«Везде, где живут люди, одно и то же».
Хванин полагал, что раз жители Юлкама и Этбрука были такими простодушными, а спутники Ссы — такими рассудительными, то, возможно, этот мир не так уж плох.
=Это правда. С чего бы нам лгать?=
=Да ну нахуй.=
Стражник с головой гиены издал насмешливый звук, а затем помрачнел.
=Хотите, чтобы я поверил, что двое воинов 3-го и 4-го рангов в одиночку завалили 5-го ранга Ургера?=
=Это ведь…=
=Да блять, сколько можно пиздеть! Заткнитесь и выгружайте весь товар, живо! У вас будет досмотр с пристрастием!=
От зычного крика гиеноголового лица людей, которые ждали своей очереди, чтобы пройти, исказились от раздражения.
Четверо стражников, ответственных за досмотр, работали парами.
Если одна из двух групп застрянет, время прохода через ворота неизбежно удвоится.
=Да что за херня…=
=Нам нужно быстрее внутрь, бесит.=
=Давайте уже шевелитесь…=
Взгляды, полные осуждения, были направлены не на стражников, а на них самих. Хванин сбросил капюшон и бесстрастным тоном, глядя в лицо охраннику, произнес:
— Не могли бы вы подождать минутку?
=Ты еще кто такой?=
— Это сделал я.
=Что?=
— Я говорю, что это я убил Ургера.
Стражник-гиена на мгновение перевел взгляд на Ургера в кузове, затем на мужчину с гладким, как у Флё, лицом, и на его морде расплылась очевидная насмешка.
=Эй, Кланг, слыхал? Этот господин в одиночку завалил Ургера. Кха-кха-кха.=
=Хе-хе. Уж лучше бы сказали, что это сделали те 3–4-ранговые отбросы сзади, это было бы куда реалистичнее.=
Хванин молча смотрел на двух стражников, которые продолжали хихикать и издеваться.
В его голове уже созрел план, как знатно поднасрать этим ублюдкам.
Стоило кому-то из них — будь то гиеноголовый или стражник с головой грейхаунда — совершить определенное действие, как план пришел бы в движение.
В этот момент старшие стражники, охранявшие первые северные ворота городка Уэйфорд, нахмурились.
Непонятно почему, но от этого мужчины они почувствовали неладное.
Когда стражник-гиена лишь повел глазами, причина этого беспокойства стала ясна.
Реакция черноволосого мужчины, который безмолвно и пристально смотрел на них, несмотря на насмешки… Да и почему этот тип, похожий на гепарда, и женщины-воины смотрят на них с такой жалостью?
А те, что похожи на носильщиков в кузове, вообще крестятся и молятся.
С чего бы?
Почувствовав, что проигрывают в напоре, стражник-гиена оскалил зубы и уже хотел рявкнуть, как вдруг:
— Рот.
=Э…!?=
В тот момент, когда он собирался заорать «Да вы, суки…», одно-единственное слово, вонзившееся в уши, заставило гиеноголового замолчать, словно у него перехватило дыхание.
Наверное, каждому хоть раз в жизни доводилось испытывать подобное: когда хочешь что-то сказать, но слова застревают в горле, словно грудь сдавило чем-то тяжелым из-за чьего-то более властного голоса.
Хванин, применив этот прием более искусно, заставил стражника-гиену умолкнуть, а затем поднес указательный палец к губам, призывая к тишине.
=……??=
=……?=
Тишина заразительна.
Как только двое стражников в замешательстве притихли, люди вокруг повозки тоже закрыли рты, и в мгновение ока перед восточными воротами воцарилось неестественное молчание.
Хванин, с едва заметной, лишенной всяких эмоций улыбкой на губах, негромко произнес:
— Нет ничего проще и легче, чем доказать свою силу. Вы двое… вы правда думаете, что я лгу?
=…….=
=…….=
Стражник-гиена звериным чутьем осознал, что что-то идет не так.
