Даже после того как повозка тронулась, Хванин долго размышлял о душе Ургера.
В конце концов, раз тот слушается приказов, значит, хотя сохранить его в сфере душ и невозможно, использовать навыки он всё ещё способен.
В этот момент Хванин заметил, что недалеко, в стороне, где виднелся левый горизонт, кто-то безмятежно щиплет траву…
«…Динозавр?»
Он обнаружил динозавра. Внешне — вылитый трицератопс, но размером не больше осла.
— Исилите, сможешь поймать вон то животное?
— Хм… Попробую! В конце концов, нет ничего такого, что нельзя было бы прикончить голыми руками!
При этих словах взгляд Хванина скользнул к его огромному мечу, который погнулся, принимая на себя удары кулаков Ургера.
Да уж, оружием это теперь назвать было сложно.
— Не убивай, поймай живьем… Нет, я поеду с тобой.
Если подумать, неизвестно, что произойдет, когда я призову душу Ургера.
Безопаснее будет не притаскивать его сюда, а самому отправиться на место и всё проверить.
Хванин, не подозревая, что Исилите про себя жалеет: «Надо было просто уверенно сказать, что поймаю!», прихватил черную дубину и посох из оленьего рога, а затем пересел за спину Исилите, на куэ.
— Суса, мы ненадолго отлучимся.
— Поняла. Прислать Бриллит в качестве сопровождения?
— Не нужно. Ничего опасного.
Ответив так, он слегка похлопал Исилите по талии, подавая сигнал, и та немедленно пришпорила зверя, срываясь с места.
«А ехать на нем куда удобнее, чем я думал».
Он был готов к тому, что из-за двуногого способа передвижения его будет сильно трясти, но куэ оказался на удивление комфортным.
Даже если сесть на четырехногую лошадь, тряска будет куда сильнее, чем можно вообразить.
Если долго скакать без сноровки, в придачу к боли в словно ломающейся пояснице получаешь онемевшие бедра.
А вот на двуногом куэ, даже сидя сзади, почти не чувствуешь ударов в поясницу. Это как ехать в машине с не самой лучшей подвеской.
К тому же, что за странное строение скелета у этого существа? Даже без седла не чувствуешь никакого дискомфорта от изгибов его спины. Если сравнивать, то словно сидишь на слегка жестковатой подушке.
— С таким уровнем комфорта даже как-то неловко сравнивать его с лошадью.
— Хозяин, вы ведь впервые едете на куэ?
— Да.
— Есть причина, почему куэ в десять раз дороже лошади. Они не такие пугливые, не слишком чувствительные и отлично узнают хозяина.
Если перечислять достоинства куэ, то он ни в чем не уступает лошади.
Силы в нем больше, в еде всеяден и неприхотлив. Ночное зрение лучше, выносливость выше, а благодаря крыльям он может планировать — говорят, есть даже рекорд, когда куэ благополучно спрыгнул с пятидесятиметровой высоты.
А главное — он невероятно прочен.
Хванин искоса взглянул на куэ, который нес их с Исилите.
Этот самый куэ вместе с Исилите валялся на земле, получив удар от Ургера. После боя, когда его осматривали, он лишь жалобно поскуливал, словно от боли, но ни одной кости не было сломано, он остался цел.
Конечно, отчасти это заслуга того, что призыв усилил его физические способности, но такая живучесть просто пугает.
Будь это лошадь? Ребра бы точно переломало, а если не повезет — и ноги бы сломались.
К тому же лошади делятся на боевых, верховых и тягловых, а у куэ такого нет. Один куэ может выполнять роль любой лошади.
— Пять золотых за одну особь — вполне оправданная цена.
Цена боевого коня в XIV веке составляла около трехсот миллионов, так что, глядя на реалии этого мира, трудно сказать, дешево это или дорого.
— Это цена за обычного соломенного куэ. Я слышала, что серые куэ для личной охраны знати стоят больше сорока золотых. А зеленые куэ? Их вообще не продают. Наверное, они появляются только на аукционах в столице или главных городах провинций.
— Хм.
— Так что хозяину тоже стоит быть осторожнее, когда войдете в деревню или город. Пусть «Заначка» и является питомцем призывателя, но если станет известно, что это детеныш зеленого куэ, у многих глаза на лоб полезут от жадности.
— Как говорится, человек способен на всё. Как в хорошем, так и в плохом смысле.
— Люди порой готовы даже на самоубийство, лишь бы сгинуть в аду…
Пока они обменивались короткими фразами, они приблизились к стаду зверей, похожих на трицератопсов. Существа, которых называли гуратами, при приближении чужаков заметно насторожились и попрятали детенышей за спины.
