Глава 114: Бедствие снисходит
Никто больше не осмелился бросить вызов Вайолет, воочию увидев её жестокий и эффективный метод расправы.
Ну, если бы кто-то всё ещё хотел напроситься на драку после того, как увидел, как Шин Ха Ён — открыто признанная сильнейшей — так жалко рухнула, это само по себе заслуживало бы уважения.
— Вайолет! Сразись со мной!
Один такой всё же нашёлся. Он выделялся с самого начала — гора мышц, которая совершенно не походила на восемнадцатилетнего парня. К сожалению, его мозг, похоже, тоже заменили мускулы.
— ...Вообще-то я на семь лет старше тебя, знаешь ли?
Вайолет, казалось, не столько беспокоило его телосложение, сколько раздражал этот неуважительный тон. Честно говоря, когда с тобой так разговаривает кто-то на семь лет младше, так и подмывает ему врезать.
— Итак. Двенадцатикратная гравитация.
— Гх-бларк!
С увеличением мощности на двадцать процентов «Двенадцатикратная гравитация» мгновенно прижала его к полу, заставив издать крайне странный звук.
Он даже рухнул лицом вниз в настолько унизительной позе, что её можно было описать только как «позу Ямчи».
— ...Если всё так заканчивается, зачем вообще иметь такое огромное тело?
— Какая пустая трата габаритов.
— Ладно, но он действительно не продержался и секунды против той, кто настолько меньше его — наверное, не стоит говорить такое вслух.
— Хотя слова Си Вона ранили бы сильнее.
...А ведь и правда.
Как бы то ни было, этот безмозглый громила, не сумевший оправдать свои внушительные размеры, стал последним, кто бросил вызов Вайолет. После этого желающих больше не нашлось.
— Если подумать, а почему малышки Чхон нет на открытом уроке?
— Возможно, даты не совпадают. Или время.
— Ну, может, ей просто неловко за меня.
— Неловко? За тебя?
— Ну же, посмотри на меня. Я ведь веду себя довольно по-детски, разве нет?
«Этого не хочу, уа-а-а. Того не хочу, уа-а-а. Всё самое лучшее — мне. Я могу поливать тебя грязью, а ты меня — нет, а правила вообще пусть катятся к чёрту».
— ...Если бы ребёнок обладал твоим уровнем сил, мир, вероятно, уже превратился бы в какой-то причудливый ад.
— Хм. Да, пожалуй.
Могло бы произойти что-то вроде Трансмутации здравого смысла. Но того парня уже заперли.
Даже сейчас он, скорее всего, сидит в капсуле жизнеобеспечения, лишённый последних остатков человечности.
Но другого выбора не оставалось, ведь он пытался превратить мир в какое-то подобие сломанного кошмара.
— По крайней мере, он не тот, кого я бы выпустил в столь свежее и зелёное место.
— ...О чём именно ты думаешь?
— О том, что я сделаю с тобой сегодня вечером.
— Ха... Если ты снова всё бросишь, как в прошлый раз, я этого так не оставлю.
Что ж, что бы ни значило её «так не оставлю», она уступала только Вайолет, когда дело доходило до того, чтобы портить мне жизнь.
— Вайолет.
Она услышала своё имя с поразительной точностью: её ушки навострились, а голова тут же повернулась ко мне. Я поманил её рукой, и она в то же мгновение подбежала ко мне.
— Ты внимательно смотрела?
— Да. Смотрела, как ты жестоко издеваешься над младшими.
— Издеваюсь?! Ты хоть представляешь, как трудно было сдерживаться?!
— То, что ты не умеешь сдерживаться, как раз и делает тебя трижды недотёпой. Зачем обрушивать метеориты, чтобы поймать кролика?
— Но... единственное, что приходит мне в голову для подавления людей, это гравитация.
Почему этот образ так живо предстал перед моими глазами? Вайолет, прижимающая всех к земле n-кратной гравитацией и заявляющая: «Узрите, люди предо мной подобны муравьям!» — я практически видел это наяву.
— Аврора, разве ты не могла нормально обучить её, пока была возможность?
— ...Думаешь, я не пыталась?
В её голосе прозвучала глубокая, леденящая душу обида.