Если присмотреться, кожаная одежда на черноволосом мужчине была такого уровня изысканности, что достать ее простому человеку было невозможно.
Да и тот посох с рогами, небрежно прислоненный к пассажирскому сиденью, тоже выглядел необычно, а главное…
«Разве торговец-неудачник стал бы использовать такие высокопарные слова?»
Человек, не являющийся профессиональным воином, но обладающий силой, достаточной для одиночной охоты на Ургера.
Высокопарная манера речи и интонации, выдающие глубокие знания.
Одежда, которая с первого взгляда казалась дорогой, и странный посох.
Если бы хоть одна из этих деталей отсутствовала, он бы уже назвал его мошенником и бросил в темницу за препятствование исполнению служебных обязанностей, но когда все это собралось воедино, его мысли спутались, и он не мог адекватно оценить ситуацию.
Вернее, разум подсказывал, что с этим человеком лучше не связываться, но гордыня не позволяла принять этот факт, загоняя стражника в ловушку собственного эго.
На самом деле, стоило Хванину раскрыть, что он Духовный мастер, как все проблемы решились бы сами собой, и путь до самого лорда Уэйфорда был бы открыт.
Другими словами, Хванин заранее попросил Ссу не вмешиваться, так как хотел собрать информацию тихо, не привлекая внимания политических кругов.
И в обычных обстоятельствах он бы прошел без всяких проблем, даже не раскрывая своей сущности Духовного мастера.
Проблема была в том, что досмотр проводил жадный стражник-гиена, Ургер был ценным трофеем, за который можно было выручить немало золотых монет, а везли его не наемники, искатели приключений или исследователи, а группа торговцев.
Короче говоря, это была ситуация, вызванная жадностью этого гиеноголового: он надеялся придраться к чему угодно и вытрясти взятку в десять серебряных — сумму, возможно, равную его многомесячному жалованью.
Суса заметил колебания стражника.
Если ситуация накалится еще сильнее, возникнут крайне неприятные для обеих сторон последствия. Полагая, что Хванин тоже не желал бы подобного развития событий, Суса поспешно спрыгнул с повозки и принялся мягко обрабатывать гиеноголового стражника.
— Подойдите-ка сюда на минутку, надо поговорить. Разговор не для чужих ушей… Ну же, идемте сюда.
Исилита, наблюдавшая за всем этим, тоже слезла с повозки и пристроилась вслед за Сусой.
Будь он в обычном состоянии, гиеноголовый стражник уже давно послал бы их куда подальше, назвав это дерьмо собачьим, и пустил бы в ход кулаки, но сейчас, психологически подавленный присутствием Хванина, он лишь безвольно плелся следом, только и успевая мычать: «Э-э…».
Перед тем как добраться до городских ворот, Исилита не раз слышала наставления от Бриллит.
«Слуга или служанка не должны дерзить в присутствии господина и болтать лишнее о его роде занятий. Но если господина пытаются оскорбить — они обязаны это пресечь».
Сейчас ведь как раз такой момент, когда господина пытаются оскорбить, верно? К тому же Суса как раз затащил эту несчастную псину в укромное местечко…
Добравшись до темного угла сторожевой башни, Суса невольно оглянулся и, заметив Исилиту, удивленно моргнул. А увидев ее жест, приказывающий оставить всё на нее, хоть и с сомнением, но слегка отступил.
Исилита обратилась к настороженному стражнику:
— Ты должен быть благодарен нам за то, что остался жив.
— О чем ты вообще…
— До сих пор не дошло? Твоя глупая ошибка чуть не отправила тебя на самое дно, в ад, а я и Суса тебя спасли.
Глаза гиеноголового стражника расширились так, что, казалось, сейчас лопнут.
Что? На дно? Из-за моих действий? Кто, черт возьми, этот человек? …Да нет, погоди, какое дно? Из-за одного сказанного слова? На дно?
— Н-н-н-неужели?
— Господин Исилита, что вы такое говорите!
— Да тише ты! Другие услышат!