— Самец — это тот, у которого рога длиннее?
Спросил он, спешиваясь с куэ, и Исилите, спустившись следом, ответила:
— Да. У самок рога тупые, а у самцов — длинные.
«Взрослый самец всего один. И три детеныша-самца».
Подумав, что стаду вымирание не грозит, Хванин передал Исилите посох из оленьего рога, оставив себе только черную дубину, и двинулся к гуратам.
Почувствовав угрозу, самец размером с быка вышел вперед, нацелил рога на Хванина и начал бить передними копытами о землю: тук, туку-тук.
Хванин, не обращая внимания на явную угрозу, продолжал идти, и гурат с глухим звуком бросился в атаку, но скорость была не такой уж высокой.
Если оценивать объективно — на уровне обычного быка?
Учитывая подвижность суставов шеи, Хванин увернулся от прямолинейного рывка и рубанул гурата по передней правой ноге.
Гу-у-у-у!
От раны, обнажившей кость, самец взвыл, встав на дыбы, и Хванин тут же нанес глубокий удар по его левой передней ноге.
Гу-у-у!
Ту-дум —
Самец испустил громкий вопль и повалился на бок, а самки тут же подхватили детенышей и бросились наутек. Исилите, наблюдая за этим, облизнулась и с сожалением вздохнула.
=Мясо у самок вкуснее.=
— Исилите, будь начеку.
=Слушаюсь.=
Хванин хотел проверить на Гурате, что произойдет при призыве духа среднего-высшего ранга.
Сфера духа лишь продлевала срок его хранения, но сам призыв можно было использовать и без нее. Поскольку приказы Ургера все еще действовали, призыв был вполне доступен.
Проблема заключалась в том, что если с Гуратом случится то же самое, что и с ним самим во время призыва духа клыкастого вепря, последствия могли быть непредсказуемыми.
Пусть это и травоядное, но, судя по размерам и телосложению, после получения духа среднего-высшего ранга оно станет невероятно сильным.
Наложив низшие формы призыва на себя и Исилите, Хванин передал ей черную дубинку, забрал посох и двинулся к Гурату, который от страха испуганно фыркал.
Гу-у-у…
Хванин подумал, что этот жалобный вой, сучение задними ногами и огромные испуганные глаза с густыми ресницами делают его похожим на быка, но тут же отбросил лишние мысли и сосредоточился.
И когда он собрался отдать приказ духу Ургера…
— ———…….
— Хм.
С коротким звоном в голове возникло странное ощущение, словно он установил прямую связь с душой Ургера.
«Нет, это не просто связь… я будто держу его душу в своих руках…»
=Хозяин?=
— …Ничего. Я занят, не отвлекай.
=Слушаюсь.=
Он уже сотни раз использовал призыв, но такого чувства не испытывал никогда.
«Нет, испытывал».
Он запоздало понял. Это было то же самое ощущение, что и при использовании навыка, когда он призывал духа земляного тюленя.
То самое чувство, когда он получил навыки «Духовная стрела» и «Духовный щит».
— …
Хванин смотрел на духа Ургера, который парил в воздухе с остекленевшим, отсутствующим взглядом, медленно поднял руку, направил ее на Гурата и… произнес слово, продиктованное самим сердцем.
— Вселиться.
В тот же миг Хванин почувствовал, как между ним, духом Ургера и Гуратом, в которого тот вселился, возникла незримая нить.
Гу, гу-у-у…
=Ой? Чего это с ним?=
Глаза Гурата внезапно вспыхнули желтым светом. Он начал издавать звуки, похожие не то на крик, не то на рев, и забился, словно в конвульсиях.
Изо рта пошла пена, он начал с силой бить здоровыми задними ногами по земле, дрожа всем телом, будто в припадке. При этом он тяжело хрипел, и Хванин внезапно осознал причину.
«На него наложилось ослабление».
Вспышки в глазах и судороги, вероятно, были вызваны тем, что в него вселился дух, чья сила намного превосходила его собственную.
Призыв усиливает физические способности. Но в мире все устроено так, что у любого полезного эффекта есть и обратная, вредоносная сторона.
Хванин, интуитивно поняв, что только что использовал навык, ослабляющий врага, крепко сжал кулак.
Он получил навык, противоположный усилению — ослабление.
Получив новый навык через духа Ургера, Хванин по пути к городу Вейпорт провел несколько испытаний и пришел к выводу, что это проклятие.
Сначала, применив его на Гурате, он думал, что это просто снижение физических показателей.
Однако, когда он использовал для наложения ослабления сферу, созданную из духа, каждый раз проявлялись разные эффекты.
