Не успела Александра закончить фразу, как за окном экипажа, со стороны, проплыла назад какая-то машина, величиной превосходившая три кареты.
Тотчас же следом она заметила, что к оконечности этой машины пристыкован деревянный треножник высотой более десяти метров.
Она в изумлении высунулась из окна. С вершины треножника свисал громадный канат, а к его другому концу была принайтована исполинская каменная плита длиной никак не меньше двух метров.
Жозеф, заметив, что юную принцессу чрезвычайно заинтересовало строительное устройство, велел Эману остановить экипаж.
Спустя полминуты громоздкая машина издала низкое утробное гудение, и из трубы с левой стороны повалили густые клубы чёрного дыма.
Оказалось, что на ней был установлен паровой двигатель модели LJ26H.
По мере того как обороты паровой машины нарастали, она приводила в движение лебёдку и целую систему блоков, которые медленно травили канат на треножнике. Огромный каменный блок постепенно поднялся на высоту более пяти метров.
Человек в жёлтой полукруглой плетёной шляпе дал свисток. Тотчас же два десятка работников обступили машину и с силой налегли на три поперечных рычага в её основании.
С жалобным металлическим скрежетом махина вместе с каменной глыбой продвинулась на несколько метров вперёд.
Тут только Александра обратила внимание, что под восемью колёсами гигантского механизма пролегали железные рельсы.
Путь этот убегал вперёд и, огибая фундамент Триумфальной арки, образовывал овал. На западной стороне рельсового пути ещё одна громадная машина точно так же поднимала каменный блок.
«Жёлтая шляпа» что-то громко скомандовал. Паровая машина взревела снова, и блок на вершине треножника плавно пошёл вниз, пока прочно не улёгся на вершину строящейся Арки. Несколько мастеровых тотчас взобрались по лесам и, орудуя ломами, принялись подгонять его на место.
Александра, указывая на машину, в волнении обернулась к Жозефу:
— Ваше Высочество, что это за штука?
Нельзя сказать, чтобы она не видела прежде ручных подъёмников, но все они были неподвижны, намертво вкопаны в землю и приводились в действие мучительным усилием крепостных, тянувших канат, чтобы вознести груз на высоту.
Чтобы поднять что-то в ином месте, приходилось разбирать деревянный станок и возводить его заново там, где требовалось.
К тому же ручные краны поднимали груз убийственно медленно. Такую огромную плиту обычно тащили не меньше десяти минут, чтобы поднять на пять метров. А машина перед ней справилась с этим за какие-то десять секунд.
Жозеф пустился в пояснения:
— Это паровой подъёмный кран. Он способен вознести двухтонный груз на высоту до двадцати метров.
В глазах Александры застыло неподдельное изумление:
— Поразительно! Невероятно!
— Он... он словно великан, который по волшебному велению усердно строит Триумфальную арку.
— Ваше Высочество, кто же спроектировал это великое устройство?
— Трое конструкторов из Инженерно-технической ассоциации. Ну и я приложил руку.
Не дав юной принцессе издать возглас изумления, Жозеф поспешно добавил:
— По правде говоря, у него ещё уйма недостатков.
— К примеру, стрела не может вращаться, отчего точность установки блока не превышает примерно одного метра. Да и пока он способен поднимать грузы лишь на двадцать метров.
Да, когда началось строительство Триумфальной арки, Жозеф, увидев до нелепости низкую скорость подъёма каменных блоков вручную, выдвинул концепцию такого вот простейшего крана и передал её инженерам из Технической ассоциации на доработку.
В сущности, это был обычный ручной подъёмный механизм, к которому приладили паровой двигатель и водрузили на шасси, движущееся по рельсам. Особых конструкторских сложностей он не представлял, и первый опытный образец был готов за три с небольшим месяца.
Однако даже такое примитивное устройство позволило более чем вдвое повысить общую скорость строительства Арки.
Жозеф не собирался останавливаться на достигнутом и ассигновал ещё сто тысяч франков на дальнейшее усовершенствование крана.
