Глава 106: Практика
Шутка прозвучала плоско. Не то чтобы я собирался отрицать, что сморозил глупость, пусть даже и заметил столь вялую реакцию.
Но всё же — эта эпоха массового Пробуждения, жестокое время, в котором мы все изо всех сил пытаемся выжить, бла-бла-бла... Честно говоря, мне просто хотелось свалить эту надоедливую работу на кого-то другого.
— Я пошутил.
— Ну конечно...
Впрочем, сказать такое вслух — лишь способ сгладить углы в общении.
Дочь уставилась на меня со странным выражением лица, явно не веря ни единому слову. Но ведь речь шла о Борадори. Даже если бы на её месте оказался кто-то другой, я бы всё равно заступился за любого, кто был рядом — просто так совпало, что в неприятности попала именно она. Я никак не мог остаться в стороне.
Конечно, она сама во всё это вляпалась. И всё же... Это ведь Борадори.
— Ну что, малявка. Ты правда хочешь идти в это отвратительное место?
— Звучит весело.
С моей дочерью явно что-то не так. Это вина Праздной Богини? Наверняка. Интересно, насколько сильно она исказила детское представление о нормальности.
Что ж, было бы проблемой, если бы она визжала и паниковала, но тут проблема совершенно иного рода. Хотя, полагаю, особой разницы нет.
Если бы соседская девчонка, Чхон, была такой же... нет, это бы не сработало. Хм. Моя дочь — ненормальная. А соседская глупышка? Может, наполовину? Нет, на четверть?
Впрочем, неважно. Просто расти здоровой, малявка.
— Причина, по которой врата отвратительны, проста. Говорят, всё из-за того, что они исказились в обмен на понижение ранга.
— Инструктор, у меня вопрос!
— Да, кадет Сепия. Что такое?
— Что значит «исказились»?
— Что значит исказились? Зайдём внутрь — и ты сразу всё поймёшь. Пошли, малявка.
— Да, сэр.
Внезапная игра в инструктора и кадета — небольшая ролевая игра, но дочка справилась с ней вполне неплохо.
Как бы то ни было, это место, называемое вратами, представляет собой искажённое пространство — цену, заплаченную за понижение ранга. Измерение, где когда-то «существовали» подземелья.
Само время тут не искажено, а вот всё остальное — да.
Флора и фауна искажены и переплетены друг с другом до такой степени, что первоначальный вид уже не узнать. Это давит на разум любого, кто сюда входит. В общем, головной боли от такого места куда больше, чем от обычного подземелья, поэтому люди и избегают подобного.
— Так вот почему оно отвратительно...
— Верно. На монстров и так смотреть не особо приятно. А когда они ещё и искажаются? Поздравляю, ты только что открыла испытание «Адская рвота», от которого у любого зрителя гарантированно вывернет желудок наизнанку.
И стоит начаться ментальной атаке, как собственное искажение врат ещё сильнее ломает твой разум. Оно бьёт с бонусом за преимущество позиции, накладывающимся поверх ментального урона.
Ну, для меня всё это ничего не значит.
— А есть ли вообще хоть что-то, что может доставить тебе проблемы, пап?
«Доставляет ли мне что-то проблемы?» Этот вопрос я слышу часто. Со стороны я, вероятно, выгляжу всемогущим.
Если немного скорректировать формулировку, то это не так уж далеко от истины. Тем не менее я не могу просто ходить кругом, размахивая топором и крича: «Никто не устоит перед моей силой!»
Потому что существуют противодействия.
Кое-что было.
Что-то с невероятно несовместимым сродством — несовместимым до степени полной нейтрализации. Хотя, если подумать, в природе вообще не существует способности, которая была бы с этим совместима.
Копьё против копья, щит против щита. Вот только обе стороны с головы до ног закованы в вибраниумовую броню, настолько герметичную, что сквозь неё не проникает даже воздух. И самое примечательное — ни одному из них не нужно дышать.
Как бы то ни было, на Земле есть два ранга EX. Один уже существовал, а затем появился второй.
Новым рангом EX стал я, и мы довольно быстро встретились.
Ну, у неё тоже не самый приятный характер — кто вообще заявляется меньше чем через неделю после чьего-то пробуждения?
Впрочем, недели более чем достаточно, чтобы использовать свои способности для проведения косметических работ — или, скорее, мелких улучшений, — так что, полагаю, мне стоит считать это везением.
Она была и до сих пор есть.
На бумаге, официально, она уже мертва. На самом деле она тоже пыталась умереть. Но не умерла.
Можно ли назвать это жизнью — вопрос спорный, но она не умерла.
— Интересно, какая у неё способность...
— Когда узнаешь, просто пусто расхохочешься. В духе: «И что это за хрень вообще?»
Способности, которые пробуждают люди ранга EX, без исключения относятся к категории тех, что заставляют лишь недоуменно рассмеяться.
Даже моя: я использую её так, как мне, чёрт возьми, вздумается, и она работает именно так.
— Пойдём найдём Борадори. В таком темпе она заблудится и расплачется.
— Чт... Мама?
— ...Мама?
— М-мама... то есть.
— Я... ну, технически... Но разница в возрасте между вами двумя...
Где-то вдалеке я словно услышал треск безнадёжно запутывающегося генеалогического древа. И источник этого звука стоял прямо передо мной.
Хотя стоп — разница в возрасте между мной и моей дочерью примерно такая же, не так ли?
Мне пришла в голову мысль, что всё это — просто абсурд, наслоившийся на другой абсурд.
— Просто зови её «онни».
— Хорошо...
В девяти случаях из десяти Борадори, вероятно, сама сморозила какую-то глупость, с которой всё и началось. Оставшийся один процент приходился на причудливый ход мыслей моей дочери.
Если моя дочь сейчас назовёт Борадори «мамой», сколько мам у неё в итоге окажется? Одна, две... Впрочем, неважно.
— Вот и врата.
— Странно...
Никакой реакции вроде «голова кружится» или «как отвратительно», да?
Врата — это не совсем тающие часы, стекающие с неба, но пространственные аномалии здесь очевидны. То, что когда-то было ровной землёй, превратилось в отвесные скалы, уходящие в небо. То, что когда-то было горой, провалилось внутрь, образовав яму. Лава, вода и деревья переплелись, превращаясь в нечто неопознанное.
Место, где бродят существа с ногами насекомых, головой льва и телом носорога — гротескные твари, которых лучше даже не пытаться классифицировать.
— Тебя это не беспокоит?
— Я часто видела их в энциклопедиях!
С сегодняшнего дня Праздной Богине вход на шведский стол закрыт.
— На них неприятно смотреть, так что давай просто вычистим их.
Взмах руки — и монстры стёрты. Они превратились в горсть кровавого тумана и рассеялись, бесследно исчезнув.
— Обычно, чтобы закрыть такие врата, нужно найти их ядро. Но поскольку пространство искажено, его трудно обнаружить, да и шансы на то, что оно осталось целым, невелики — так что попытки уничтожить его почти всегда приводят к проблемам.
Вдобавок ко всему, если не уничтожить его вовремя, оно взрывается. В этом месте собраны все возможные неудобства, из-за чего акции Теслы здесь буквально превратились в прах по щелчку Таноса...
Честно говоря, это кажется перебором.
— Бе-е-е.
Звук овцы в этом нелепом месте.
Обычно я бы проигнорировал это и просто нашёл ядро, чтобы взорвать его, но сегодня у моей дочери экскурсия.
— Слышишь этот овечий звук?
— Да. Немного похоже на Человека-Козла, но звучит как овца.
— Ну, Человек-Козёл тоже верно. И овца тоже верно.
— ...А?
