Воссоединение с ним оказалось худшим из того, что могло произойти.
— Ания Бронте? — удивленно произнес Эдвард, с которым она случайно столкнулась на балу у маркиза Монте-Кристо.
Рядом с ним стояла спутница — прекрасная дама с утонченными чертами лица. Разумеется, красотой она уступала Ании, однако они выглядели по-настоящему любящей парой. Женщина держала его под руку и ласково прижималась к его плечу — сомнений не оставалось, они были влюблены.
Ания глухим голосом позвала:
— Эдвард...
— Давно не виделись. Как поживаешь?
— А... да, хорошо.
Ее лицо казалось Ании совершенно незнакомым, она даже не могла догадаться, к какому роду принадлежит эта женщина. Заметив ее пристальный взгляд, Эдвард негромко вздохнул и представил спутницу:
— Это Элия Флорен, третья дочь Дома Флорен. Моя невеста.
— Невеста...
— О боже, неужели вы леди Ания из Дома Бронте?
Незнакомка производила приятное впечатление: живое, выразительное лицо, благородная осанка. Пусть ее нельзя было назвать ослепительной красавицей, в ней чувствовалось неоспоримое очарование. И именно она оказалась его невестой. Той, с кем Эдвард решил связать свою судьбу.
Окружающий шум начал медленно затихать, отдаляясь от Ании.
— Как твои дела? Я слышал, прежняя помолвка сорвалась.
Эдвард беседовал с ней легко и непринужденно, словно со старой знакомой, которую давно не встречал, — совершенно не подозревая, буря каких чувств терзала ее в этот миг.
Ания не могла вымолвить ни слова. Было слишком поздно. Пока она сомневалась и поддавалась страхам, Эдвард успел полюбить другую.
— Ания? — заметив, как побледнело ее лицо, Эдвард обеспоенно спросил: — Ты в порядке? На тебе лица нет.
— Пустяки.
Бросив эту небрежную фразу, Ания поспешно покинула бальный зал, словно спасаясь бегством.
Ей казалось, что она вот-вот разрыдается, но девушка изо всех сил сдержала слезы. Заплакать прямо здесь означало признать реальность, которую она так отчаянно отрицала. Грудь сжало от невыносимой боли.
«Мне нужен свежий воздух».
Выскочив из бального зала, Ания чувствовала, как к горлу подступает тошнота.
— Моя леди? — удивленно окликнул ее Риктман, поджидавший у экипажа.
До окончания праздника оставалось еще много времени, к тому же черты лица Ании исказились от глубокого страдания.
— Моя леди... что-то произошло?
Глядя на хозяйку, которая вот-вот готова была разразиться слезами, дворецкий замер в тревоге, но Ания лишь низко опустила голову и поспешно забралась в карету.
— Возвращаемся.
— Моя леди?..
— Ни о чем не спрашивай... Просто вези меня домой.
Ания и представить себе не могла, что финал ее долгой безответной любви окажется именно таким.
Эдвард... Ей казалось, что он всегда будет смотреть только на нее. Лишь теперь она осознала, насколько была наивна, полагая, будто столь прекрасный мужчина не привлечет внимания других женщин.
Почему она не пришла к нему немного раньше?
Почему не смогла набраться храбрости?
Опустив голову, Ания с трудом сдерживала подступающие слезы.
Несколько дней Ания отказывалась от еды и питья, не желая выходить из своей комнаты.
Разумеется, и раньше бывали случаи, когда она запиралась у себя: в конце концов, хозяйка всегда отличалась своенравным и упрямым характером. Но чтобы затворничество длилось так долго — такое случалось крайне редко.
— Обычно она выходит через неделю...
— Знаю. Но в этот раз я... правда очень волнуюсь.
Слуги лишь встревоженно расхаживали перед ее дверью.
— Что же произошло на этот раз?
— Я и сама не знаю. По словам дворецкого Риктмана, она в таком состоянии с тех пор, как вернулась с бала...
— А еда?
— Мы кое-как просовываем поднос под дверь, но она ни к чему не прикасается.
Пока слуги целых десять дней изводили себя беспокойством, Ания, запершись в четырех стенах, предавалась мрачным размышлениям.
Сначала она презирала саму себя.
Затем корила за нехватку смелости.
После возненавидела весь мир.
И наконец пришла к безумному решению.
«Я просто заберу его себе».
Поднявшись с постели, на которой провела последние десять дней, Ания подошла к зеркалу. Ее глаза опухли от слез, а волосы растрепались, но из отражения по-прежнему смотрела ослепительная красавица.
— Мне просто нужно заставить его полюбить меня.
Она не сомневалась в своих силах. Любой мужчина, едва взглянув на нее, влюблялся без памяти — от юных мальчишек до умудренных опытом стариков. Никто не мог пройти мимо Ании Бронте, оставшись равнодушным. Она приковывала к себе даже женские взгляды, так что пленить сердце Эдварда не составит труда.
— О боже, моя леди!
Когда Ания стремительно распахнула дверь, слуги с облегчением бросились к ней:
— Желаете пообедать?
— В саду распустились чудесные цветы! Не хотите ли прогуляться?
Еда, сад... все это не имело ни малейшего значения. В глазах Ании пылал дикий огонь — взгляд человека, одержимого нездоровой страстью.
