Преодолев за двенадцать часов около пятидесяти километров вдоль реки, группа Хванина устроилась на ночлег на берегу.
Окружающий пейзаж оставался неизменным.
Река, еще недавно мутная из-за ливней, вернула себе первозданную прозрачность и теперь величаво катила свои воды сквозь густые лесные дебри.
Как только место для лагеря было выбрано, женщины принялись за дело: одни суетились, обустраивая спальные места, другие отправились на поиски хвороста для костра.
К тому времени, как приготовления были завершены, солнце уже готовилось скрыться за горизонтом.
— Сестренка, я голодна~.
— Почти готово, потерпи еще немного.
На ужин были остатки жареного ягуара, картофель-батат, найденный по пути, запеченный скунс и фирменное острое мясное рагу от Рюхи.
Возможно, из-за близости реки ночью стало довольно прохладно, но горячая похлебка быстро согрела тела.
Квек, квоэк.
Видимо, «Заначке» пришелся по вкусу нежный картофель-батат: съев свою порцию, зверек начал заглядываться на долю Хванина.
Хванин, отдавший свою порцию «Заначке», прислушался к разговорам женщин, доносившимся до его ушей.
— Эй, слушайте. Как будем делить ночное дежурство?
— Наш спаситель должен отдыхать, так что… может, по два часа?
— Мы с сестрой не умеем сражаться. Если случится внезапное нападение, мы даже не успеем никого разбудить, просто погибнем.
— Эфнис права, в одиночку опасно. Лучше пусть дежурят парами: я с Хуини, а Эфнис с Эннил — по четыре часа каждая.
Наблюдая за тем, как женщины сами распределяют очередь караула во время ужина, Хванин положил картофель-батат перед «Заначкой» и заговорил:
— Рюхи и Хуини возьмут первую смену по два часа, Эфнис и Эннил — вторую. Четыре часа в середине ночи я возьму на себя.
— О…
— Вы прошли двенадцать часов с десятками килограммов груза на плечах. Вы устали, вам нужен полноценный отдых.
Женщины хотели помочь Хванину, взяв дежурство на себя, но, столкнувшись с его непреклонным решением, были вынуждены уступить.
Еды вдоволь, готовят за него, груз несут — по сравнению с тем, как он в одиночку прорывался сквозь джунгли, переправлялся через реки и продирался через лесные чащи, нынешний график был до смешного легким.
К тому же обычные звери больше не могли вызвать у Хванина того самого восторга. В ситуации, когда всё сводилось к сухой, механической резне и убийствам, избыток сна мог сыграть злую шутку…
«Чутье притупится».
Утолив голод ровно настолько, чтобы не чувствовать слабости, Хванин взял копье и приступил к тренировке.
Пусть его программа состояла лишь из выпадов, диагональных, горизонтальных и вертикальных ударов, Хванин, свято веривший в важность базовой техники, молча и упорно рассекал копьем воздух.
— …
Хуини, поглядывая на сестер, робко взяла железное копье и начала неуклюже повторять за ним, но Хванин не обращал на это внимания, полностью сосредоточившись на своих упражнениях.
Спустя два часа, когда тело разогрелось до предела, Хванин смыл пот в ледяной речной воде, от которой по коже бежали мурашки, а затем, ведя себя совершенно непринужденно, позвал Эфнис и занялся с ней любовью.
Секс на глазах у троих зрителей смутил Эфнис, но вскоре, захлестнутая волной наслаждения, она забыла об окружающих и, выгибаясь в объятиях Хванина, зашлась в истомных стонах.
После Эфнис к нему потянулись Хуини, Эннел и даже Рюхи, в чьих глазах читалась робкая надежда.
— На природе — только по одной за раз.
Услышав слова Хванина, женщины, лишь теперь осознавшие, где именно они находятся, густо покраснели и отступили.
Первый день в лагере прошел без происшествий.
Второй день прошел в том же духе: они двигались вдоль извилистого русла реки, а ночью Хванин взял Хуини. На третий день график повторился, и ночью он был с Эннел.
Женщины начали проявлять беспокойство лишь в обед четвертого дня.
— Наш спаситель…
Рюхи подошла к нему, явно колеблясь, стоит ли говорить об этом, и Хванин спросил, в чем дело.
— Мне кажется, мы ходим кругами… Н-нет, конечно, я не сомневаюсь в вас! Просто… кажется, я уже видела это место вчера…
Ее тон был донельзя осторожным, словно она общалась с младенцем.
