— Молодой господин Эдвард в последнее время ведет себя как-то странно, тебе не кажется?
— Тсс! Не болтай о таком попусту.
— Да я не сплетничаю, я же беспокоюсь. Он уже несколько дней почти ничего не ест...
— Должно быть, у него голова забита заботами. Ведь его невеста — не кто иная, как... леди Бронте.
— Леди Бронте... Аж мороз по коже...
Спустя несколько дней после помолвки с Анией Бронте я упражнялся с деревянным мечом, краем уха слушая перешептывания слуг, которые доносились до меня слишком уж отчетливо.
*Вжих, вжих.*
Прежде я считал фехтование бессмысленным занятием, но теперь, когда сам взмахивал мечом, мысли в голове утихали. Наверное, мастера боевых искусств не зря берутся за оружие, когда на душе неспокойно.
*Вжих, вжих.*
— Леди Бронте... та самая, что сводит мужчин в могилу!
— Эй! Прикуси язык!
— Да, молчу...
Стараясь не обращать внимания на откровенные сплетни слуг, я усердно продолжал тренировку.
Какая бы слава ни ходила об Ании Бронте, мне должно быть все равно.
Единство меча и разума, когда я становлюсь мечом, а меч — мной...
Однако деревянный меч внезапно выскользнул из ладони, пролетел по воздуху и с грохотом покатился прямо к ногам слуг.
— Ах!
— Вы в порядке, молодой господин?
Да как тут будешь в порядке, когда вы без умолку шепчетесь у меня под ухом?
Если уж вам так хочется посплетничать, делайте это там, где я вас не услышу.
Но я — Эдвард Раднер, старший сын барона Раднера. Я обязан вести себя как безупречный аристократ.
С изяществом подняв деревянный меч с земли, я вежливо произнес:
— Прошу прощения. Я немного отвлекся.
— Это все потому, что вы уже несколько дней не прикасаетесь к еде.
— Вот именно, молодой господин.
— Я поем, когда проголодаюсь.
Слуги слишком уж сильно обо мне пекутся. Впрочем, это неудивительно, учитывая, каким благородным и добропорядочным человеком всегда был Эдвард.
Вытерев пот, я вернулся в свои покои, умылся и сел за стол.
Затем взял книгу, чтобы пополнить знания об этом мире.
«...Глава 5 Имперской истории. Великая война и объединение...»
Строчки совершенно не лезли в голову.
Разрозненные буквы кружились перед глазами, отказываясь складываться в осмысленный текст.
«...Разгромив западных варваров, двенадцатый император Юлий...»
*«— Нет, теперь мне следует называть вас мужем».*
Проклятье.
Да что со мной творится?
Стоило мне встретиться с Анией Бронте, как ее образ намертво засел в моих мыслях.
В романе она действительно описывалась как первая красавица, чье имя гремело на всю империю, но...
— Это сведет меня с ума...
Я и представить не мог, что она окажется настолько красивой.
Теперь я даже начинал понимать тех безумцев, которых прежде считал жалкими глупцами, сгорающими от любви...
— Нет... нет!
Я не люблю ее.
Пусть мы и помолвлены, но виделись всего один-единственный раз.
Должно быть, все дело в том, что я переселился в тело Эдварда Раднера.
Это сердце Эдварда влюбилось в нее с первого взгляда, а не мое.
— Ания Бронте уродлива. Она вовсе не красавица. Она злодейка, которая пытается меня убить... Великий Юлий, защити меня своим вечным светом. Направь меня своей священной мудростью...
— М-молодой господин!
Стоило мне вознести отчаянную молитву императору Юлию, как дверь с грохотом распахнулась.
На пороге стояла запыхавшаяся горничная Лорендель, с лица которой катился пот.
— Что случилось?
Вообще-то входить в покои дворянина без разрешения непозволительно, но поскольку изначально я не был аристократом и не собирался следовать занудному этикету, то просто спросил, в чем дело.
Лорендель, бледная как полотно, запинаясь, выдавила:
— Л-леди Бронте!
— Леди Бронте?.. Зачем?
Однако то, что сорвалось с губ горничной, выходило за рамки обычной спешки — это была настоящая катастрофа.
— Она приехала к вам, молодой господин Эдвард!
— ...Зачем?
***
— Разве может быть что-то предосудительное в том, что женщина навещает своего будущего мужа?
В зимнем саду поместья Раднер, где цвели яркие цветы и порхали бабочки, Ания Бронте сидела с безупречной грацией и отвечала на мой вопрос.
Что ж, действительно, нет ничего плохого в том, что невеста навещает жениха. Напротив, для благородной дамы это вполне естественный и подобающий жест.
Но это чертовски усложняло жизнь. Особенно сейчас, когда все мои мысли и так заняты ее лицом.
— И все же, явиться вот так, без предупреждения...
— Неужели нельзя счесть это знаком того, что я безумно соскучилась и потому примчалась без предупреждения?
— Если бы вы предупредили меня письмом, я бы сам приехал к вам.
— Я не хотела утруждать мужа лишними хлопотами.
Когда она произнесла это с нежной улыбкой, сад, казалось, расцвел еще ярче, но я силой заставил опуститься уголки своих губ.
Последние дни я отчетливо это понимал, но Ания Бронте и впрямь была неописуемо хороша. Красота ее ослепляла настолько, что я едва справлялся с собой.