Заметив это выражение лица, прислуга мгновенно умолкла и поспешила расступиться. Когда у молодой госпожи появлялся такой взгляд, вставать у нее на пути было смертельно опасно.
— Немедленно приготовьте карету. Я еду к Дому Раднер.
— А... Да, моя леди!
Слуги суетливо забегали. Вскоре карету подали к крыльцу, и Ания поднялась внутрь.
«Эдвард... Если ты не хочешь быть со мной по доброй воле, я просто заставлю тебя остаться рядом».
С этой мыслью Ания устремила взгляд в окно. Небо сияло лазурью — словно одобряя ее решение.
— ...Этого не может быть.
День клонился к вечеру, солнце медленно опускалось за горизонт. На лице Ании, покидавшей поместье Дома Раднер, застыло выражение глубокого поражения.
«Как такое вообще возможно? Как он мог смотреть на меня и оставаться абсолютно равнодушным...»
Она непрестанно шептала эти слова, не в силах поверить в происходящее.
Прибыв в земли Раднер, Ания потребовала аудиенции с Эдвардом и сразу пустила в ход все свое обольщение — свое главное оружие, безотказную красоту. Соблазнительные изгибы пышной груди, стройные ноги...
Но Эдвард даже не взглянул на нее. С самого начала он оставался совершенно безучастным. А затем решительно поднялся и произнес:
— Я знаю о твоих чувствах, Ания, но не могу ответить взаимностью. У меня есть невеста, и скоро состоится наша свадьба.
— Риктман, — глухо позвала Ания.
Ее голос звучал настолько безжизненно, что дворецкий вздрогнул:
— Да... моя леди?
— Неужели я настолько непривлекательна?
— Ч-что за глупости! Кто посмел сказать вам такое?!
— Эдвард.
— Что за слепец! Он совершенно не умеет ценить настоящую красоту!
— Замолчи.
— Прошу прощения?..
— Не смей оскорблять Эдварда.
Не успевая за хаотичными скачками ее мыслей, Риктман лишь покорно склонил голову:
— Да, моя леди...
С первого взгляда дворецкий понял: состояние молодой хозяйки было предельно далеким от нормы. В такие минуты ради собственной безопасности лучше всего проявлять предельную осторожность.
— Моя леди прекраснее всех на свете. Не существует человека, который остался бы равнодушен к вам. Должно быть, господин Эдвард просто робость испытывает перед вашим великолепием, только и всего.
— Ты правда так думаешь?
— Да, разумеется.
Лишь тогда Ания слабо улыбнулась и кивнула.
О, если бы Риктман знал, к какому кошмару приведут его утешения, он бы в жизни не вымолвил ни слова!
— ...Ания Бронте!
В один из дней Элия Флорен, третья дочь Дома Флорен, внезапно ворвалась в поместье Бронте.
— Леди Флорен?.. Чем обязаны столь внезапному визиту?
— Где эта лисица?!
— Прошу прощения?..
— Немедленно выведите эту дрянь ко мне!
А подоплека происходящего оказалась потрясающей. Вдохновившись речью дворецкого, Ания тайком проникла в Дом Раднер и ворвалась в спальню Эдварда. Связав его, она пригрозила покончить с собой, если тот не полюбит ее. Узнав подробности, Риктман едва не лишился чувств.
— Моя леди...
— Но ты ведь сам сказал, что Эдвард просто робеет!
— Но даже если так... Чтобы принцесса Бронте прокралась в спальню к мужчине?!
— Хм.
В тот день Риктману пришлось упасть на колени и долго молить о пощаде, прежде чем разъяренная Элия Флорен соизволила уйти.
Однако Анию было уже не остановить. Она наносила визиты снова и снова: то пробиралась в спальню и пыталась сдернуть с Эдварда брюки, но оказывалась поймана слугой, то организовывала его похищение, но попадалась страже, которая сразу же передавала безумную леди родным...
И безустанная травля принесла плоды.
— Как я могу выйти за тебя, если эта безумная преследует тебя день и ночь?!
Испытывая непередаваемый ужас перед одержимостью Ании, Элия Флорен сдалась. Помолвка между Домом Раднер и Домом Флорен была расторгнута.
— Моя леди... Ну вот и к чему это привело...
Схватившись за голову, Риктман тяжело вздохнул, но Ания вовсе не выглядела расстроенной. Напротив, она торжествующе расхохоталась, будто все шло по ее гениальному плану.
— Что же мне предпринять дальше?
— Леди Ания!
— Не кричи, Риктман.
— Это переходит все границы! Разве Дом Бронте не должен хранить свое достоинство?!
При этих словах выражение лица Ании мгновенно изменилось, став ледяным. Подойдя к слуге вплотную, она снизу вверх уставилась на него.
— Достоинство?.. — В ее взгляде сквозил ослепительный, нечеловеческий холод. — Мне оно не нужно. Мне нужен только Эдвард. Я сделаю Эдварда своим во что бы то ни стало. Я сделаю так, чтобы он никогда не смог меня покинуть.
Ания говорила абсолютно искренне. В ее глазах читалась готовность пройти через любой ад, лишь бы окончательно и бесповоротно завладеть им.