Тело слабело всегда, но иногда цель замирала на месте и начинала дрожать, иногда — лила слезы, а иногда — начинала неистово бесноваться. Эффекты постоянно менялись.
И самое главное…
«Весело!»
«Я тоже! Я тоже хочу!»
«Поиграй со мной~».
…После использования проклятия духи вокруг начинали так шумно галдеть, что не заметить этого было просто невозможно.
К счастью, реакция при вселении духов отличалась от вселения душ зверей или животных.
Если проклясть духа, невозможно предсказать, как он отреагирует. Но если наложить проклятие с помощью души, которая недавно покинула тело, цель просто слабела, начинала хрипеть и валиться с ног.
Непредсказуемость реакции — это плохой эффект в плане дебаффа. Чтобы планировать бой и получать преимущество, нужно точно знать, какой эффект даст проклятие.
В бою с врагом проклятие душой будет куда полезнее, чем непредсказуемое проклятие духом.
Так прошел третий день.
=Хо-хозяин, что вы сделали…?=
Исилите, напуганная тем, что дикие звери и магические твари, нападавшие на них, раз за разом вели себя так странно, задала вопрос с дрожью в голосе.
Пусть и в разной степени, но Сса и Бриллит тоже выглядели напуганными, поэтому Хванин, придумав неплохую идею, ответил зловещим тоном:
— Я наложил проклятие силой духа.
=И-и-и!=
=…!=
Услышав слово «проклятие», Исилите вскрикнула, как маленькая девочка, и попятилась назад, а Бриллит с явным отвращением отошла от ночного зверя, который бился в конвульсиях, словно у него случился эпилептический припадок.
«Как я и думал».
Люди всегда больше верят тому, что видят своими глазами, чем тому, что скрыто от взора.
В сочетании с методом проявления духов, этот навык проклятия позволит ему еще убедительнее играть роль мошенника-медиума.
Конечно, Хванин не собирался использовать это ради наживы. Ему нужно было лишь одно: чтобы враг испытал перед ним настоящий, неподдельный ужас.
— Нет лучшего наказания для тех, кто презирает души и глумится над самой смертью.
Стоило ему пробормотать это мрачным тоном, как Сса, у которого шерсть встала дыбом, задрожал всем телом и выпалил:
— Я-я ни за что не стану попирать души! И, к-конечно, буду держать язык за зубами насчет того, что касается господина Хванина!
После выкрика Сса не только Бриллит, но и остальные охранники с носильщиками принялись яростно кивать.
Да уж, клятву молчания давать было вовсе не обязательно…
— …Исилите, приступай.
— М-мне?
По тому, как сильно она отпрянула, он осознал еще один недостаток: чем глубже вера в Сад Богов и души, тем сильнее страх перед проклятиями.
Эту проблему он решил легко, просто наложив заклятие призыва.
— Я даровал тебе благословение, так что никакие проклятия тебя не коснутся.
— А, п-поняла!
Ну, он не солгал. Наложение эффекта ослабления — это тоже своего рода проклятие, а поскольку проклятия изначально не обладают заразностью, подцепить их невозможно.
Хванин с невозмутимым видом воспользовался тем, что слова можно трактовать по-разному, ведь никаких проблем возникнуть не должно было.
Правда, благодаря этому возникла одна мелкая неприятность, о которой Хванин успел забыть.
Сам он того не ведал, но профессия «душевед» — это не то, с чем могут позволить себе играть не только простолюдины или средний класс, но даже аристократы, не сумевшие пробиться в высшие круги.
Поскольку Хванин проявил себя как самый настоящий душевед, только Сса осмеливался заговаривать с ним первым. Даже Исилите и Бриллит заметно прониклись таким благоговением, что стали вести себя крайне осторожно.
Бриллит еще держалась, а вот Динте, Хюсик и трое носильщиков, стоило им встретиться с Хванином взглядом, тут же опускали головы и старались держаться подальше.
«Надо быть осторожнее».
Если начать воспринимать такое поведение как должное, жизнь быстро станет утомительной.
Если бы он метил на высокие посты или в высшую аристократию, это было бы в порядке вещей.
Ведь высокомерие и спесь — это базовый «пассивный навык» вельмож.
Однако текущая цель Хванина — город, называемый центром союза рас. Поскольку осесть на одном месте не получится, нужно придерживаться стратегии выживания — вести себя удобно и притворяться вежливым…
«Если я привыкну к тому, что люди пресмыкаются и почитают меня, это неизбежно приведет к проблемам в разных местах».
Хванин дал себе слово быть осмотрительнее и продолжил путь с отрядом Сса.
