С наступлением темноты Су Силин вернулась во двор к Чжу Янь и застала её за каменным столом. Одинокая масляная лампа освещала вуаль хозяйки и тонкие черты её лица.
Чжу Янь подняла взгляд, увидела подошедшую Су Силин и спросила:
— С неприятностями Секты Цинсяо разобрались?
Су Силин опустилась напротив неё с несколько отрешённым видом. Взяв чайник, она налила себе пиалу чая.
Видя её такой потерянной, Чжу Янь нахмурилась и спросила:
— Что-то случилось?
Су Силин глубоко вздохнула, посмотрела на Чжу Янь и спросила:
— Госпожа, правда ли на свете существуют люди, практикующие путь бессмертия? При императорском дворе чиновники ищут заклинателей, да и в мире ходит немало диковинных историй о бессмертных искусствах…
Огонь лампы озарял растерянность на её лице: Су Силин никак не могла забыть, как Ли Цинцю истребил Семь Исчадий Демонических Врат, а затем, ступив на орла, взмыл в поднебесье.
Она была не в силах постичь мастерство Ли Цинцю — оно целиком выходило за рамки боевого Дао, и на ум приходили лишь бессмертные из древних преданий.
Чжу Янь тихо ответила:
— Мир велик, и в нём случается всякое. Есть ли на свете бессмертные — я и сама не знаю. Но заклинатели при императорском дворе — сплошь шарлатаны, что напускают туману и корчат из себя духов и демонов. Именно эти паразиты ввергли Династию Великой Ли в годы смуты и едва не разрушили державу.
Су Силин помедлила мгновение и рассказала всё, что видела и слышала за день.
Выслушав её, Чжу Янь погрузилась в молчание. Госпожа и служанка сидели, глядя друг на друга без единого слова.
За оградой двора поднялся шум: ученики Секты Цинсяо возвращались из-под горы. Все они были возбуждены и наперебой обсуждали сегодняшнюю грозную битву. Чаще всего звучало имя Сюй Нин, о Ли Цинцю же не упоминали вовсе.
Чжан Юйчунь уже предупредил учеников: о главе говорить можно, но только за закрытыми дверями — всё-таки на горе гости.
В другом гостевом дворе.
Ку И стоял подле Янь Ланя, сгорая от беспокойства. Он уговаривал его уже долго, но Янь Лань так и не соглашался спуститься с горы.
Услышав шум за двором, Янь Лань сказал:
— Спустимся завтра. Даже если уезжать, нужно попрощаться с главой Ли — таково приличие.
Он не стал рассказывать Ку И и Ку Эру об увиденном поразительном зрелище: во-первых, не был уверен, не привиделось ли ему всё это, а во-вторых, считал, что это нельзя разглашать.
Если Ли Цинцю и вправду скрывающийся от мира бессмертный, то, дойди весть до императорского двора, к нему наверняка потянутся многие.
И особенно его отец-император.
Услышав разговоры во дворе, Ку И нахмурился, охваченный тревогой и сомнением.
Семь Исчадий Демонических Врат объявились — и Секта Цинсяо всё равно сумела одержать полную победу?
Он не смел терять бдительность: а вдруг Семь Исчадий Демонических Врат проникли в Секту Цинсяо? Этой ночью ему следовало держать строжайшую боевую готовность.
Во Дворе Линсяо.
Ли Цинцю вышел, толкнув дверь. Напевая себе под нос, он пребывал в отличном расположении духа и не удержался от того, чтобы снова вызвать оповещение и полюбоваться им.
【Ввиду того, что Секта Цинсяо пережила бедствие и никто не погиб, ты получаешь одну возможность Благодатной удачи】
У него оставалось ещё две возможности Наследия — они сработали, когда ученик нашёл Священное знамение, а Цзян Чжаося уничтожил Секту Цин.
Он собирался открыть их все завтра разом и посмотреть, насколько щедрым окажется сюрприз.
Он подошёл к длинному столу во дворе и сел, ожидая возвращения Чжан Юйчуня и остальных.
Истребив Семь Исчадий Демонических Врат, он некоторое время наблюдал за обстановкой и покинул склон лишь тогда, когда убедился, что Сюй Нин больше ничто не угрожает.
С навыками Сюй Нин никто из Семи Исчадий Демонических Врат поодиночке не был ей соперником; Ли Цинцю опасался лишь их совместного удара, из-за которого она могла пострадать. Оставить ей одного мастера для тренировки было в самый раз.
О том, что сегодня он сразил врагов, стоя на спине Сяо Ба, Ли Цинцю совершенно не беспокоился: даже если это разойдётся, он не боялся — видеозаписей в подтверждение ни у кого нет, да и мало ли в Поднебесной людей, сочиняющих о себе небылицы. У края Горного хребта Тайкунь и вовсе сыскалась группировка, чей главарь уверял, будто отмечен милостью речного божества и способен видеть призрачные тела.
Сколько группировок и знатных семей заявляют, что владеют магическими искусствами, мороча голову простолюдинам, утверждая свой авторитет и приумножая славу!
Если уж обманщики ничего не боятся, то чего опасаться настоящей Секте бессмертных?
Ли Цинцю всего лишь хотел развиваться не спеша и основательно. И к набору учеников нельзя подходить без разбору — в конце концов, их нужно кормить.
Пока он сидел во дворе, Ли Дунъюэ и Ли Сыцзинь быстрым шагом вошли внутрь и направились к нему.
— Старший брат, с неприятностями у подножия покончено. Второй Старший Брат с людьми хоронит убитых, Сюй Нин и старейшина Ян остались при них.
Подойдя к Ли Цинцю, Ли Дунъюэ негромко доложила об этом.
Ли Сыцзинь была не столь сдержанна: она подскочила к Ли Цинцю сзади, обеими руками схватила его за плечи, принялась изо всех сил трясти и без умолку затараторила:
— Старший Брат-Наставник, тот приём, что ты сегодня показал, — это Искусство Управления Мечом Третьего старшего брата или Искусство управления мечом Тайцзюэ? И ещё, как ты умудрился стоять на спине Сяо Ба? Скорее научи меня, я тоже хочу сделать Сяо Цзю своим ездовым зверем!
Ли Цинцю покорно сносил её тряску и лишь проворчал:
— Сяо Цзю ведь куда меньше Сяо Ба. Не боишься свалиться?
Ли Дунъюэ улыбнулась и, чтобы не мешать их возне, направилась к кухне — собрать ужин для Чжан Юйчуня и остальных, чтобы снести вниз к ночи.
От Секты Цинсяо до подножия путь был неблизким и ухабистым, но с тех пор как проложили тропу, ученики поднимались и спускались гораздо быстрее. Даже глубокой ночью доставить еду стало нетрудно — стоило лишь запастись факелами да фонарями.
Ли Цинцю усадил Ли Сыцзинь рядом и попросил рассказать, как ученики показали себя перед лицом великих сект.
После его ухода ученики Секты Цинсяо дали врагам ещё один бой: они наголову разгромили сброд союзных банд, перебив не одну сотню противников.
Без трёх великих сект в роли главной силы те группировки и внимания не стоили — обычные негодяи, привыкшие притеснять простой народ.
Ли Цинцю внимательно слушал и был весьма доволен тем, как прошла эта битва.
По крайней мере, все ученики получили возможность закалки.
После этого сражения на некоторое время должно было установиться затишье.
Когда вернутся Цзян Чжаося, Ли Сыфэн и остальные, Ли Цинцю собирался оставить их в секте — так боевой силы станет больше.
Будь здесь Цзян Чжаося, Ли Цинцю и вовсе не пришлось бы спускаться: объединившись с Сюй Нин, тот наверняка смог бы уничтожить Семь Исчадий Демонических Врат прямо у подножия горы.
А ещё У Маньэр: пусть его культивация росла не столь быстро, природная одарённость в боевых искусствах была исключительной. С третьим слоем Сферы Вскармливания Начала ни один боец из Семи Исчадий Демонических Врат один на один не выстоял бы против него.
Размышляя так, Ли Цинцю решил, что Секта Цинсяо уже прочно встала на ноги, а теперь ему следует подумать о воспитании учеников второго поколения.
Помимо Сюй Нин, требовалось вырастить среди учеников второго поколения нескольких, способных действовать самостоятельно. Цинь Е и Сюэ Цзиню пока недоставало мастерства.
Вот только Юань Ли был ещё мал, да и вопрос о том, как пробудить Нерушимое Тело Тирана, всё ещё оставался трудной задачей.
Когда Ли Сыцзинь пошла помогать Ли Дунъюэ, Ли Цинцю в одиночестве пригубил вино и мысленно вздохнул:
«Небеса, пошлите мне ещё одного гения под стать Нин-эр».
В эту ночь во всех дворах Секты Цинсяо ярко горели огни. Снегопад понемногу слабел — эта зима, похоже, подходила к концу.
……
Луна зашла, взошло солнце. В полдень следующего дня Янь Лань пришёл к горным вратам, желая навестить Ли Цинцю. Он подождал немного и лишь тогда получил дозволение войти во Двор Линсяо.
Ли Цинцю с самого утра отправился принять награды за передачу наследия и получил Базовый свод магических массивов и Божественное Заклятие Горного Владыки.
Базовый свод магических массивов содержал методы практики и создания всевозможных базовых массивов. Эти знания прочно запечатлелись в памяти Ли Цинцю и пришлись ему по душе. Он собирался записать их и посмотреть, нет ли среди учеников склонных к их освоению.
Божественное Заклятие Горного Владыки было магическим искусством: оно позволяло воплотить в бою божественное тело Горного Владыки. Горный Владыка — это тигр, проживший в глухих горах сотню лет. Судить о силе этого искусства было пока трудно, но, судя по памяти о наследии, божественное тело Горного Владыки выглядело настолько устрашающе, что у простого смертного при одном взгляде на него наверняка подогнулись бы колени.
Оба этих наследия пришлись Ли Цинцю по душе, особенно Базовый свод магических массивов. Ну какая же секта бессмертных обходится без магических массивов?
В благодушном настроении он велел Юань Ци позвать Янь Ланя и двоих его спутников, ожидавших у горных врат.
Сюй Нин сидела справа от Ли Цинцю, Юань Ли — слева. Втроём они ждали обеда.
Ли Цинцю повернул голову и посмотрел на Юань Ли. Культивационный потенциал этого мальчишки сполна оправдывал статус нижайшего: даже побывав в подземном духовном озере, он так и не достиг первого слоя Сферы Вскармливания Начала.
Похоже, пока не пробудится Нерушимое Тело Тирана, гением пути бессмертных ему не стать.
Вскоре Юань Ци привёл Янь Ланя, Ку И и Ку Эра.
Янь Лань подошёл к столу, поклонился Ли Цинцю, сложив кулак в ладони, и с улыбкой произнёс:
— Глава Ли, я пришёл попрощаться с вами.
Увидев, как Янь Лань кланяется, Ку И и Ку Эр нахмурились, охваченные недоумением.
Хоть Его Высочество и был приветлив с людьми, далеко не каждый удостаивался того, чтобы он первым поклонился, а уж тем более согнулся в поясном поклоне.
Ли Цинцю взглянул на Янь Ланя и с улыбкой спросил:
— Почему бы не погостить ещё несколько дней? Скоро Праздник весны.
— Не стоит, не стану больше вас стеснять. Покинув гору, я первым делом отправлюсь в резиденцию губернатора: новый наместник из одного рода с моей матерью. Я попрошу его позаботиться о Секте Цинсяо — в знак благодарности главе Ли за спасение моей жизни.
Янь Лань покачал головой, мягко отклоняя предложение.
«За спасение жизни?»
В глазах Сюй Нин мелькнуло недоумение. Неужели Семь Исчадий Демонических Врат пришли за ним?
Сила Семи Исчадий Демонических Врат и Дянь Мина по прозвищу Сабля Абсолютной Крови заметно превосходила мастеров тех сект, да и шли они не заодно: те мастера мира боевых искусств и сами перепугались силы Дянь Мина.
Ли Цинцю понял, о чём речь, и сказал:
— Не назвал бы это спасением. Просто они вторглись на земли Секты Цинсяо да ещё и посмели поднять руку на моих учеников.
Что до Янь Ланя, Ли Цинцю вовсе не заискивал перед ним — обычно они и виделись-то редко. Даже случайно спася Янь Ланю жизнь, он не предъявлял никаких особых требований.
Разумеется, если Янь Лань твёрдо вознамерился отблагодарить, он не стал бы отказываться.
В землях Гучжоу наместник — всё равно что местный царёк. Если заручиться его покровительством, Секте Цинсяо впредь было бы куда сподручнее вести дела.
В будущем многое придётся поручать ученикам. А ученики не обладали его культивацией и неизбежно сталкивались бы с препятствиями.
— Как бы то ни было, не вмешайся вы — мне вправду было бы не избежать беды. Кроме того, я хотел бы обратиться к вам с одной просьбой.
— С какой же?
— Я хочу отправить своего сына в Секту Цинсяо учиться боевым искусствам. С малых лет он смышлён: в два года уже читал, в три постигал воинское ремесло. Мастера Стражи Защиты Небес в один голос называют его непревзойдённым талантом. Его появление не уронит доброго имени Секты Цинсяо. Глава может считать его самым обычным учеником и распоряжаться им как заблагорассудится.
Янь Лань произнёс это с искренней серьёзностью, затем помолчал и продолжил:
— Когда придёт время, я велю Ку И и Ку Эру лично доставить его сюда. Они останутся при секте, и вы сможете давать им любые поручения.
Ку И и Ку Эр страшно побледнели и поспешили отговорить Янь Ланя, но увы — переубедить его им так и не удалось.
Ли Цинцю поначалу тоже хотел отказаться, однако Янь Лань был непреклонен и даже готов был пасть на колени ради сына, так что вопрос пришлось окончательно решить.
Когда они спустились с горы, Ли Цинцю задумался: если Янь Лань сказал правду, уж не настоящий ли этот мальчик непревзойдённый гений?
Янь Лань не походил на любителя хвастаться.
Не прошло и двух дней после того, как троица гостей покинула гору, как Цзян Чжаося с остальными и Ли Сыфэн со своими людьми неожиданно вернулись вместе. Ли Цинцю вышел встретить их лично: помимо заботы о младших соучениках, ему хотелось взглянуть, как же выглядит то Священное знамение.