Дорога до герцогства Бронте не была слишком долгой.
Обычно путь занимал полдня, но сегодня на дорогу ушло гораздо больше времени.
Вопреки обыкновению, земля промерзла из-за обильного снегопада, шедшего всю ночь.
Весь мир окрасился в белый цвет.
Оголенные деревья облачились в белые одеяния, а по бесплодной земле расстелился белый ковер. Если бы на свете существовала страна снегов, она выглядела бы именно так.
Пейзаж завораживал своей красотой, но я не мог позволить себе праздно им любоваться.
«Я скоро навещу вас».
Возможно, все дело в строчках из письма, отправленного, скорее всего, Йоханом Раднером, которые тяжелым грузом лежали у меня на сердце.
Неведение о том, в какой именно день он решит явиться, лишь усугубляло ситуацию.
Если бы события развивались строго по оригинальному сюжету, это случилось бы в особняке в один из зимних дней. Однако ход истории уже изменился, так что не стоило удивляться, даже если бы на нашу карету напали прямо сейчас.
Разумеется, от лишних тревог ничего бы не изменилось.
Все, что я мог и должен был сделать, — это защитить Анию.
Не из-за любви к ней, а ради собственной безопасности.
Пока я пребывал в глубоких раздумьях, карету внезапно тряхнуло.
Похоже, кучер из-за наметенных сугробов не заметил скрывавшийся под снегом камень.
— М-м-м...
От этого толчка голова Ании, покоившаяся на моем плече, плавно соскользнула по моей руке.
Я аккуратно придержал ее голову ладонью и снова устроил на своем плече.
От ее волос исходил не привычный цветочный аромат, а нежное благоухание диких трав.
Возможно, она хотела выглядеть подобающе для возвращения домой после столь долгого отсутствия.
Кто знает.
Сколько бы я ни разглаживал волосы этой хрупкой женщины, мне не дано было узнать, что у нее на сердце.
И впрямь, кто знает.
— Пожалуйста, поезжайте немного аккуратнее.
— Слушаюсь... Простите, молодой господин.
«Я не полюблю эту женщину. Я не люблю ее».
Но даже когда я думал об этом, то, что я так боялся потревожить ее редкий, безмятежный сон, тоже оставалось неразрешимой загадкой.
Мы добрались до герцогства Бронте лишь спустя добрых полдня и еще несколько часов пути.
Хотя мы выехали рано утром, солнце уже клонилось к закату.
— Госпожа, мы приехали.
Стоило нам въехать на земли герцогства, как взору открылись бескрайние просторы с рядами опустевших полей, где уже давно убрали пшеницу.
Проехав еще немного по извилистой дороге, мы увидели огромный особняк семьи Бронте.
Он был настолько огромен, что сразу бросался в глаза даже издалека.
Я слегка коснулся плеча Ании, чтобы разбудить ее.
— Мы уже приехали?
— Скоро приедем. Ты давно не была дома, так что стоит привести себя в порядок. Не помешало бы поправить прическу.
Я достал из кармана ручное зеркальце и протянул ей, и Ания принялась аккуратно разглаживать волосы ладонью.
Ее густые золотистые локоны мягко заколыхались.
Вскоре карета миновала сад герцогства Бронте и по мощеной дороге подъехала к главным воротам.
— Мы прибыли, молодой господин.
— Ты хорошо справился.
Я первым выбрался из кареты и подал руку Ании.
Ания медленно спустилась, придерживая наброшенное на плечи меховое одеяло, чтобы оно не соскользнуло.
— На улице холодно, давай скорее зайдем внутрь.
Пройдя небольшое расстояние до парадного входа, мы вошли в особняк через двери, которые поспешно распахнули ожидавшие нас слуги.
Я гостил в поместье Бронте лишь во второй раз, но оно неизменно поражало меня своими масштабами и изысканностью.
И хотя весь остальной мир все еще пребывал в эпохе средневековья, этот особняк казался шагнувшим в современную эпоху.
Пока я предавался этим мыслям, по центральной лестнице спустился знакомый мужчина.
— О, моя любимая дочь Ания!
Мужчина с благородной проседью в волосах и ухоженной бородой — Валентайн Бронте.
— Отец! — Ания поспешила к нему навстречу и нежно обняла Валентайна Бронте.
Я тоже медленно подошел и слегка поклонился.
— Герцог. Надеюсь, вы в добром здравии.
— Эдвард. Мы не виделись со дня свадьбы.
— Прошу прощения, что не навещал вас чаще.
Валентайн Бронте негромко рассмеялся.
— Вовсе не стоит извиняться. Я и сам постоянно занят, так что в поместье бываю нечасто. Даже если бы вы приехали, мы вряд ли бы встретились. Но давайте пройдем в дом. Вы голодны?
— Еще нет.
— Как раз время ужина, так что это просто отлично.
Следуя за вереницей слуг по длинным коридорам особняка, мы вскоре вышли к столовой.
В отличие от нашего дома, где едва хватало места для одного длинного стола, здешняя столовая была невероятно просторной.
— Пожалуйста, присаживайтесь.
То ли из-за праздника в землях герцогства, то ли здесь так было заведено всегда, но это был настоящий пир.
Огромная запеченная индейка, суп с невероятно приятным ароматом каких-то особых специй и бесчисленное множество других блюд были расставлены на столе.
— Я прочту молитву.
Стоило мне сложить ладони и произнести эти слова, как Валентайн Бронте, уже потянувшийся было к приборам, со смущенным видом отложил их и тоже сложил руки.
Окончив короткую молитву, мы приступили к трапезе.
Все было превосходно на вкус.
Но кое-что казалось по-настоящему странным.
Ания, которая обычно за столом буквально липла ко мне, сейчас ужинала как подобает благородной леди, строго соблюдая этикет.
