Заметив стремительно приближавшийся к нему призрачный силуэт, мужчина в шляпе-доули в испуге поспешно задействовал внутреннюю ци. С яростным рёвом он резко изогнулся, пытаясь уклониться, но лезвие перед ним всё же рассёк правое плечо — брызнула кровь.
Призрачный силуэт налетел, перехватил собственный меч и тем же движением нанёс рубящий удар.
Мужчина в шляпе-доули увернулся перекатом: клинок прошёл над самым кончиком его носа, разрубив шляпу надвое.
Но едва он приготовился к ответному выпаду, как от клинка внезапно брызнули молнии, мгновенно охватив всё его тело. Нестерпимая боль вырвала у него истошный вопль; он рухнул на землю, несколько раз перекатился и лишь затем замер.
Сюй Нин тоже остановилась и резким взмахом вниз стряхнула с клинка ци молний.
Воины Демонических Врат, увидев, как юная девушка тяжело ранила их предводителя, застыли в ужасе. Они не бросились бежать, но и не напали, а лишь ждали, когда мужчина в шляпе-доули поднимется.
Сюй Нин подошла и одним ударом снесла ему голову, а затем взглянула на уцелевших воинов. Теперь те окончательно растерялись, застыв в нерешительности.
Цзян Куотянь вместе с другими мастерами мира боевых искусств, лишёнными сил, тоже узнал Сюй Нин. Несколько месяцев назад на великом пиру в Обители Белого Императора Сюй Нин показала себя во всём блеске, и слава её затмила всех.
— Сюй Нин из Секты Цинсяо тоже здесь! Оба они необычайно искусны в боевых искусствах, у нас появилась надежда!
— Какой быстрый меч, мои глаза даже не поспевают за ним…
— Почему мне кажется, что её меч стал ещё быстрее, чем прежде?..
— Скорее смотрите, там ещё люди!
Кто-то изумлённо вскрикнул: на городской стене возникли фигуры — то были Тринадцать Мечей Ли под началом Цзян Чжаося. Они встали по обе стороны от своего предводителя; их форменные одеяния развевались на ветру, и от каждого веяло жаждой крови.
Цзян Чжаося с высоты окинул взглядом воинов Демонических Врат внизу и уже собирался отдать приказ, как вдруг увидел, что Сюй Нин с мечом бросилась на врагов первой.
Воины Демонических Врат, хоть и испугались Сюй Нин, всё же не побежали, а ринулись ей навстречу, чтобы вступить с ней в бой.
Цзян Чжаося спрыгнул со стены на землю, и Тринадцать Мечей Ли последовали за ним. Они успели сделать всего семь шагов, как Сюй Нин уже закончила бой: девять воинов Демонических Врат остались лежать в лужах крови.
Глядя, как Сюй Нин убирает меч, пленники пришли в неописуемое волнение и поспешили ей навстречу.
Сюй Нин тоже зашагала к ним, но в последний момент просто перепрыгнула через толпу и устремилась в глубь города, готовая разить врагов.
— Поистине удивительная дева, —
с чувством произнёс один старик. За десятки лет странствий по цзянху он ещё не встречал столь грозной девушки — не только владеющей высоким боевым искусством, но и действующей столь беспощадно.
Цзян Куотянь шёл вперёд и смотрел, как навстречу ему приближаются Цзян Чжаося и остальные; взгляд его был отрешённым.
Он вспомнил, как впервые увидел Цзян Чжаося: тогда тот был ещё совсем юным, а теперь вырос и возмужал. Они всегда недолюбливали друг друга, и потому при новой встрече с Цзян Чжаося Цзян Куотянь почувствовал неловкость.
Когда они разминулись, из-за спины донёсся голос Цзян Чжаося:
— Старший Брат-Наставник беспокоился о тебе, потому и велел нам прибыть пораньше.
От этих слов глаза Цзян Куотяня покраснели. Ничего не сказав, он лишь опустил голову и зашагал дальше.
К Сюйхуну наконец вернулось зрение. Глядя на распростёртые впереди тела, он с облегчением перевёл дух, но чувства его были сложными и противоречивыми.
Он хорошо помнил Сюй Нин: в тот день в Обители Белого Императора она сразила двоих глав сект, показав поразительное боевое мастерство. Прежде он уже рассчитывал, что, когда отправится на закалку в странствиях по цзянху, обязательно посетит Секту Цинсяо, дабы сойтись с ней в учебном поединке.
Теперь же стало ясно: пропасть между ним и Сюй Нин отнюдь не мала.
Из прохода городских ворот донеслись шаги, а следом раздался мужской голос:
— Наступать в установленном строю! Истинным ученикам не действовать в одиночку! Ученикам тылового обеспечения не отставать! Сначала уничтожайте врагов, затем спасайте людей!
Прежде чем Сюйхун успел повернуть голову, в шею ему вонзилась игла. Обернувшись, он увидел стоящую неподалёку женщину, чья рука всё ещё была вытянута после броска.
То была Ли Дунъюэ.
Ли Дунъюэ взглянула на него и произнесла: «Твои раны очень тяжелы. Не вынимай иглу и уходи из города».
С этими словами Ли Дунъюэ зашагала вперёд, а Лю Янь и остальные ученики, практикующие Иглы Весеннего Возрождения и Призрачного Бессмертия, последовали за ней.
Чжан Юйчунь, Ли Сыфэн, У Маньэр и Ли Сыцзинь тоже вели свои отряды в город. Их построения держались безупречно, без малейшей сумятицы, а на лице каждого из учеников Секты Цинсяо читалась суровая решимость.
Всё то, что они увидели и узнали по пути сюда, глубоко потрясло их. Каждый понимал, что после входа в город их ждёт жестокая сеча, но никто не дрогнул.
Если не истребить Демонические Врата, их оставшимся у подножия горы семьям, родичам и друзьям будет грозить смертельная опасность, и они ни за что не могли допустить подобного.
Су Силин, Ли Ян и Чжао Линлун тоже были в рядах отряда — они сами вызвались отправиться на подмогу.
— Не смей больше щадить их, как раньше. В Демонических Вратах все до единого безумны и заслуживают смерти, не давай им пощады, —
строго предостерегла Ли Яна Чжао Линлун; лицо её оставалось предельно серьёзным.
Ли Ян промолчал, но ярость в его глазах уже невозможно было скрыть.
С ранних лет он постигал боевые искусства, стремясь служить своей стране. Заслужив звание Первого воина, он тем более возложил на свои плечи бремя заботы о жизнях простого люда Поднебесной и никогда не лишал жизни даже врагов из мира боевых искусств.
Но на сей раз его переполнял гнев, а желание убивать уже невозможно было сдержать.
Бесчисленные тела за городскими стенами всё ещё стояли у него перед глазами, и ему хотелось устроить кровавую резню.
Все двести девяносто три человека из Секты Цинсяо стройными рядами вошли в город. Ни один не оглянулся назад, ступая в эту похожую на ад Управу провинции.
Дойдя до крепостного прохода, Цзян Куотянь невольно оглянулся и, глядя в спины уходящих учеников Секты Цинсяо, вновь вспомнил Линь Сюньфэна.
Он помнил слова Линь Сюньфэна о том, как тот мечтал возвеличить Секту Цинсяо и воспитать множество учеников под стать себе, дабы принести благо всей Поднебесной. Увы, необходимость разыскать жену и сына вынудила его оставить эти чаяния.
— Дорогой брат Линь, твои ученики исполнили твою заветную мечту... Почему же ты сам этого не видишь?..
Глубоко вздохнув, Цзян Куотянь отвернулся и зашагал прочь из города.
Останься он сейчас, стал бы лишь обузой; он не мог отплатить Секте Цинсяо неблагодарностью.
……
Широкая улица была устлана телами воинов Демонических Врат, а в самом конце этой череды трупов виднелся удаляющийся силуэт Сюй Нин.
Сюй Нин шла вперёд с мечом в руке и ни разу не оглянулась ещё с тех пор, как вошла в город.
— Помедленнее! Не лезь одна в опасное место!
Рядом раздался исполненный досады возглас. Король воров Чэн Цанхай легко ступал по черепичным карнизам домов, втайне поражаясь неукротимой кровожадности Сюй Нин.
Обычно эта девчонка была лишь холодна по натуре, но кто бы мог подумать, что в ней столько жажды убийства — просто мороз по коже.
Какое счастье, что они не враги.
Сюй Нин ничего не ответила, но шаг всё же замедлила. Вовсе не из страха перед Демоническими Вратами — ей просто не хотелось создавать секте лишних хлопот и заставлять старших по положению тревожиться.
— Впереди район, где Сюаньдан сражается с Демоническими Вратами, там затаилось куда больше их мастеров. Остерегайся засад поблизости, —
предупредил Чэн Цанхай, глядя вдаль; выражение его лица сделалось предельно серьёзным.
Сюй Нин чуть повернула голову в его сторону и спросила: «Ты будто бы отлично знаешь эти места. На пути, который ты указал, мне и впрямь встретилось куда больше приспешников демонов».
Чэн Цанхай самодовольно усмехнулся: «Более полумесяца назад я под покровом ночи проник сюда и разузнал обстановку. Я знаю, где держат жителей, и выяснил, как распределены силы Демонических Врат».
— Наставник тебя послал?
— А то как же! Твой наставник спокоен только за мой цингун.
Чэн Цанхай не упустил редкой возможности покрасоваться перед Сюй Нин и был весьма горд собой.
Сюй Нин и впрямь посмотрела на него другими глазами. Проникнуть в одиночку в эту кишащую опасностями Управу провинции... Даже у неё не было твёрдой уверенности, что удастся уйти невредимой. Титул Короля воров поистине принадлежал ему не зря.
С тех пор как Ли Цинцю передал Чэн Цанхаю Канон Изначального Хаоса и Искусство Быстрого Ветра, его цингун возрос многократно. Опираясь на культивацию второго слоя Сферы Вскармливания Начала, в искусстве лёгкой поступи он по праву мог считаться непревзойдённым во всём цзянху.
В этот миг Сюй Нин замерла, и Чэн Цанхай тоже остановился. Впереди, в самом конце прямой улицы, показался мастер Демонических Врат с прямой саблей в руке. Его одеяние было почти точь-в-точь таким же, как у убитого мужчины в шляпе-доули.
Пока он приближался, из прилегающих переулков один за другим выходили всё новые мастера Демонических Врат. Их становилось всё больше: облачённые во всё чёрное, в одинаковых масках злых духов, с прямыми саблями наперевес — даже средь бела дня от них веяло могильным холодом и первобытным ужасом.
Сюй Нин пристально смотрела на шедшего во главе: от него она уловила слабый намёк на опасность.
— Предоставь это мне, а сама отдохни немного.
Сзади раздался голос. Сюй Нин скользнула взглядом и увидела, что к ней подходит Цзян Чжаося, ведя за собой Тринадцать Мечей Ли.
Когда-то Цзян Чжаося спас ей жизнь, и именно он вместе с Чжан Юйчунем привёл её в Секту Цинсяо. Но стоило раскрыться её таланту, как общение между ними прекратилось: они молча соперничали друг с другом, не говоря об этом вслух, но прекрасно понимая всё без слов.
Будь на его месте кто-то другой, Сюй Нин ни за что бы не отступила — усталости она не чувствовала вовсе. Но раз уж заговорил Цзян Чжаося, она уступила дорогу: битв впереди всё равно предстояло с лихвой.
Цзян Чжаося прошёл мимо Сюй Нин, а следовавшие за ним Тринадцать Мечей Ли разом обнажили мечи.
Сюэ Цзинь уже достиг второго слоя Сферы Вскармливания Начала, да и прочие мечники Ли за долгое время тренировок обрели немалую силу. Следуя за наставником Цзян Чжаося, они не испытывали ни капли страха — лишь боевой азарт клокотал в груди.
Внезапно мастера Демонических Врат впереди ринулись на них.
Шедший впереди мастер Демонических Врат двигался с невероятной скоростью: его рывок уподобился копью, подняв видимую невооружённым глазом силу ци, а натиск оказался неудержимым.
Цзян Чжаося холодно хмыкнул, внезапно обнажил меч и метнул его вперёд: клинок с пронзительным свистом рассёк воздух над улицей, источая во все стороны Мечевую ци.
Его меч летел ещё стремительнее, чем у Сюй Нин, вынуждая мастера Демонических Врат вскинуть саблю для защиты — точь-в-точь как во время первого появления Сюй Нин в городе.
Разница была лишь в том, что этот вражеский мастер сдержать удар не сумел.
Лезвие с лёгкостью перерубило прямую саблю, а следом снесло мужчине голову. Не сбавляя скорости, меч молниеносно пронёсся сквозь ряды остальных демонических мастеров.
В следующее мгновение оружие зависло в воздухе в тридцати чжанах впереди, а за ним мастера Демонических Врат один за другим, брызжа кровью, повалились на камни, словно живая волна.
Один удар меча сразил сорок три воина Демонических Врат!
При виде этой картины у Тринадцати Мечей Ли перехватило дыхание, а в глазах вспыхнул неистовый восторг.
У наблюдавшего с крыши Чэн Цанхая нервно дёрнулось веко — признаться, он впервые видел Цзян Чжаося в бою.
Какое жуткое мастерство меча!
Сюй Нин скользнула взглядом по стене двора вдоль улицы: на ней виднелись трещины, оставленные Мечевой ци.
Цзян Чжаося двинулся дальше, остальные шли следом. Чжан Юйчунь, Ли Дунъюэ и прочие мастера с учениками держались чуть позади, не слишком отставая от авангарда.
У Маньэр и Ли Сыфэн замыкали шествие позади всех учеников, оберегая тыл от внезапного нападения.
Подойдя к своему мечу, Цзян Чжаося поднял руку и перехватил парящий в воздухе клинок. Но в ножны его не убрал, а лишь остановился на месте.
— Слава Секты Цинсяо воистину заслужена... Не зря трое защитников и Семь Злыдней этого владыки сложили головы в Секте Цинсяо.
Хриплый голос эхом раскатился над улицей — то был сам Демонический Император.
Едва смолкли эти слова, как со всех сторон из дворов начали выпрыгивать фигуры. Их число стремительно росло, отчего лицо Чэн Цанхая переменилось, и он мгновенно подобрался для боя.