Глядя на остальных, Хванин понял, что они думают так же — на их лицах читалась та же тревога, что и у Рюхи.
— …
Хванин с самого начала впитывал в себя каждую деталь окружающей среды. Еще во время занятий бушкрафтом с отцом он усвоил, что анализ местности — кратчайший путь к выживанию.
В его памяти не было ни единого случая, когда пройденный ими путь дублировался.
Да, пейзаж был похож, но если следовать логике движения вдоль русла реки, иного быть не могло.
«Кстати говоря…»
Слушая сбивчивые объяснения женщин, он вспомнил несколько ключевых слов.
Лабиринт. И блуждание.
Сначала, услышав, что они блуждали по лесу, он подумал, что они просто заблудились, как обычные новички.
Ведь именно это чаще всего случается с теми, кто недооценивает лес и заходит в него без подготовки.
Он позвал остальных женщин и спросил, разделяют ли они мысли Рюхи.
— Да… я тоже чувствую это со вчерашнего дня.
— Кажется, мы постоянно видим одно и то же…
— Тот камень! Я видела этот камень вчера!
Хванин взял Хуини за плечи — та с тревогой указывала пальцем на самый обычный камень — и тихо, низким голосом спросил:
— Успокойся, сделай глубокий вдох и хорошенько подумай. Ты уверена, что видела этот камень вчера?
=…….=
— Камни все на одно лицо. Нужно запоминать не только их, но и изгибы реки, что течет рядом, и очертания лесной опушки. Спрашиваю еще раз: ты действительно видела этот камень вчера?
=……Не, не знаю……. Но мне кажется, что видела…….=
Поскольку вопрос задал их спаситель, девушки, не чувствуя никакого сходства в пейзаже — для них это было не дежавю, а просто блуждание по кругу, — лишь слабо настаивали на своем: «вроде бы», «показалось».
«Может, в растениях, которые они ели, были галлюциногенные или психотропные вещества?»
Он покачал головой. Все пятеро ели одно и то же, так что если бы начались галлюцинации или помутнение рассудка, это коснулось бы и его.
В конце концов…
«Если предположить, что это место — лабиринт, то долгое пребывание в нем неизбежно ведет к снижению рассудка и способности здраво мыслить из-за его специфической атмосферы».
Возможно, именно благодаря пробужденной способности управлять душами у него выработался иммунитет к подобным эффектам.
Такое объяснение проливало свет на то, почему потерпевшие кораблекрушение девушки так долго плутали по лесу, и на те странные ощущения, что возникали у него самого при выходе из джунглей.
Стоило ему подробно изложить свои мысли, как в глазах девушек вспыхнуло понимание.
=Вау, значит, то, что мы блуждали по лесу, было влиянием лабиринта?=
=А. Помню, читала об этом в книге.=
— О чем там говорилось?
=О том, что лабиринт заманивает людей и пожирает их. Там было написано, что пробужденные еще могут сопротивляться, но для обычных людей это смертельно.=
После слов Эфнис доверие девушек к Хванину стало еще крепче.
А когда Эннель продолжила разговор, девушки задрожали и начали смотреть на Хванина, как цыплята на наседку.
=Значит, нам с самого начала суждено было умереть. И эта судьба изменилась, только когда мы встретили нашего спасителя.=
=Лабиринт такой страшный…….=
=Простите, что расстроили вас своими разговорами, спаситель. Впредь мы будем молчать и следовать только за вами.=
Непонятно, успокоились они или просто приободрились.
Убедившись, что тревога в глазах девушек заметно улеглась, Хванин задумался над парой проскользнувших слов.
«В общих чертах понятно, но в будущем нужно будет разобраться с этим подробнее».
Поскольку он не доверял им до конца, то решил скрыть важную информацию, касающуюся его личности.
В дальнейшем, при каждой удобной возможности, Хванин расспрашивал Эфнис о лабиринтах.
=Простите. Книги, которые доходили до нашей деревни, были в основном развлекательными, там не было ничего, что могло бы удовлетворить ваше любопытство.=
Она добавила, что даже те знания о растениях, что у нее были, она почерпнула из единственного справочника, который с трудом выпросила у родителей.
И все же кое-какую информацию удалось получить.
Эфнис обладала хорошей памятью и внимательностью, поэтому запоминала рассказы проходящих мимо торговцев, редких авантюристов и исследователей.
=Похоже, лабиринты бывают самых разных видов.=
Она рассказывала, что есть авантюристы и исследователи, которые специализируются на их изучении, а земля рядом с лабиринтами обычно плодородна, поэтому там легко возникают деревни и города.
Тех, кто прошел лабиринт, называют героями, и они становятся богачами.
В лабиринтах встречаются уникальные материалы, которые обычно очень дорого стоят.
Рюхи вступила в разговор:
=Взрослые учат детей, что лабиринт — это очень опасно. Говорят, если думать о нем, то монстр из лабиринта придет и утащит тебя, или что если играть рядом, лабиринт разинет пасть и проглотит тебя…….=
— Вероятно, это лишь способ отбить у детей любопытство. Ведь если сунуться в такое опасное место, не имея ни малейшего представления, что там ждет, смерть почти гарантирована.
=Я тоже так думаю. Из-за этого сложилось мнение, что интересоваться лабиринтами — плохо, поэтому мы мало что о них знаем. Есть даже жители, которые, став взрослыми, ни разу не бросили взгляд в сторону лабиринта.=
=Но, сестренка. Разве наша деревня живет не благодаря силе лабиринта? Нужно изучать эту силу, исследовать ее, а не делать вид, что ничего не происходит, и лишь понемногу пользоваться плодами — это никак не помогает развитию деревни.=
=Что поделать. Так решили старейшины деревни…….=
Хванин перевел взгляд с тихо переговаривающихся Рюхи и Эфнис на окружающую местность.
Если ориентироваться по восходу и закату солнца, то их группа неуклонно двигалась в сторону Великого озера, где обитают рогочешуйчатые киты.
Конечно, это лишь общее направление: они шли вдоль извилистой, как змея, реки, поэтому неизвестно, сколько еще дней потребуется, чтобы добраться до Великого озера.
Причина, по которой они уже пять дней подряд по двенадцать часов в сутки шли вдоль реки, заключалась в попытке найти ту самую гору необычной формы, о которой говорила Рюхи после кораблекрушения.
Ключевым моментом было то, что она видела ее «у реки».
Иными словами, если идти вдоль русла, гора должна показаться. Если же она не появится, а впереди возникнет Великое озеро, они пойдут вдоль его берега в поисках притока, где начинается другая река.
А если удастся найти приток, то нужно двигаться вдоль реки, выискивая гору, вершина которой, словно лысина, лишена растительности.
Я вспомнил разговор с Рюхи, состоявшийся перед тем, как мы покинули пещеру в горах-близнецах.
— Гора была высокой. Думаю, она была в четыре раза больше тех гор-близнецов, где вы жили, и в два раза выше горы Полумесяца. У той горы, что одиноко возвышалась над округой, на самой вершине не росло ни единого дерева, а земля и скалы там, как ни странно, были желтого цвета.
— Я слышала от странствующих торговцев, что они используют ту гору как ориентир. Если найдете её, добраться до деревни будет несложно.
— Если вы видели ту гору, то как умудрились заблудиться в лесу?
— Старшая сестра сказала, что нужно просто идти по прямой к той горе, вот мы и пошли напрямик через лес…
— Вполне логичное рассуждение. Жаль только, что результат оказался плачевным.
Было бы куда лучше, если бы воспоминания о том пути сохранились четче, но, к сожалению, из-за того, что мне пришлось пережить впервые в жизни, большая часть памяти просто стерлась.
Наш отряд, неуклонно следовавший вдоль реки, внезапно оказался в затруднительном положении.
Река, которая, казалось, должна была течь дальше, вдруг резко свернула, и русло начало постепенно идти на подъем.
В конце концов, река сузилась и вовсе оборвалась. Лес, до этого скрывавший обзор, расступился, открыв взору бирюзовое озеро и горную цепь.
«……»
Хванин был слегка ошарашен. Лес вокруг реки был довольно высоким, но он и подумать не мог, что всё это время они приближались к горам.
Озеро было узким и длинным, а горы высились прямо на противоположном берегу, образуя цепь, за которой ничего не было видно.
Особенно западная гора, перекрывавшая часть озера, мешала разглядеть панораму.
«Интересно, продолжается ли река за той горой?»
= На той стороне озера всё выглядит совсем иначе, чем здесь, правда? =
= Там вообще нет деревьев. =
Хуини и Эннель были правы.
Здесь преобладала равнина, а позади тянулся густой лес. Но на том берегу, словно ширма, высились горы в белых шапках.
То, что вместо деревьев склоны и гребни гор были плотно покрыты кустарником, а вершины, обнажая почву, частично скрывались в облаках — такое Хванин видел впервые в жизни.
Пейзаж был великолепен, словно природа Швейцарии или Норвегии, но Хванин не обращал на это ни малейшего внимания, сосредоточившись на оценке обстановки.
«……»
Как ни крути, этот ландшафт не имел ничего общего с той горой, о которой говорила Рюхи.
В тот самый момент, когда Хванин собирался направиться вместе с девушками к противоположному берегу озера, раздался звук.
Кве-кве! Кве-эк!
Услышав предупреждение «Заначки», Хванин тут же схватился за копье. Из леса, который был ни близко, ни далеко, начали выходить зеленые монстры ростом с человека.
Семь существ, похожих на помесь обезьяны и гориллы.
Атмосфера, исходившая от этих приматов, была скверной. Вид у них был такой, будто они реагируют на вторжение в свои владения.
Эфнис, дрожа при виде зеленых туш, чьи руки были в два раза длиннее ног, прошептала:
= Э-это лесные мародеры. =
— Отступите. Хуини и Эннель, пожалуйста, встаньте спиной к озеру и держите их на прицеле.
= Есть! =
= Хорошо. =
Хванин сжал древко копья так, что кожаные перчатки, сделанные Рюхи, жалобно скрипнули.
Начиная с третьего дня, он начал замечать изменения в местной флоре. А когда меняется растительность, неизбежно меняются и обитающие здесь животные.
«Не ожидал, что здесь водятся приматы».
Беглый осмотр показал, что их пальцы довольно хорошо развиты.
Судя по тому, что они не бросились в атаку сломя голову и не устроили засаду при первой встрече, этих зверей можно было назвать существами, у которых инстинкты уступают место разуму.
Хванин использовал низшую духовную сферу зверя, похожего на тапира, на которого он охотился перед тем, как добраться до бирюзового озера, чтобы наложить на себя заклинание призыва.
Сердце забилось часто и мощно, а по телу разлился жар.
Одновременно с этим, возможно, из-за эффекта призыва, запах воды стал отчетливее, и он уловил в нем примесь запаха других существ.
«Зона конфликта диких животных?»
Создав два духовных щита и приняв боевую стойку, он увидел, что полуобезьяны-полугориллы, которые до этого крались к ним, создавая гнетущую атмосферу, остановились.
«……?»
Издавая странные звуки — «уг», «уэр» — и создавая между собой напряженную атмосферу, они заставили Хванина подумать: «Неужели?»
Слишком уж удачное совпадение по времени.
Желая проверить догадку, он сжал жемчужный камешек, привязанный к браслету, который сделала Рюхи, и создал тройную духовную стрелу.
Уг-гх…
Стоило в воздухе появиться длинной и гладкой духовной стреле, как реакция приматов стала острой.
Хванин убедился, что эти обезьяны способны чувствовать духовную энергию, и выстрелил стрелой прямо им под ноги.
Па-ба-бах!
Невидимая стрела с силой взметнула землю и гравий, заставив приматов с визгом «у-хо-хо!» отпрянуть назад.
Взгляд Хванина стал тяжелым.
«Быстрее, чем я думал».
Скорость, с которой они отступали, была сравнима с бегом любого другого зверя. Если семеро таких существ набросятся со всех сторон на такой скорости…
Хванин, внимательно следя за тем, как приматы крайне настороженно наблюдают за ним, тоже начал медленно отступать.
— Придется отступить.
= Ч-что? =
— Если бы я был один, мне плевать, если бы они набросились все разом, но если хоть одна тварь нацелится на вас, я не смогу вас защитить.
Прямо рядом — озеро. Шерсть у этих зеленых приматов короче, чем у орангутанов, но всё равно довольно длинная.
Если шерсть намокнет, их движения станут медленнее, так что, если спиной встать к озеру, можно до некоторой степени компенсировать численное превосходство врага.
К тому же, если пустить в ход все свои навыки, я уверен, что справлюсь с семью особями.
Но женщины — другое дело. От этих толстых лап и туш, что в несколько раз крупнее женских, они будут либо мгновенно сбиты с ног, либо подавлены.
Зеленые монстры лишь наблюдают, как группа Хванина отступает.
Отряд поспешно вернулся тем же путем, которым пришел.