Монстры существуют и во вратах. Даже в этих вратах, где всё искажено, существа со схожей внешностью встречаются с завидной регулярностью.
Не только в одних вратах, но и во многих других. Это значит, что врата — тоже миры, действующие по каким-то своим законам.
Того странного льва, которого мы видели раньше, назвали Ободранным Львом. А существо, издающее этот крик, называется Гоутмэншип. Они живут группами от десяти до двадцати особей.
Гоутмэншип — с нижней челюстью Человека-Козла, козьей головой и рогами вместо лица, овечьей шерстью вместо тела... вот только эта шерсть на самом деле состоит из змей. Новичку он может показаться Мрачным Жнецом с косой, но для меня всё заканчивается щелбаном по лбу.
Скажете, имя странное? Я подумал о том же — что за идиотское название, — но, видимо, идея заключалась в том, что искажённый мир заслуживает искажённых имён.
Но всё-таки, Гоутмэншип. Что это вообще такое? Чемпионат Людей-Козлов?
И то, что кажется шерстью на теле? Не шерсть. Судя по всему, змеи.
Ну, что поделать, имя ему уже дали.
— А вот и наша Борадори.
Там, куда я указал, высился барьер, похожий на полупрозрачное чёрное стекло. За ним яростно бушевали сверкающие фиолетовые молнии.
Это определённо Борадори.
— Из-за искажённых свойств пространства здесь есть секции, разделённые подобно перегородкам. Части, которые откололись из-за искажения. Такие секции можно назвать «границами».
— Ого...
Всё остальное выглядит нелепо, но один лишь барьер кажется почти прекрасным. Это впечатление верно только для новичков, видящих его впервые, а моя дочь как раз была новичком.
Как бы то ни было, Борадори находится по ту сторону этой границы. Могу поспорить, она там вовсю орёт «Тесла!» и палит молниями во все стороны.
— Давай пока оставим Борадори и проведём практическое занятие в реальных условиях на Гоутмэншипах.
— Да!
Стоило нам покончить с сухой теорией, как её глаза загорелись и заискрились. Что это вообще такое? Словно наблюдаешь за тем, как кому-то заменили батарейку.
— Бе-е-е!
— А вот и они.
Точно по сигналу раздался крик Гоутмэншипа. Я повернулся в ту сторону — и к тому моменту, как я посмотрел, моя дочь уже мчалась вперёд.
Облачённая в доспехи, которые появились из ниоткуда.
«Это инвентарь?»
Последним появилось сильнейшее оружие моей дочери, тускло блеснув в полумраке.
Хлоп, хлоп, хлоп. Десять из десяти.
Достаточно чисто, чтобы заслужить аплодисменты. То, что меч был хорош, сыграло свою роль, но её владение клинком оказалось столь же безупречным.
Слабость Гоутмэншипа — это лишь одна сторона медали, но сила моей дочери — совсем другая.
Каким бы сильным ни становился Гоутмэншип, его предел — ранг S. Против дочери, превзошедшей ранг S, и Борадори ранга SSS.
Этим вратам конец.
— Раз уж ты их нашинковала, давай пойдём заберём Борадори.
Я проигнорировал пищащего Гоутмэншипа, который по своей природе не мог даже нормально закричать, и направился за Борадори.
— Да.
Стоило нам пересечь границу, как раздался громоподобный рёв молнии вместе с боевым кличем Борадори.
— ТЕСЛА-ЛУУУЧ!!!
Эта одержимость Теслой... Почему она так сильно любит Теслу? С этими акциями и всем прочим — она что, крупный акционер Теслы или типа того?
А, учитывая сумму, которую она туда вбухала, вполне возможно.
Минута молчания в честь Борадори, которая спустила тридцать миллиардов вон карманных денег.
Покойся с миром. Пусть твоя следующая жизнь пройдёт в мире без фондовых рынков.
— Я не умерла!
— Знаю.
— ГЬЯ-А-А-А-А!!!
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos