Мэтью продолжал гладить свою первую жену по голове. Но вместо того чтобы просто наслаждаться моментом, он не мог избавиться от нарастающего беспокойства.
«Что заставляет её так себя вести?» — задавался он вопросом, не в силах понять причины столь необычного поведения.
Всего три дня назад он бы просто пожал плечами и списал всё на загадочную и непредсказуемую женскую логику.
Но сегодня — это не три дня назад. За эти короткие трое суток мир изменился слишком сильно, чтобы парень мог просто игнорировать подобные детали.
— Что-то произошло? — спросил Мэтью, убирая руку с её головы. Но вместо того чтобы опустить её, он мягко коснулся ладонью её щеки.
«…» Надя посмотрела Мэтью прямо в глаза. От её недавней улыбки не осталось и следа. Вскоре она открыла рот, хотела что-то сказать, но тут же осеклась и отвела взгляд.
— Значит, всё-таки произошло, — пробормотал Мэтью, поглаживая её щеку большим пальцем.
В его голове пронеслась вереница жутких картин: Надя, убивающая выжившего; Надя, сошедшаяся с Робертом или кем-то ещё; Надя, поцарапавшая ногу и осознавшая, что заражена вирусом…
— Не то чтобы что-то произошло. Я просто смогла уложить всё в голове, — наконец ответила Надя, приподнимая подбородок… но вместо того чтобы встретиться взглядом с Мэтью, она посмотрела назад — туда, где выжившие уже приступали к работе.
Среди прочих Роберт вкалывал усерднее всех. Сначала он оттаскивал труп в угол двора, затем брал небольшой молоток, лепестком разбивал череп, извлекал ядро и откладывал его в отдельную кучку.
Надя секунду наблюдала за рабочими, подмечая их движения. Затем прикусила губу и быстро бросила взгляд на остальных девушек, которые отдыхали неподалеку и наблюдали за их разговором.
— Извините, — беззвучно, одними губами произнесла Надя, обращаясь к Дарии и Лейле, после чего повернулась к Мэтью и наклонилась для поцелуя.
«Хм?» — Мэтью опешил, не понимая хода событий. А когда Надя прижалась своими губами к его губам, способность его мозга соображать и вовсе упала до какого-то жалкого минимума.
— Понимаешь, я всё ещё не считаю, что была тогда неправа, — произнесла Надя, отстранившись и облизнув губы. Её глаза встретились с его взглядом… в то время как её руки незаметно скользнули к его штанам. — Но я также поняла, что и твоя точка зрения имела смысл. То, что я не осознала этого сразу, и стало причиной нашей ссоры, — прошептала она, пока её пальцы ловко расстегивали его ремень.
— И к чему это…? — с трудом пробормотал Мэтью, сжав челюсти, чтобы скрыть реакцию на прикосновение её нежных рук.
— Я причинила тебе много боли этой ссорой, — прошептала Надя, склоняясь к его лицу. Но вместо нового поцелуя она приблизила губы к самому его уху. — Много душевной боли. Я видела твоё лицо тогда, видела, как ты вел себя потом, — произнесла она, сбрасывая его ткань ниже пояса и освобождая его мужское достоинство.
— Так что это мой способ искупить вину, — наконец раскрыла она свои намерения, наклоняясь над его коленями так, чтобы закрыть собой обзор для любого из выживших, кто мог бы случайно посмотреть в их сторону. — За каждую каплю душевной боли, которую я принесла, позволь мне расплатиться физическим наслаждением, — попросила она и опустила голову, даря нежный поцелуй самой вершине его плоти.