Оу. Так вот на что она держит обиду.
Я кивнул и снова посмотрел на Вайолет. Ни о чём не подозревающая девушка всё ещё весело болтала.
— Я даже как-то раз попыталась сделать воздух липким, чтобы люди не могли двигаться, но они всё равно сопротивлялись. Из-за этого чуть не погиб новобранец. Представляешь, она не знала, что новобранцы на вес золота, и чуть не угробила человека?!
Почему это звучит так, будто говорит ветеран, прошедший через огонь и воду?
Вайолет определённо не была кореянкой. И уж точно не была мужчиной.
— Да-да. Тебе пришлось нелегко.
У Вайолет явно хватало своих уникальных трудностей.
Что касается меня, сдерживаться... ну, я тоже не идеален в этом. Но мои способности настолько универсальны и сильны, что всё складывается само собой: если я хочу убить, это происходит мгновенно, а если хочу поиграть, то это тоже проще простого.
— Но разве ты не могла просто превратить пол в болото?
— А...?
— Если они увязнут и не смогут выбраться, то станут бесполезным грузом. А если выберутся, то хотя бы докажут свою полезность.
— А...?
— Ты ведь даже не пробовала сделать землю грязной и липкой, верно?
— Я, я как-то раз превратила её в песок!
Эта девчонка просто безнадёжна. Я всегда думал, что спектр применения её способностей абсурдно мал, но даже представить не мог, что она не пробовала сделать что-то настолько элементарное.
— Тесла конфискуется на одну неделю.
— НЕ-Е-Е-ЕТ!!
Позволив Вайолет рухнуть, обхватив голову руками, я уложил её к себе на колени и принялся наблюдать за остальными спаррингами.
В целом всё выглядело довольно посредственно. Конечно, с их точки зрения, разница между пятьюдесятью и сотней — это колоссальный разрыв в мастерстве, но с моей колокольни?
Давайте просто назовём это миллионом, раз уж мне лень об этом думать. Какая разница между пятьюдесятью и сотней? Всё это сущие копейки.
Вот так примерно и обстоят дела. Инфляция силы в этом мире зашла настолько далеко, что это даже уложить в голове трудно.
Проблема в том, что это касается только человеческой стороны. Врагов же — внешних богов — насчитываются десятки тысяч. Оказывается, всё это время мы жили в самом настоящем тёмном фэнтези.
После этого последовал короткий час общения, прежде чем всех распустили. Некоторые, судя по всему, собирались пойти в кафе, чтобы поболтать, но...
— Лень возиться.
— Если честно, мне тоже...
— Я тоже хочу пойти!
— И зачем ты напрашиваешься?
— НЕТ! Мне скучно и нечем заняться! Нам не разрешают пользоваться телефонами здесь, и тут нет ничего весёлого! Тесла — это... весело, но её конфисковали.
Так ты восприняла это всерьёз, да, Вайолет...
Тронутый её жалобно поникшей головой, я уже собирался объявить Вайолет амнистию на Теслу, как вдруг...
*БИ-И-И-И-И-ИП!!*
Из телефона в моём кармане взвыл сигнал тревоги — звук, который раздаётся при получении экстренного сообщения. Я потянулся, чтобы проверить и отключить его, и в этот момент...
*Гул.*
Пол задрожал с неоспоримой силой землетрясения. Этот Третий спортивный зал был построен на поверхности, прямо на земле. Иными словами, на первом этаже.
Каким бы прочным ни было здание, при землетрясении оно неизбежно содрогалось, принимая на себя всю силу движения земной коры.
— Магнитуда семь, пожалуй.
— Гя-а-а, а-а, а-а, а-а, а-а!
Глядя на то, как Вайолет вскрикивала прерывистыми слогами, пока её тело улавливало толчки... да, примерно семёрка.
Её голос прервался шесть раз. Ну, это шутка.
— Только что пришло сообщение. Землетрясение магнитудой 7.6, прогнозируется нисхождение Бедствия...
— Бедствие? Каков масштаб? Местоположение?
— Масштаб Бедствия небольшой. Угроза городского уровня — Академии нужно лишь немного мобилизовать силы, и его быстро нейтрализуют.