— Как можно так разбалтывать то, что он просил скрыть! Ох, дурак я, что доверился тебе…
— М-м-молчи-и-и…
И что теперь делать?
Суса, видя, как Исилита кусает губы и рычит, схватился за голову — от этого у него разболелась голова.
Исилита, приняв это за знак капитуляции, фыркнула, затем, напустив на себя холодный и властный вид, тихо произнесла, обращаясь к остолбеневшему стражнику:
— Мой господин предпочитает вести дела тихо, очень тихо… Ты ведь знаешь, каков их нрав?
Кивок… Кивок-кивок-кивок!
— Господин не только очень силен, но еще и… ну, ты понимаешь? Он пользуется огромной любовью у того самого человека. Понял? Если хоть слово ляпнешь не так, то… сам знаешь, что будет?
Тряс-тряс-тряс.
— На, возьми это.
— Ох, погоди… постой! Я, я…!
Стражник вздрогнул, когда ему на ладонь упала монета в десять серебряных, и затряс головой.
— Т-с-с… Всё хорошо. Это просто чтобы мы могли разойтись мирно, без всяких проблем, с улыбками на лицах.
— …!
— Ты берешь это и остаешься в безопасности, мы проходим без лишнего шума, господин не втягивается в ненужные разборки — всем хорошо, понимаешь?
— …
— Просто держи рот на замке и веди себя так, будто даже не видел господина. Разумеется, и впредь ты его никогда не видел.
— …П-правда, этого будет достаточно?
— А что еще остается? Хочешь навлечь на себя его проклятие, сдохнуть и отправиться в ад…?
Дрожь пробила стражника.
— Посмотри на меня. Я — живое доказательство того, что тебе стоит верить.
— О-о чем ты?
— Ты ведь всё понимаешь, чего придуриваешься? Или хочешь вести себя как новичок?
Гиеноголовый стражник покосился на наряд женщины перед собой. Теперь, когда он присмотрелся, это больше походило на одежду воровки, чем на охранника.
— …Я… понял.
Суса во все глаза смотрел на то, как Исилита своим искусным красноречием, угрозами и лестью выбила почву из-под ног этого прогнившего стражника.
А затем, вспомнив прошлое Исилиты, он едва заметно кивнул.
Бывшая главарь бандитов. И прогнивший стражник, любящий деньги.
«Видимо, рыбак рыбака видит издалека».
Сам он собирался упомянуть торговую гильдию Альфенсис, вскользь намекнуть на нападение Ургера и рассказать, что за человек Хванин.
Ситуация зашла слишком далеко, чтобы закончить всё по-хорошему. Чтобы замять дело без последствий, нужно было показать силу или влияние.
«В этот раз Исилита справилась отлично».
Поскольку стражник подчинялся наместнику Вэйфорда, если не хочешь раздувать проблему до небес, лучше закончить на этом.
Пусть это немного ущемляло его гордость, но Суса признал, что она справилась чище, чем он сам. Идя следом за стражником, возвращающимся к воротам, он показал Исилите большой палец.
Конфликт у ворот, который мог вспыхнуть, как фитиль бомбы, создав напряжение…
— Проходите.
…закончился без всяких проблем, будто ничего и не было.
Вернувшийся гиеноподобный стражник, словно ничего и не произошло, формально проверил личные данные Ссы, Хванина и остальных членов группы, после чего, получив плату за проезд, пропустил их. Очередь, скопившаяся позади, словно в награду за долгое ожидание, начала двигаться быстро: пропустили одного, второго, третьего… Пропустили всех.
Когда любопытные зеваки, толпившиеся неподалеку в надежде увидеть, что происходит, и те, кто раздраженно ворчал, опасаясь влипнуть в неприятности, разошлись, перед Северными воротами, где еще недавно царила тревожная атмосфера, вновь воцарился привычный шум и гам.
Войдя в город, напоминающий средневековые кварталы арабских или европейских городов, Хванин огляделся и спросил:
— О чем вы говорили со стражником?
=Ха-ха… Стыдно признаться, но я ровным счетом ничего не делала. Это госпожа Исилита проявила удивительную сноровку и сумела заговорить стражнику зубы.=
Услышав подробности, Хванин обернулся к Исилите, которая двигалась рядом с повозкой, словно охраняя её.
Встретившись с ним взглядом, Исилита вопросительно приподняла брови, и Хванин слегка кивнул ей в ответ. Девушка расплылась в улыбке, решив, что её похвалили.
Переведя взгляд вперед, Хванин принялся изучать город, где каждое здание словно соревновалось в оригинальности: форма окон, входы, стены — всё было разным.
«Закончить всё так мирно — тоже неплохо».
Хванин вел себя так, будто не знал значения слова «умеренность». Он мог терпеть неприятности до определенного предела, но стоило чаше весов качнуться, как он без лишних слов переворачивал всё вверх дном.
Хванин был из тех людей, что готовы сжечь хижину дотла, лишь бы выкурить из неё мышь.
У него имелось оружие, которое можно было использовать куда эффективнее, чем на Земле, поэтому превратить город в руины для него было вполне осуществимой задачей.
«Я научился общаться с душами. Если убедить недовольную душу, можно превратить её в призрачную сущность».
Если можно очистить и упокоить сущность словами, то почему нельзя сделать обратное — превратить её в нечто опасное?
Призрачная сущность в умелых руках — это не что иное, как биологическое оружие.
Если всё пройдет успешно, город не просто погрузится в хаос, он может быть полностью уничтожен.
Хванин допускал, что, раз это город такого масштаба, здесь могут быть и другие медиумы, но, судя по реакции стражника, это было маловероятно, так что эффект должен быть гарантирован.
Однако…
«Нужно больше информации».
Даже для теракта нужны базовые знания об обществе, чтобы провести его чисто и безупречно.
Сейчас его уровень знаний едва дотягивал до старших классов начальной школы, в лучшем случае — до средней. Получение информации стало первоочередной задачей.
А еще нужно провести эксперимент: действительно ли можно превращать души в призрачные сущности?
Зациклившись на этой мысли, Хванин принялся обдумывать, как бы поизящнее уничтожить Уэйфорд, где, по слухам, проживали сотни тысяч горожан. Вдруг он почувствовал, как на него упала тень, и поднял голову.
Внутри города показалась еще одна стена. Она была ниже внешней, но всё же оставалась полноценным укреплением.
В тот момент, когда он увидел эту стену, шансы на успех плана по свержению Уэйфорда с помощью призрачных сущностей упали вдвое.
Вот почему нужны базовые знания.
«Расстояние от внешней стены до внутренней — около километра… Похоже, слухи о населении в двести тысяч человек не были ложью».
Охрана у ворот внутренней стены разительно отличалась от той, что стояла на внешних.
Стражники у внешних ворот были обычными солдатами в кольчугах, с длинными копьями, мечами и щитами, но здесь стояли настоящие рыцари в стальных латах.
И вели они себя крайне профессионально.
Они осмотрели груз, проверили даже труп Ургера, но стражник у внутренних ворот не моргнул и глазом, методично проводя досмотр.
=Вы тоже предъявите пропуск.=
=Ой-ой. Господин стражник, этот человек — наш подопечный, за него ручается торговая гильдия Ссы. Мы как раз направляемся к администратору, чтобы оформить ему удостоверение личности и заключить контракт о подданстве. Да-да.=
=Удостоверение личности? Хм… Понятно. Я выдам вам временный пропуск. Он действует до вечера завтрашнего дня, так что успейте подать заявку на постоянный документ.=
=Благодарю вас. Вот, плата за оформление временного пропуска.=
=Принято.=
Получив металлическую пластину с мягким желтоватым отливом, Хванин поклонился стражнику, который работал с пугающей отстраненностью, и вместе со Ссой снова забрался в повозку.
Завершив все формальности и въехав во внутренний город, Хванин почувствовал, что атмосфера здесь совсем иная.
Во-первых, здания были выше на один-два этажа, материалы — дороже, а общая обстановка, в отличие от рыночного шума внешнего города, отдавала роскошью богатых кварталов.
Прохожие были одеты в дорогие одежды, а повозки и кареты выглядели куда изящнее.
Более того, город был распланирован, как на Земле: четкое разделение на пешеходные зоны и дороги, а вдоль улиц даже стояли деревья, похожие на фонарные столбы.
Если немного приукрасить, то казалось, будто ты стоишь в старинном европейском городе.
— Здесь живут люди среднего класса и выше?
=Именно так. Уэйфорд разделен на три зоны. В самом центре, конечно же, находится замок лорда Альдзина Бере. Первый жилой район, окружающий замок, предназначен для высшего сословия. Это частные резиденции, где запрещено любое коммерческое строительство.=
Первая зона по объему сравнима с небольшой деревушкой. А вот дальше идет мидтаун — центральная часть, в которой мы сейчас находимся. По размеру — как целый городок.
=Здесь выделяют три района: жилой, коммерческий и образовательный, а также квартал гильдий. Это своего рода элитный район для богачей. Оружие, доспехи, инструменты и всякие лавки есть и в обычных зонах, но магазины премиум-класса, тренировочные площадки, школы боевых искусств, профессиональные гильдии, объединения и административные здания — всё это сосредоточено здесь. В буквальном смысле, это сердце Уэйфорда.=
— Образовательные учреждения ограничиваются только этим?
=Прошу прощения? Хм, если заплатить за обучение в школе боевых искусств, тренировочном лагере или гильдии, можно освоить практически любые навыки.=
Хванин спрашивал, имея в виду базовое или обязательное образование, но ответ Сусы оказался совсем не в кассу.
Поняв, что уровень представлений об образовании в этом мире застрял где-то в Средневековье, Хванин усмехнулся про себя.
«Неудивительно, что люди до сих пор питают иллюзии и верят в мистику, связанную с душами».
В этот момент Суса указал на огромное четырехэтажное здание, сложенное из красного кирпича и напоминающее европейскую постройку высокого класса: =Вон там находится торговая компания «Альпенсис», — пояснил он.
Действительно, на первом этаже был широкий проем, через который свободно въезжали и выезжали повозки, а вокруг сновало множество людей — атмосфера в точности как на логистическом складе.
— Вы не собираетесь заглянуть в торговую компанию «Альпенсис»?
=Ха-ха. С этим я справлюсь и сам. Сейчас важнее сбыть тушу этого урга.=
Затем последовало описание последней зоны.
=Обычная зона — это, как следует из названия, место, где живут все, кто не смог пробиться в центр. Там тоже есть свои престижные кварталы, но с этим районом им не сравниться. Стоит немного отойти от центра, как начинаются довольно паршивые места.=
Суса предупредил, что, хотя окрестности главной дороги, соединяющей внешние и внутренние ворота, выглядят опрятно и вполне прилично, стоит лишь удалиться от нее к окраинам у внешней стены, как начинаются трущобы, и советовал туда без нужды не соваться.
Внимательно слушая объяснения и впитывая взглядом пейзажи главной улицы, Хванин вдруг замер: его внимание привлекло одно место, и он пробормотал:
— Похоже, вон там находится кладбище.
=О, верно. Как вы догадались? Те, кто впервые посещает центр Уэйфорда, обычно принимают его за цветочный сад.=
— Я вижу там много душ.
=……О, хм.=
Суса, явно смутившись, почесал щеку и рассмеялся:
=Туда вход открыт не для всех. В центре есть четыре таких кладбища-цветника, и заходить в них могут только семьи похороненных там людей, либо смотрители и могильщики. Если вы, Хванин, раскроете свой…… род деятельности, то, разумеется, сможете туда попасть.=
Хванин молча кивнул.
Сначала стоит собрать достаточно информации, а уже потом раскрывать свой статус и посещать могилы.
«Или же можно тихо прояснить всё в частном порядке, потребовав конфиденциальности».