— Видите? Вон там — Уэйфорд, главный город в этих краях.
На седьмой день после ухода из Этбрука.
Перед Хванином вырос огромный город, окруженный каменными стенами десятиметровой высоты.
Шум-гам —
Отряд Сса, ожидавший своей очереди на досмотр в длинной очереди у северных ворот малого города Уэйфорд, притягивал к себе всеобщее внимание.
Люди глазели во все глаза, кто-то бросал косые взгляды, а некоторые даже подходили ближе, чтобы расспросить лично.
— Поразительно. Вы что, поймали Ургера?
— Ха-ха. Нам просто повезло.
— Мы не слышали, чтобы Ургер объявлялся в округе. Где же вы его добыли?
— Случайно наткнулись. Ха-ха-ха.
Причиной тому был пятиметровый труп Ургера, лежавший в грузовом отсеке.
Пусть в отряде было двое профессионалов, но, как ни посмотри, остальные выглядели далекими от битв людьми, а тут — туша пятиуровневого Ургера, так что люди не могли не задаваться вопросами.
— Если не секрет, не расскажете, как вы его одолели?
— Конечно, это секрет.
Пока Сса ловко заговаривал зубы любопытным и уклонялся от ответов, Хванин, натянув капюшон поглубже, вовсю рассматривал прохожих.
Ничего не попишешь: мужчины из племени Лукран в глазах Хванина выглядели настолько притягательно, что он не мог отвести взгляд.
«Надо же, увидел кентавра из легенд вживую».
Особенно его внимание приковывали люди-лошади, которые сами тянули повозки.
Мужчины племени инма — людей-лошадей — делились на два типа.
Одни выглядели как кентавры из мифов и романов: полулюди-полулошади. Другие же были мадуинами — с головой лошади и телом человека.
И это еще не все: там был мужчина в облике ученого в круглых очках с головой овцы, был мужчина, похожий на коалу, но с телосложением скорее животного, чем человека, и даже свиноподобный индон, стоящий на двух ногах.
И это еще не предел. Хванин-то думал, что все племя Лукран — это просто зверолюди.
«Люди-орлы?»
К его удивлению, там были и мужчины с чертами птиц.
Он восхищался представителями инчи — величественными мужчинами с головой белоголового орлана и темно-коричневыми крыльями за спиной, — а потом его глаза загорелись, когда он увидел мужчину, похожего на аиста: с крыльями вместо рук и ногами, как у теропода.
«Значит, есть и Лукран, больше похожие на зверей, и те, что ближе к людям».
А увидев расу, о которой так беспокоилась Исилите, Хванин про себя восторженно охнул.
«Так это и есть Адсекты. И правда… люди-насекомые».
Хванин невольно погладил подбородок, разглядывая расу, чьи представители напоминали жуков-носорогов, вставших на задние лапы, и вгляделся в блестящие черные тела адесектов.
Если бы не поясные подсумки, их можно было бы принять за обычных монстров, ведь на них не было ни клочка одежды.
— Какое счастье. Похоже, сегодняшний стражник оказался человеком сговорчивым. Очередь движется быстро, так что не придется ночевать под стенами, мокнув под росой. —
«Если бы они разделили очередь на повозки и пеших, проверка шла бы куда быстрее», — подумал Хванин.
Перед воротами растянулась нелепо длинная вереница из сотен людей и десятков повозок с телегами. Очередь тянулась метров на сто, а проверяли всё это безобразие всего восемь стражников.
Причем четверо из них просто стояли по бокам, лениво перебрасываясь шутками, и лишь оставшиеся четверо занимались досмотром.
— Зависит от того, кто сегодня командует караулом: иногда так и делают, а иногда нет… Ха-ха-ха. —
По неловкому смешку Сусы Хванин сразу понял, как именно устроены дела в этом городе.
«Не стоило ждать здесь современных порядков».
Раз речь зашла о сговорчивости, значит, взятки тут в ходу. Но если они берут взятки…
Предчувствуя, что назревает нечто неприятное, Хванин скрестил руки на груди и стал ждать, пока очередь продвинется вперед.
Спустя два часа, когда Хванин, перебирая в пальцах жемчужно-серый камешек, погрузился в медитацию, до его слуха донесся насмешливый голос, и он приоткрыл глаза.
— Вы хотите сказать, что двое низших воинов завалили урга, для поимки которого требуется отряд пятого ранга? Вы там совсем охуели, что ли? —
Стражник с головой гиены, окутанный плотной аурой, кривлялся и издевался над ними.
— Может, вы его просто спиздили, а? Ну? —