Контролируя предательски ползущие вверх уголки губ, я постарался придать голосу как можно больше спокойствия:
— И все же... какова истинная причина вашего визита в поместье Раднер? Вы ведь приехали не просто ради того, чтобы взглянуть на мое лицо.
Пока я задавал этот вопрос, незаметно щипая себя за бедро с внутренней стороны, Ания слегка склонила голову набок.
— А если именно ради этого? Неужели этого мало?
С этими словами она слегка подалась вперед, приоткрывая соблазнительную ложбинку на груди. К счастью, я вовремя спохватился и вздернул подбородок кверху.
В романе об этом тоже часто упоминалось. Ее лисья повадка использовать декольте для соблазнения мужчин. Не знай я об этой уловке заранее, инстинктивно опустил бы взгляд.
И это означало бы мгновенное поражение.
Ни один мужчина в этом мире не способен устоять перед красивой женской грудью.
Я поднялся со своего места, намеренно напустив на себя холодность.
— Что ж, раз вы меня увидели, вам пора возвращаться. Я как раз был занят учебой.
Нужно немедленно это прекратить.
Разумеется, злить Анию Бронте ни в коем случае нельзя, но находиться рядом с ней дольше было выше моих сил.
Однако стоило мне подняться и повернуться спиной, как позади раздался тихий всхлип.
— Вы так жестоки, муж мой. Я ведь просто... хотела побыть с вами. Неужели книги для вас важнее меня?
Обернувшись, я увидел, как в ее округлившихся, словно у лани, глазах закипают слезы.
Обычно люди, когда плачут, выглядят не лучшим образом, но как она умудрялась оставаться столь прекрасной?
Мое сердце дрогнуло перед этой сокрушительной силой, но я пересилил себя.
— После свадьбы вы сможете видеть меня сколько угодно.
— Вы... не любите меня.
— Я вовсе не это имел в виду...
— Если муж мой этого желает, давайте расторгнем помолвку. Мне будет слишком тяжело, если вы женитесь на мне по принуждению, без любви.
Проклятье... Меня загнали в угол.
Если я соглашусь на ее предложение, род Раднер будет уничтожен, но если откажусь — мои бедра покроются синяками от щипков.
Лишиться всего и пойти по миру или терпеть синяки на бедрах?
— Простите. Я погорячился. Книги могут и подождать, давайте побудем вместе.
Второй вариант был несравнимо лучше.
Стоило мне сесть обратно, как лицо Ании мгновенно прояснилось, словно солнечный день. Разумеется, это тоже была лишь игра.
Она безупречно знала, на какие струны мужской души нужно нажимать. В этом искусстве ей не было равных во всей империи.
— Хи-хи...
С невинной улыбкой Ания Бронте смахнула слезинки с ресниц.
— Тогда, может, прогуляемся вместе?
— Прогуляемся?
— Идемте.
Ания взяла меня за руку и увлекла за собой из зимнего сада.
Она сделала это так естественно... Если она думает, что мое сердце лишь слегка дрогнет, то глубоко заблуждается. Оно не просто дрогнуло, в нем бушевал настоящий ураган.
К счастью, Ания ничего не заподозрила. Натренированное тело способно контролировать даже собственный пульс.
Максимально замедлив пульс, я неторопливо прогуливался с ней по саду.
Благодаря Уильяму Раднеру, который в свое время увлекался выращиванием редких пород деревьев, сад семьи Раднер считался одним из красивейших в империи.
К счастью, здесь было на что посмотреть помимо Ании Бронте. Но едва я об этом подумал...
Легкий ветерок поднял в воздух лепестки вишни, и сквозь этот розовый снегопад я увидел силуэт Ании Бронте.
Увы, даже этот великолепный сад не шел ни в какое сравнение с ее красотой — и это было прискорбно.
«Почему в столь прекрасном создании живет сущий дьявол?»
В светском обществе поползет бесчисленное множество слухов о нашем браке.
Кто-то наверняка посмотрит на Эдварда и скажет: «Каков везунчик, заполучил первую красавицу империи».
Особенно если они увидят нас в этот момент, когда мы, держась за руки, прогуливаемся по саду.
Но за этой красивой ширмой скрывались лишь отчаянно цепляющийся за жизнь мужчина и коварная злодейка... Осознание этого делало всю сцену донельзя нелепой.
— Муж мой.
— Да, что случилось?
Пока я был погружен в свои мысли, Ания внезапно обернулась.
Ее глубокие синие глаза пристально смотрели на меня.
— Не двигайтесь.
Лицо Ании Бронте... оказывалось все ближе и ближе к моему.
Ее нежные губы, которые казались столь хрупкими, будто могли расколоться от одного прикосновения, округлились, а веки медленно опустились.
Неужели она собирается меня поцеловать?..
«Нельзя...»
Разум твердил: нужно уклониться.
«Я смогу!»
Но сердце напрочь парализовало рассудок.
Я просто не мог заставить себя отстраниться от этих губ.
— Фу-у...
Однако к счастью — или, вернее, к сожалению — губы Ании так и не коснулись моих.
— У вас на плече примостился лепесток вишни.
Розовый лепесток вишни просто улетел с моего плеча, подхваченный ее дыханием.
— Я... и сам мог бы его убрать.
Я отряхнул плечо, стараясь казаться невозмутимым.
— Неужели?
Ания улыбнулась — точь-в-точь как дьяволица... или, быть может, как ангел.