И не столько ради самой Триумфальной арки, сколько для накопления технического опыта перед будущим рытьём Суэцкого канала.
В истории Франция, стремясь сэкономить, принудительно согнала на строительство Суэцкого канала более шестисот тысяч египетских феллахов, которые рыли его вручную, таская землю на собственных плечах.
В результате ни франка сберечь не удалось: всего было вбухано четыреста пятьдесят миллионов франков, и лишь через десять лет канал кое-как пробили.
А из-за невыносимой, более чем четырнадцатичасовой ежедневной каторги смертность среди работников достигала двадцати процентов. Это вызвало ожесточённое сопротивление египтян и единодушное осуждение мировой общественности.
К завершающему этапу работ французы всё же были вынуждены привлечь некоторое количество паровых тягачей, землечерпалок и тому подобных механизмов, что хоть немного повысило эффективность.
Поэтому Жозеф и взялся заблаговременно создавать технический задел. Повторения кошмара в четыреста пятьдесят миллионов и десять лет стройки он решительно не желал.
Вслед за паровым краном вскоре предстояло начать разработку паровой землечерпалки — разумеется, не той, что представится уму людей из будущего: гусеничного экскаватора с механической стрелой и большим ковшом. То будет простейшее устройство, где паровая машина протаскивает тросом железный скребок.
А когда эта строительная техника достигнет зрелости, она сослужит немалую службу и на полях сражений — например, при возведении брустверов и бастионов.
Жозеф взглянул на карманные часы и обратился к Александре:
— Если вам интересно, я как-нибудь нарочно привезу вас сюда понаблюдать. А сейчас мы должны ехать «распаковывать подарок».
Юная принцесса немедленно радостно закивала.
Стараясь не давать повода для пересудов надменным французским вельможам, она обыкновенно безвыходно сидела в Версале, лишь пару раз выбравшись с королевой Марией в театр. Так что даже строительная площадка Триумфальной арки представлялась ей чем-то необычайно диковинным.
«Париж, право, повсюду полон чудес», — счастливо промурлыкала она про себя.
Под мерное «тюк-тюк-тюк» резцов, которыми каменотёсы обтёсывали глыбы, экипаж Жозефа продолжал свой путь к южной окраине Парижа.
Полчаса спустя карета снова остановилась.
Ещё прежде, чем Эман открыл дверцу, Александре ворвался в уши гомон радостных криков и смеха, по большей части — детского.
Жозеф, взяв её за руку, помог ей выйти и, поведя рукой вперёд, провозгласил:
— Вот мой подарок вам: зоопарк «Саша»!
Александра подняла глаза. Перед ней, насколько хватало взгляда, на несколько километров вдоль пёстрой стены тянулись цветники. Сама же стена через равные промежутки была увенчана забавными скульптурами зверюшек.
Прямо перед ними возвышались врата в виде сказочного замка, а его разноцветные луковичные купола так живо напоминали архитектуру её далёкой родины.
На площадке над вратами вовсю дурачились два паяца, а между ними красовалась огромная вывеска, набранная разноцветными литерами.
Надпись гласила: «Зоопарк „Саша“».
«Саша» — так звучало уменьшительное имя Александры.
У юной принцессы разом расширились глаза:
— Это... это вправду подарок мне?
— Ну разумеется. Всё это отныне ваше.
Глаза Александры подозрительно покраснели. Она резко обернулась и обеими руками обхватила Жозефа за пояс, прижавшись лицом к его груди, и счастливо выдохнула:
— Благодарю вас! Это самый чудесный подарок на свете! Я так, так счастлива!
— Это сущие пустяки, — Жозеф легонько похлопал её по спине, а затем взял за руку и повёл ко входу. — Обещаю: когда вы войдёте внутрь, он понравится вам ещё больше.
Одетый скромным провинциальным дворянином Кесоде со своими гвардейцами, растолкав толпу, пробил проход, чтобы наследный принц и его супруга могли пройти.
(Конец главы)