— Хм, ну что ж. Я хочу пойти посмотреть. Если честно, я никогда не видел нисхождение Бедствия своими глазами.
Не то чтобы они нарочно играли со мной в прятки, но стоило мне появиться, как всё, что спускалось, исчезало словно по волшебству.
Что в некотором роде доказывало: у того, кто насылает эти Бедствия, есть зачатки разума.
Интересно, исчезнет ли и это в тот момент, когда я прибуду?
Как бы то ни было, сильнейшее Бедствие, способное проявиться в реальном мире, имеет в лучшем случае национальный масштаб.
Всё, что превосходит этот предел, требует, чтобы осколки или реликвии уже приземлились на Землю и накопили силу, так что это совсем другое дело.
— Твоя настоящая причина?
— Я тоже хочу это увидеть.
Судя по тому, что я слышал, наблюдать за этим — всё равно что смотреть прямо в чёрную дыру. И, честно говоря, мне хочется увидеть чёрную дыру. Ну, не то чтобы я никогда не видел настоящую чёрную дыру, но эта штука ею не является, хотя, по слухам, выглядит точь-в-точь как она. Видимо, поэтому её так и назвали.
И вдобавок ко всему, эта чёрная дыра якобы выплёвывает Бедствия. Ну как тут устоять?
— Весело...
— Я не маленький ребёнок.
— Весело, весело...
— Что, хочешь, чтобы я поиграл с тобой в «ку-ку»?
— А это будет весело...?
Вид того, как она искренне задумалась над этим вопросом, был настолько забавным, что даже под завывание сирен я не смог сдержать смех.
— Ты вообще знаешь, что это такое?
Игра в «ку-ку». Серьёзно, ты ведь не новорождённая. Такими темпами она скоро попросит поиграть в ладушки.
Как бы то ни было, мы двинулись наперерез толпе людей, бегущих к убежищам так, словно у них пятки горели.
— Пожар!
— Горячо! Мои ноги горят!
И это не было фигурой речи: люди бежали так быстро, что их ноги буквально загорались, пока мы проталкивались сквозь толпу в противоположном направлении.
— Должно быть, именно это чувствует лосось.
— Я слышала, что дикого лосося разрывают на части и едят сырым.
— Меня?
— ...Это была оговорка.
Верно, ведь даже если бы кто-то захотел съесть меня сырым, у него бы ничего не вышло.
— КЬЯ-А-А-А-А!
— КЬЯ, И-ХА-А!
— Е-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ!
В этот момент мне невольно пришла в голову мысль: неужели этим людям действительно весело?
— Эм... ментальный ландшафт жителей этого города находится за гранью моего понимания.
— Ну, здесь кругом выпускники Академии, так что ничего удивительного.
В окрестностях Академии жило много выпускников. Примерно так же, как основатели стартапов рядом с университетом рекламируют себя в постах сообщества как «выпускники такого-то вуза».
Полагаю, у них тут своя маленькая сеть выпускников.
— Но куда они все направляются? В отпуск?
— Вряд ли.
— Правда ведь?
И всё же, они вроде как бегут в убежище, но при этом кричат «И-ХА-А»? Они что, празднуют победу?
Как бы то ни было, по мере нашего приближения к точке нисхождения Бедствия поток убегающих людей начал редеть.
Кто-то уже успел уйти — это была одна из причин. Но были и другие.
Люди судорожно сглатывали слюну, крепко сжимая в руках всё, что могло сойти за оружие, и застывали в напряжённом ожидании. Одного взгляда было достаточно, чтобы всё понять.
Во-вторых, их дома находились настолько близко к точке нисхождения, что их в любом случае стёрло бы с лица земли, так что бежать им было просто некуда.
В-третьих.
— Мне нужен кто-то, кто проводит мою бабушку в убежище! Я не могу уйти — у меня дома годовалая дочь!
«Оставить позади престарелую, больную мать и драгоценную дочь, за которую я бы жизнь отдал...» — фраза, которую ожидаешь услышать разве что в романе, разыгрывалась прямо в реальной жизни.
— Разве обычно всё не наоборот?
— Ну... Полагаю, дочь в таком возрасте действительно труднее перевезти.
Как бы то ни было, вокруг царил абсолютный хаос.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos