Цинь Е не стал ничего утаивать и рассказал все как было. Закончив, он с виноватым видом произнес: «Покоряющий Демонов Шест Воинств слишком свиреп, им трудно сдерживать силу. Даже если вырвется хоть малая толика мощи, это ранит противника. Впредь я больше никогда не стану использовать это искусство шеста в поединках с собратьями по секте».
Ли Цинцю с невозмутимым лицом спросил: «Насколько тяжело он ранен?»
«Лицо распухло».
«Тогда извиниться и впрямь необходимо. Разве можно бить по лицу? Ранил бы ты его в другое место, он смог бы прикрыть увечье одеждой. А если задел лицо, его наставник непременно обо всем узнает».
Слова Ли Цинцю ошеломили Цинь Е: об этом он как-то не подумал. Услышав это от наставника, юноша почувствовал себя еще виноватее.
Ли Сыфэн, все еще стоявший в наказание, ехидно усмехнулся: «А Третий старший брат ох как мелочен! Пропал ты с концами. Неровен час, Третий старший брат сам к тебе явится — лично отомстить за своего ученика».
Услышав это, Цинь Е ничуть не испугался, а лишь со всей серьезностью ответил: «Я готов понести наказание от третьего младшего дяди-ученика».
Ли Сыфэн скривился и проворчал себе под нос, что парень явно не дорожит жизнью.
Выяснив причину, Ли Цинцю не придал этому особого значения и произнес: «Раз уж поединок предложил он сам, твоей вины тут нет. Впредь просто будь сдержаннее. Третий младший брат по натуре горд и уж точно не станет чинить тебе неприятностей, но вот Сюэ Цзинь наверняка явится снова, дабы вернуть утраченное лицо. Тогда-то и будь осмотрительнее».
В воинских поединках увечья неизбежны, и Ли Цинцю искренне не считал это чем-то из ряда вон выходящим — нельзя же вовсе запретить ученикам мериться силами.
Цинь Е одержал верх, однако наставник не стал его хвалить: он и сам понимал, что юноше необходимо обуздать свое искусство шеста, ведь прочие ученики отнюдь не столь крепки на удар, как Сюэ Цзинь.
Услышав это, Цинь Е все еще колебался и даже предложил пойти повиниться перед третьим младшим дядей-учеником, но Ли Цинцю попросту отвесил ему пинка, отправив в полет.
«Мало тебе проблем?! А ну проваливай отсюда!» —
в сердцах бросил Ли Цинцю. Цинь Е отлетел на два чжана и замер, лишь врезавшись в стену.
Оказавшись в углу у стены, Цинь Е почувствовал, как внутри все переворачивается, а тело пронзила тупая ломота. Втайне поразившись мощи наставника, он поспешно поднялся на ноги и откланялся.
Ли Сыфэн повернул голову к Ли Цинцю и цокнул языком от изумления: «Старший Брат-Наставник, неужто искусство шеста, переданное У Баоюем, столь грозно? А ведь это дурной знак: Секте Цинсяо нужно собственное боевое искусство, чтобы превзойти Покоряющий Демонов Шест Воинств».
«Хм! Ты сначала за собой следи, а ну стой смирно!» —
холодно бросил Ли Цинцю. Подойдя к Ли Сыфэну, он отвесил ему увесистый пинок под зад. В то же мгновение острая боль пронзила тело, Ли Сыфэн переменился в лице и едва не рухнул на колени.
В этом ударе ци преобразовалась во внутреннюю силу, которая воздействовала на болевые точки на ноге Ли Сыфэна, причиняя ему нестерпимую боль.
«Будешь еще притеснять учеников?»
«Я лишь попросил его провести занятия вместо меня! Разве это притеснение?»
«А он мог тебе отказать?»
«Ну... не то чтобы не мог...»
Ли Цинцю отвесил ему еще один пинок. Ли Сыфэн, перекосившись от боли, зашипел сквозь зубы и принялся торопливо просить прощения, заверяя, что больше ни за что так не поступит.
…
На закате во дворе сидел за столом юный Бай Нинэр. Подперев щеку рукой, он рассеянно смотрел на далекие горы, ни о чем не думая.
Один из учеников быстрым шагом вбежал во двор, держа в руках четырех диких зайцев. Подойдя к столу, он с улыбкой объявил: «Ху Фэн! Сегодняшняя добыча — четыре зайца, каждый весом по пять цзиней».
Бай Нинэр очнулся от раздумий. Взяв кисть, он принялся заносить запись в лежащую перед ним книгу учета, попутно ворча: «Опять зайцы? Ты что, решил переловить в горах всех до единого?»
«Горный хребет Тайкунь огромен, зайцев тут вовек не переловишь! Если закончатся здешние, из других мест набегут щипать траву. К тому же, когда подают крольчатину, я не замечал, чтобы твои палочки простаивали без дела!» —
огрызнулся Ху Фэн. Но, заметив, как Бай Нинэр черточка за черточкой отмечает его вклад, тут же довольно заулыбался.
«Свяжи их покрепче, прежде чем уйти», —
напомнил Бай Нинэр. Ху Фэн понятливо кивнул, отнес добычу за спину юноши и оставил ее там. В этом дворе уже громоздилось немало цветов, фруктов и дичи — плодов трудов учеников секты.
В обязанности Бай Нинэра входило ежедневно вести всему этому учет: благодаря записям рвение учеников не угасало.
Когда Ху Фэн ушел, Бай Нинэр опустился грудью на стол и тяжело вздохнул.
И когда только кончится такая жизнь?
С малых лет обученный грамоте и к тому же слабый телом, он был приставлен к этому делу старшим братом. Впрочем, главная причина крылась в том, что сам старший брат хотел выкроить побольше времени для тренировок. Но поскольку тот всегда заботился о нем, отказать Бай Нинэр попросту не мог.
Теперь же, за вычетом утренних упражнений, он проводил в этом дворе большую часть дня, изнывая от скуки.
Едва юноша вздохнул, до его носа донесся едкий запах мочи, заставив сморщиться. Ему даже оборачиваться не требовалось, чтобы понять: какой-то дикий кабан справил нужду.
Ему оставалось дождаться, пока другие ученики унесут добычу, а затем вымести двор — и лишь тогда сегодняшняя служба будет окончена.
Мясо вепря за обедом казалось отменным, но живых свиней он терпеть не мог: грязные, вонючие, да еще и вечно хрюкают.
Секта Цинсяо принадлежала к миру боевых искусств, поэтому потребность в мясе была велика. На охоту отправлялось немало учеников, и добыча шла каждый день. К тому же Чжан Юйчунь при каждой поездке вниз закупал вяленое и соленое мясо, да и деревенские жители у подножия порой выменивали мясо на зерно. Так что ученики Секты Цинсяо пусть и не ели мясо до отвала каждую трапезу, но отведать его могли ежедневно.
Только поднявшись на гору, он был поражен столь благополучной жизнью, однако со временем перестал ею довольствоваться и захотел большего: он жаждал изучать боевые искусства.
Вспоминая былое, Бай Нинэр коротал время.
Когда уже почти стемнело, во двор наконец вошли пятеро учеников. Увидев их, Бай Нинэр радостно вскрикнул, быстро собрал книги со стола и выбежал со двора.
Пятеро учеников, уже привыкшие к подобному, без лишних слов принялись разбирать скопившуюся во дворе дичь и припасы.
Выбравшись наружу, Бай Нинэр вприпрыжку припустил вверх по склону. Сегодня вечером он решил схалтурить, а двор вымести завтра на рассвете: в одиночку убираться было тяжело, так что он намеревался пожаловаться старшему брату и попросить его вместе с ним привести двор в порядок.
«Юноша впереди, постой, пожалуйста!»
Сзади раздался женский голос. Бай Нинэр остановился и обернулся: по горной тропе поднимались две женщины.
Впереди шла девушка в зеленом одеянии. Была она хрупкой и миниатюрной, на первый взгляд лет пятнадцати-шестнадцати, с миловидным, тонким личиком и двумя заплетенными косичками. Увидев ее, Бай Нинэр просиял.
Шедшая следом незнакомка облачилась в просторное белое платье; лицо ее скрывала легкая вуаль, а за плечами висел длинный деревянный ящик. Стан ее был исполнен благородства и грации, а ясные очи пленяли взор. Она шла позади служанки в зеленом, но всем своим видом выдавала в себе госпожу.
Гостьи из-под горы?
Бай Нинэр с любопытством оглядел их, не испытывая ни малейшей тревоги: стоило ему крикнуть, как сбежались бы другие ученики. Да и злодейками эти женщины вовсе не казались — скорее уж, не способны были и курицу обидеть.
Когда женщины подошли ближе, Бай Нинэр спросил: «Кто вы такие?»
Девушка в зеленом с улыбкой ответила: «Меня зовут Су Силин, а моя госпожа носит фамилию Чжу. Мы пришли по рекомендации Лю Фаньчжоу, чтобы обсудить одно дело с вашим главой. Не проводишь нас?»
Она была едва ли выше четырнадцатилетнего Бай Нинэра, поэтому тот не испытывал к ней особой настороженности.
«Богач Лю? Он великий благодетель! Эту горную дорогу как раз по его приказу вымостили. Пойдемте, скоро трапеза, так что главу найти будет несложно».
Бай Нинэр охотно согласился, поманил их рукой и зашагал впереди, указывая путь.
Су Силин и девушка в белом последовали за ним. Служанка, которой явно было любопытно все, что связано с Сектой Цинсяо, принялась расспрашивать юношу.
Вопросы ее касались сущих пустяков: спокойно ли здесь живется, часто ли наведываются люди из мира боевых искусств, не захаживают ли на гору разбойники — и Бай Нинэр охотно отвечал на все по порядку.
По дороге им встречались другие ученики Секты Цинсяо. Все с любопытством спрашивали, кто эти незнакомки, но стоило Бай Нинэру назвать имя Лю Фаньчжоу, как вопросы отпадали, и путь никто не преграждал.
Спустя время, за которое сгорает одна палочка благовоний, они поднялись в самый верхний двор. Увидев Ли Цинцю, сидевшего за длинным столом, Бай Нинэр подбежал к нему и представил обеих гостий.
«Спасибо за труды. Поужинай сегодня здесь, найди себе место».
Ли Цинцю протянул руку, потрепал Бай Нинэра по макушке и с улыбкой произнес эти слова, после чего поднялся и направился навстречу Су Силин и ее спутнице.
Бай Нинэр просиял от радости и с глуповатой улыбкой потер голову.
Ли Цинцю, повернувшись к нему спиной, открыл Панель Наследия и удовлетворенно усмехнулся, заметив, что показатель верности этого Счастливчика поднялся на единицу.
Детей так легко растрогать.
Подойдя к гостьям, Ли Цинцю с улыбкой предложил: «Коль скоро вас направил брат Лю, не пройти ли нам в дом для беседы?»
Су Силин кивнула, и обе женщины проследовали за Ли Цинцю в недавно возведенный главный зал усадьбы, двери которого были распахнуты настежь.
Едва Ли Цинцю опустился на стул, как Су Силин подошла ближе, достала из рукава парчовый мешочек, положила его на стол и развязала шнурок, обнажив блеск золота, серебра и драгоценностей.
«Моя госпожа слышала от Лю Фаньчжоу, что Секта Цинсяо — место тихое и далекое от мирской суеты. Мы хотели бы пожить здесь года два и не собираемся жить и есть даром», —
вполголоса проговорила Су Силин. Столь прямодушные речи заставили Ли Цинцю невольно взглянуть на девушку в белом.
Та, не снимая заплечного деревянного ящика, хранила молчание и лишь спокойно смотрела на него.
Ли Цинцю не стал спешить с согласием, а вместо этого поинтересовался: «Позвольте спросить, барышни, отчего возникла нужда в крове? Секта Цинсяо и впрямь место тихого самосовершенствования, а потому лишних хлопот мы избегаем».
Су Силин ответила: «Двор развернул масштабный поход на мятежников, и повсюду сейчас неспокойно. Лишь на Горном хребте Тайкунь царит относительный мир. Моя госпожа — известная в Гучжоу особа по имени Чжу Янь, и распри ей претят. Вы наверняка слышали ее имя».
Ли Цинцю и вправду слыхом о ней не слыхивал: до его ушей доходили лишь вести из цзянху, а в делах ученых и литературных кругов он разбирался мало.
«Раз так, я согласен».
Поколебавшись мгновение, с улыбкой произнес Ли Цинцю, после чего поднялся, чтобы проводить их.
Выйдя из зала, он подозвал одного из учеников, велев обустроить для гостий покои.
Глядя вслед удаляющимся женщинам, Ли Цинцю невольно вздохнул про себя: поистине, мир боевых искусств не оскудевает выдающимися мастерами.
Чжу Янь только с виду казалась утонченной особой, лишенной боевых навыков, — в действительности же ее внутренняя ци не уступала той, коей обладал Янь Цзюэдин, когда только ступил на гору.
Что же до служанки Су Силин, та и вовсе поражала воображение: запас ее внутренней ци был столь глубок и мощен, что превосходил все виденное им за долгие годы, затмевая даже Люй Тайдоу из Альянса Семи Гор.
С таким мастерством неудивительно, что они благополучно поднялись на гору. Должно быть, обе владели некими тайными техниками сокрытия внутренней ци, отчего ни один ученик по дороге ничего не заподозрил.
Ли Цинцю усмехнулся и направился к столу, намереваясь наконец поужинать.
С тех пор по горным склонам нередко разносились мелодичные звуки цитры, вызывая среди учеников немало пересудов.
Узнав о прибытии Чжу Янь, Чжан Юй пришел в неописуемый восторг и захотел нанести визит, однако Су Силин не пустила его на порог.
Лишь тогда Ли Цинцю поверил, что Чжу Янь и впрямь видная особа: в этом мире тот, кто умеет играть на цитре, уже не может быть заурядным человеком. К тому же Чжан Юй всегда держался надменно, и подобную потерю самообладания Ли Цинцю видел у него впервые.