Из-за этого я постоянно отвлекался и ближе к концу трапезы негромко заговорил:
— Я слышал, на землях герцогства сейчас проходит праздник.
— Все верно, — ответил Валентайн Бронте, только что закончивший есть и теперь потягивавший вино. — Каждую зиму на землях Бронте устраивают праздник, чтобы возблагодарить Господа за щедрый урожай. Это очень древняя традиция нашего рода.
Похоже, это было нечто вроде праздника урожая.
Праздник должен был начаться завтра.
По словам Валентайна, во время праздника все ели, пили и веселились целыми днями.
Валентайн, который с увлечением рассказывал о празднике, вдруг хлопнул в ладоши, словно вспомнив о чем-то.
— Скоро начнется празднование в канун фестиваля. Не хотите заглянуть?
— Это было бы честью.
— Отлично.
Когда Валентайн Бронте поднялся со своего места, слуги принялись убирать посуду со стола.
— Ания, если собираешься пойти на празднование кануна, на улице будет холодно, так что ступай в свою комнату и оденься потеплее, прежде чем выходить.
— Хорошо, отец.
После этих слов Ания вышла из столовой вслед за слугой, а на стол начали подавать чай и угощения.
Когда чайный стол был полностью накрыт, в столовой остались только мы с Валентайном Бронте.
Смысл этого был ясен.
— Эдвард.
— Да, Герцог.
Он хотел поговорить со мной наедине.
Валентайн Бронте пригубил налитый в чашку чай и начал:
— Как вам супружеская жизнь?
— Все прекрасно.
— Что ж, я несказанно рад это слышать, — сказал он и молча взял печенье, отправив его в рот.
Какое-то время он казался погруженным в свои мысли, а затем продолжил:
— Знаешь, я считаю огромной удачей то, что моя дочь вышла замуж именно за тебя.
— Благодарю вас.
— Она ведь была ребенком, который ни разу не говорил, что хочет выйти за кого-то замуж.
Валентайн Бронте посмотрел в пространство расфокусированным взглядом, словно вспоминая прошлое.
— Каждый раз, когда я находил хорошую партию и устраивал помолвку, она так отчаянно противилась... Я боялся, что она так никогда и не выйдет замуж и останется старой девой. Но когда она заявила, что хочет выйти за тебя, Эдвард, я был поражен.
Он посмотрел на меня и слегка улыбнулся.
— Пожалуйста, позаботься о нашей девочке, Эдвард.
Собрав теплую одежду, я взял Анию, и мы спустились к центру деревни, где проходило празднование кануна.
На всякий случай я пригласил и Валентайна Бронте, но он вежливо отказался, сказав, что ему нужно просмотреть множество документов для подготовки к празднику.
Было ли это проявлением чуткости со стороны взрослого, решившего дать супругам побыть наедине, или же он действительно устал от тяжелой работы, я сказать не мог.
В любом случае, пока мы шли по тропинке, на которую начал падать легкий снег, перед нами открылся вид на деревню.
Люди собрались вместе, посреди них горели костры, а музыканты играли веселую музыку.
— Здесь царит настоящая атмосфера праздника. И это ведь только канун, — заметил я.
— На самом деле канун праздника даже популярнее, — добавила Ания.
Ания добавила, что сам день праздника скорее суетливый, чем приятный, и к этому времени мы уже пришли в деревню.
Не успели мы смешаться с толпой, как люди узнали Анию и начали приветствовать ее.
— Госпожа! Вы вернулись!
— Ты отлично потрудилась, Андреа.
— Юная госпожа! Здравствуйте!
— Леонард, как же ты вырос!
Как и следовало ожидать от земель герцога, жители деревни сразу узнали Анию и тепло поприветствовали ее.
Обычно Ания вела себя как капризный ребенок, но сейчас от этого поведения не осталось и следа.
Вернувшись на свои земли, она словно превратилась в элегантную леди из герцогского дома.
Возможно, такой она и была изначально, а менялась только рядом со мной.
Как раз в этот момент игра музыкантов стала более оживленной, и Ания слегка взяла меня за руку.
— Не желаешь потанцевать со мной?
— Давай.
У костра уже танцевало много людей, но места, чтобы присоединиться, было предостаточно.
Мы взялись за руки и начали танцевать, медленно подстраиваясь под шаги друг друга.
— А ты знаешь? — спросила Ания, которая уверенно и плавно двигалась в танце. — Говорят, если мужчина и женщина танцуют вместе в канун этого праздника, то в следующем году они обязательно поженятся.
— Но мы ведь уже женаты.
— Ну, а если танцуют супруги, разве их чувства не становятся от этого только крепче?
— Мне это неведомо.
Ания напрягла правую руку и притянула мое тело к себе.
— А вот я, кажется, знаю.
Ее теплое дыхание согрело мое лицо.
— Какая поразительная проницательность. Может, подарить тебе на Новый год хрустальный шар для предсказаний?
— Не дразни меня.
Ания слегка ткнулась головой мне в грудь и весело рассмеялась, словно была в полном восторге.
Но я не мог смеяться.
Потому что я тоже мог в какой-то степени предсказать будущее, которое скоро наступит.
Благодаря ежедневным тренировкам мои чувства обострились.
Особенно после спаррингов с Риктманом мое чутье на леденящую жажду убийства стало еще более острым.
— Ания.
— ...Да? — растерянно отозвалась она.
Я приблизился к ее лицу и прошептал ей на ухо:
— За нами следят.
Странный взгляд, который я ощущал с самого прибытия в особняк, преследовал нас и сейчас.
Я не знал, кто это, но у меня были догадки.
Я слегка положил руку на рукоять меча на поясе.