Ли Цинцю потратил целый день, чтобы отобрать тридцать истинных учеников третьего слоя Сферы Вскармливания Начала, которым предстояло отправиться вместе с Сюй Нин в Центральную провинцию Чжунтянь.
На следующий день он вновь отобрал тридцать преданных учеников, чья культивация находилась на втором слое Сферы Вскармливания Начала, чтобы они вместе с Цзян Чжаося и Ли Дунъюэ отправились к Горе Тяньцзи.
Для нынешней Секты Цинсяо потеря шестидесяти трёх учеников ничуть не сказалась на общей атмосфере: каждый день сюда приходили новые люди — одни спускались с горы, другие поднимались на неё. Как и в бренном мире, новые лица всегда начинают определять ход событий.
В последующие дни Ли Цинцю больше не отвлекался на разъезды, посвятив почти всё своё время культивации.
Восьмого слоя Сферы Вскармливания Начала ему было далеко не достаточно: он стремился не только пробиться на девятый слой, но и постичь более высокую Сферу Духовного Сознания.
Пока во внешнем мире бушевали смута и война, на Горе Цинсяо разворачивались собственные события: непрестанно заявляли о себе новые гении, и рассказы о них подстёгивали остальных учеников усердно тренироваться.
Наступил разгар лета, принеся с собой знойную погоду.
Весь в поту, Чэн Сань вернулся в маленький дворик. Ему едва исполнилось пятнадцать, но телом он стал куда крепче, чем до того, как поднялся на гору; прежде он казался куда более щуплым, чем его сверстники.
— Сестра, я вернулся! — громко крикнул Чэн Сань.
Раздался стук.
Дверь одной из комнат отворилась, и оттуда вышла девушка с чистым, миловидным лицом и светлой кожей — то была Чэн Сю.
В своё время Ли Сыфэн спустился с горы, чтобы побороться за Меч Дисуань, и спас брата с сестрой. Во время последующего бегства он получил тяжёлые раны, но они не бросили его. Позже беглецов настиг Клан Пэй, и лишь благодаря тому, что Адский Цилинь подоспел вовремя, все трое вырвались из смертельной опасности. А после Ли Сыфэн привёл их с собой на Гору Цинсяо, где они и стали учениками Секты Цинсяо.
Оказавшись на Горе Цинсяо, они постепенно отдалились от Ли Сыфэна — главным образом из-за слишком большой разницы в положении; к тому же в повседневной жизни им редко доводилось с ним видеться. Тем не менее собственным упорным трудом они сумели стать внутренними учениками и освоить технику совершенствования сердца первого слоя Канона Изначального Хаоса.
Заметив, что Чэн Сань весь взмок, Чэн Сю невольно спросила: — Куда это ты ходил?
— Арену Боевых Искусств перестраивают, вот я и помог немного! — возбуждённо заговорил Чэн Сань. — Сестра, Бог Меча снова собирается бросить вызов главе секты! Давай потом вместе сходим посмотреть?
Услышав это, Чэн Сю оживилась: — На такое и правда стоит взглянуть.
С тех пор как она встала на путь культивации, её нрав начал меняться: глубоко укоренившаяся в ней стойкость лишь крепла. В её жизни появилась ясная цель — стать истинной ученицей Секты Цинсяо.
Прежде, за что бы она ни бралась, ей не хватало уверенности в себе и чувства свершения. Но стоило ей начать постигать Канон Изначального Хаоса, как окружающие принялись хвалить её за выдающиеся способности, к тому же каждый день она ощущала, как внутри нарастает ци. Это дарило ей небывалое удовлетворение и наполняло каждый день жаждой стремиться вперёд.
Чэн Сань подошёл к колодцу во дворе и, набирая воду, принялся пересказывать услышанные новости.
— В Зале Правосудия объявился ещё один гений по имени Лу Цин! В секте всего три года, а сегодня уже достиг четвёртого слоя Сферы Вскармливания Начала! Сестра, ты бы только видела, в каком он почёте: куда ни пойдёт — вокруг толпа учеников, а знатные семьи у подножия горы даже пытаются переманить его к себе и предлагают своих дочерей в жёны!
Чэн Сань произнёс это с неприкрытой завистью в голосе. Попав в Секту Цинсяо, он увидел совершенно иной мир, но вместе с тем сполна осознал собственную заурядность.
Прежде он жаловался на низкое происхождение, однако в Секте Цинсяо шанс давался каждому, а Канон Изначального Хаоса обнажал истинную разницу в талантах, заставляя поневоле признать собственную посредственность.
Чэн Сю со вздохом отозвалась: — Четвёртый слой Сферы Вскармливания Начала... Нам до этого и впрямь как до неба.
Чэн Сань обернулся и с улыбкой возразил: — Сестра, ты ведь уже достигла второго слоя Сферы Вскармливания Начала! В будущем непременно осилишь и четвёртый, это лишь вопрос времени. Но если начистоту, сестра, ты и правда не собираешься признаться старшему брату Ли в своих чувствах? Ходят слухи, что он помолвлен с барышней из Клана Пэй, но ведь дело ещё не решено окончательно — у тебя есть шанс!
Чэн Сю бросила на него сердитый взгляд и с досадой сказала: — За кого ты меня принимаешь? Твоя сестра вовсе не настолько бесстыдна, чтобы навязываться человеку, прекрасно зная, что не пара ему. К тому же я старше него — люди только засмеют. Впредь чтобы я об этом и слова не слышала! Наша нынешняя жизнь — целиком его заслуга, и мы не вправе желать большего, понятно тебе?
— Ладно, больше не буду.
Чэн Сань неохотно согласился и тихонько пробурчал пару слов себе под нос.
По правде говоря, он просто поддразнивал сестру: сейчас они и близко не могли подойти к Ли Сыфэну, да и его женитьбу наверняка решал не он сам.
Он слышал, что больше всего Ли Сыфэн боялся главы секты. Со всеми учениками глава был мягок, но с этим Шестым младшим братом обходился с исключительной строгостью — чуть что, сразу колотил.
— Саньва, не бегай целыми днями без дела, лучше побольше упражняйся. Вот что сейчас важнее всего, — напомнила Чэн Сю.
— Я знаю.
Чэн Сань отозвался небрежно и совершенно спокойным тоном.
Чэн Сю приоткрыла рот, желая продолжить наставления, но сдержалась — пожалела брата.
Они вместе вступили в Секту Цинсяо, но она уже достигла второго слоя Сферы Вскармливания Начала, тогда как Чэн Сань всё это время оставался на первом слое Сферы Вскармливания Начала.
Она прекрасно понимала: дело не в том, что Чэн Сань недостаточно старается, — между ними просто была разница в природных способностях.
Казалось бы, родились от одних отца и матери, и до гибели семьи родители только и твердили Чэн Сю, что она обязана заботиться о младших братьях, словно сама была лишь тенью при них. Однако после прибытия в Секту Цинсяо их роли поменялись местами.
И как раз когда оба умолкли, во дворик вошёл Юань Ци.
Увидев Юань Ци, Чэн Сю поспешно подняла руку в приветствии и шепнула брату: — Саньва, кто-то пришёл.
Чэн Сань, набиравший воду, обернулся. Разглядев Юань Ци, он резко переменился в лице, тут же опустил деревянное ведро и поспешно поклонился.
Хоть Юань Ци было всего семнадцать, во всей секте каждый знал, что он исполняет поручения главы. Его вес и авторитет почти не уступали главам залов, и никто не осмеливался переходить ему дорогу.
Юань Ци окинул взглядом Чэн Сю и Чэн Саня и произнёс: — Глава секты желает привлечь вас к созданию Зала Укрощения Демонов. Когда Зал будет основан, вы сразу станете его учениками. Согласны ли вы?
Услышав это, и Чэн Сю, и Чэн Сань застыли в оцепенении.
Глава?
Зал Укрощения Демонов?
Столь ошеломительная радость обрушилась на них с такой силой, что в головах помутилось.
Чэн Сю не удержалась от вопроса: — Почему именно мы?
Юань Ци заложил одну руку за спину, держась с подобающим достоинством, и с лёгкой улыбкой произнёс: — Глава передал: вы спасли главу зала Ли Сыфэна, и эту доброту он всегда помнит. Но поскольку вы вступили в секту совсем недавно, немедленное возвышение могло вызвать ропот среди прочих учеников, поэтому он и выждал до сей поры.
Чэн Сю и Чэн Сань переглянулись — в глазах обоих читался неописуемый восторг. Они без колебаний дали согласие.
Юань Ци велел им сначала отправиться в Зал Управления Духами и внести свои имена в новый реестр секты, а затем повернулся и ушёл.
Едва он скрылся из виду, Чэн Сань не сдержал ликующего вопля, вне себя от счастья.
Чэн Сю радовалась не меньше: хоть её культивация и достигла второго слоя Сферы Вскармливания Начала, стать ученицей залов секты было совсем непросто, не говоря уже о том, чтобы взять с собой брата.
Затем Юань Ци обошёл дворы других учеников, и повсюду повторялась та же картина бурного восторга.
Весть о скором создании Зала Укрощения Демонов стремительно разнеслась по секте.
Слова «Укрощение Демонов» породили среди учеников бурные споры; о них проведали даже паломники на горе.
Что же затевает эта Секта Цинсяо?
Откуда в мире взяться демонам?
…
Императорский город Чжэньян, императорский дворец, Дворец Цяньу.
Сын Неба Чжао Чжи сидел в медитации на драконьем троне. Волосы его по-прежнему были растрёпаны, одет он был в ночное одеяние — ни малейшего императорского величия.
Во Дворец Цяньу вошла фигура — то был господин Сюань.
Господин Сюань подошёл к ступеням трона, опустился на одно колено и глухо произнёс: — Прошу наказать меня, государь!
Чжао Чжи открыл глаза, устремив взор на господина Сюаня, и хриплым голосом спросил: — Что? Неудача? И вернулся ты один?
Господин Сюань ответил: — Мы попали в засаду Секты Цинсяо. Должно быть, кто-то их предупредил заранее. Лишь мне чудом удалось спастись. Сила главы Секты Цинсяо непостижима — мне было не сладить с ним. К тому же там были Шэнь Юэ, Цзян Чжаося, Сюй Нин и им подобные. Даже под действием Пилюли Божественного Воина и Пилюли Тёмного Призрака мы не имели ни единого шанса...
Чжао Чжи нахмурился, в его взгляде блеснул леденящий душу огонёк.
В зале воцарилась тишина.
Спустя некоторое время Чжао Чжи спросил: — Отчего ты вернулся так поздно?
Господин Сюань глубоко вздохнул и ответил: — Я получил тяжёлые раны и вынужден был некоторое время залечивать их, иначе вряд ли добрался бы сюда живым.
Выслушав его, Чжао Чжи вновь сомкнул веки.
Господин Сюань не поднимался с колен: он знал, что Чжао Чжи отнюдь не спокоен.
— Секта Цинсяо... Хороша же Секта Цинсяо...
Чжао Чжи произнёс это тихо и глухо. Внезапно вспомнив нечто, он открыл глаза, взглянул на господина Сюаня и спросил: — В небесной темнице, помнится, сидит один человек... Не зовут ли и его Цинсяо?
Господин Сюань ответил: — Всё так. Основатель Секты Цинсяо, Настоящий Человек Цинсяо, заточён на самом нижнем ярусе небесной темницы. Однако когда его бросили в темницу, нынешний глава Секты Цинсяо Ли Цинцю ещё даже не родился, а второй глава секты Линь Сюньфэн уже удалился из цзянху. Использовать Настоящего Человека Цинсяо для угроз Секте Цинсяо нам вряд ли удастся — боюсь, это лишь навлечёт беду.
Чжао Чжи насмешливо осклабился: — Что? Узнав об этом, этот Ли Цинцю посмеет лично явиться, чтобы убить Меня?
— Государь, этот юноша Ли Цинцю в столь молодые годы обладает такой силой, с которой не сравнится даже прежняя легенда боевых искусств. Покорный слуга надеется, что государь взглянет на него по-новому.
Господин Сюань произнёс это чрезвычайно серьёзным тоном, заставив Чжао Чжи нахмуриться.
— Ты шутить вздумал? Полагаешь, нынешний Я не справлюсь с ним? — ледяным тоном спросил Чжао Чжи, вперив тяжёлый взгляд в господина Сюаня.
Господин Сюань ответил: — Государь принял множество пилюль и вдобавок обрёл внутреннее ядро легенды боевых искусств, так что в боевых искусствах Вы, безусловно, первый среди живущих. Однако беды, стоящие перед государем, не исчерпываются Сектой Цинсяо. Покорный слуга советует государю сперва разгромить войско семи областей и умиротворить Поднебесную, а затем разом искоренить Секту Цинсяо. Совсем скоро князь Вэй пойдёт на штурм Императорского города Чжэньян — именно с ним нам надлежит покончить в первую очередь, а не с Ли Цинцю за тысячу ли отсюда.
В этот самый миг в чертог стремительно ворвался воин из стражи Палаты Запрета Боевых Искусств, упал на колени рядом с господином Сюанем и взволнованно доложил: — Докладываю государю! Секта Тайу и Секта Лиинь подверглись нападению Секты Цинсяо! Ученики обеих сект перебиты до единого, спастись удалось лишь горстке гостивших там чужаков!
Едва эти слова прозвучали, Чжао Чжи поднялся на ноги. Из его тела хлынула ужасающая аура; длинные волосы и одеяния взметнулись, уподобив его свирепому призраку, стоящему во мраке.
— Секта Цинсяо ещё смеет мстить Мне?! Ли Цинцю сам привёл людей?! — грозно спросил Чжао Чжи.
— Нет, это была старшая ученица Ли Цинцю, Сюй Нин.
— Прекрасно! Очень хорошо! Великие школы из числа трёх сект основания династии, гремевшие на всю Поднебесную, оказались не в силах сладить с какой-то женщиной!
Чжао Чжи рассмеялся, и смех его с каждым мгновением становился всё мрачнее.
Господин Сюань заговорил: — Государь, три секты основания династии хоть и находятся в Центральной провинции Чжунтянь, но отстоят от города Чжэньян на сотни ли, и сейчас нам не до расправы с ними. Мы обязаны собрать все силы, чтобы сначала разбить стоящее под стенами войско семи областей. На сей раз вступить в бой придётся и государю, и вашему покорному слуге: настал черёд привести в действие Великий замысел Восполнения Небес, медлить больше нельзя!