Глава 15: Это весело.
— Хён-ним, если не секрет, сколько вам лет...?
— Эй, я хоть и повзрослел, но еще не настолько стар, чтобы меня называли «хён-нимом», будто я какой-то старейшина.
— Так сколько тебе тогда?
— Лол, реально.
— И что нам тогда говорить, лооол.
— Ну, я прожил двадцать восемь лет. Без обид, реально двадцать восемь. Вполне достаточно, чтобы меня время от времени называли аджосси.
— ?
— Называть в двадцать восемь аджосси — это даже мило, лол.
— Если двадцать восемь — это мило, то сколько тогда...
— Бро...
— Но двадцать восемь — это ведь еще не уровень аджосси, правда...?
— Двадцать восемь — это самый настоящий аджосси. Для нынешней молодежи ты становишься аджосси в ту же секунду, как возвращаешься из армии.
— Уа-а-а...
— Жестко...
— Я вот демобилизовался в двадцать один.
— Рано демобилизовался, значит. О чем ты только думал, когда призывался еще до того, как смог пробудиться?
— ?
— Лололол.
— Типичный безмозглый момент, лол.
— К слову: Пробужденные освобождены от военной службы.
— Ну, не мне судить. Я тоже служил.
— ?
— Ты дурак?
— У меня ситуация была немного другой. Я вообще не собирался пробуждаться, а потом в один прекрасный день просто... взял и пробудился.
Правда заключалась в том, что он ушел в армию еще до того, как мир изменился. Если бы он знал, что все так обернется, то скорее умер бы, чем пошел туда...
— Черт... Рожден побеждать, реально.
— Так завидно...
— ???
— Я вообще никак не могу пробудиться...!
— Бро считает эти десять процентов за полный провал.
Странно, но в чате, похоже, стало появляться много людей с форумов.
— Такое ощущение, что сюда внезапно набежал народ из галереи. Что-то случилось?
— Так это из-за тебя, лол.
— Сам захватил стрим, а теперь спрашиваешь, что случилось, рукалицо.
— Лолололол.
— А, ну ладно. Всякое бывает. Иногда менеджер захватывает трансляцию. Это жизнь.
— Нет, это так не работает, лолол.
— Захватил стрим и ведет себя так бесстыдно.
— Лол, если это окажется интереснее Астерии, я прожму лайк.
— Это как-то...
— Сейчас получишь «Разрушитель Астеризма» и будешь нарезан на милые маленькие звездочки. Гротескно. На восемь частей.
— Пощади!
— Помогите! Помогите!
— На восемь частей, лолололол.
— Бро на восемь частей, ору-у-у.
— «Помогите», лол.
— Покойся с миром!
— Я еще не умер!
— Но хён-ним, почему ты так грубо разговариваешь?
— Ты сам попробуй прожить двадцать восемь лет в Инчхоне, парень. Какого черта, думаешь, нормальные слова после этого сами собой изо рта вылетают?
— Инчхон — это Демонический Инчхон, лол.
— Да что вообще такое этот Инчхон...
— Но ты же сказал, что ходил в армию.
— А, я и службу проходил в районе Инчхона. То есть, включая армию, я провел в Инчхоне все двадцать восемь лет.
Ну, демобилизовался он еще до того, как мир покатился к чертям. Технически демобилизовался, да. В буквальном смысле. В конце концов, он ведь был проблемным солдатом.
— Так ты до сих пор ходишь на сборы резервистов?
— Человек, который выжил в Инчхоне двадцать восемь лет, лол.
— Сборы резервистов? Не хожу. Любой идиот, который отправляется на сборы в Инчхоне, явно не в своем уме.
К черту эти сборы. Да и какая разница — Северная Корея уже пала, а армия в наши дни была ориентирована на реагирование у Врат. Буквально мясорубка для человеческих ресурсов.
— И это Инчхон...?
— И это столичный регион...?
— Столичный регион? Инчхон — это Демонический Инчхон. Выходишь на улицу, чтобы дойти до банка, и можешь в реальном времени наблюдать, как его грабят.
— ?
— Да что вообще творится в этом Инчхоне...
— О, то вчерашнее ограбление банка в Инчхоне.
— Ага, именно оно. Какие-то придурки грабили банк. Причем в Инчхоне всего ОДИН банк! Только один Гэлакси Банк. Если это не Гэлакси, другие компании здесь даже филиал строить не станут!
— Ору-у-у.
— Гэлакси — лучшие...
— В Инчхоне даже карты не принимают, лол.
— ?
— Банковские переводы там тоже сомнительная тема.
— Реально?
— Да, уклонение от уплаты налогов там возведено в ранг религии, а Злодеи неуязвимы, ублюдки вы эдакие.
— Лол.
— И это город...?
— Хён-ним, выживший в Инчхоне двадцать восемь лет, — это нечто особенное...
— Выжить там — значит быть сильным.
— Стоп, что? Ты же говорил, что раньше тоже избивал Злодеев.
— Спрашиваете, кто я такой? Да прямо сейчас я просто безработный.
— Безработный, ору-у-у.
— Безработный (богатый Пробужденный высокого ранга).
— Баланс в этой игре сломан, лолол.
— Автор Земли, за работу!
Серьезно, автору Земли пора бы уже взять себя в руки. Баланс полностью сломан. Кто вообще сбрасывает тактическое оружие в подобную ситуацию?
— А, впрочем... Если посмотреть на этот стрим... он ведь и правда довольно милый? Хотя было бы лучше, если бы главным контентом был не я.
— Вот так в это и втягиваешься.
— Становишься фанатом?
— Фанатом? Пожалуйста, я могу видеть ее в реальной жизни — зачем мне смотреть стрим? И все же тут все немного разнообразнее, чем я ожидал.
Тот, кто моделировал эту штуку, проделал выдающуюся работу — аватар выглядел невероятно живым. Словно Пигмалион вложил в него всю свою душу...
В реальной жизни мимика Хан Су Джин была однообразной. В девяти случаях из десяти на ее лице блуждала глуповатая ухмылка, а в оставшийся один раз она выглядела так, словно вот-вот расплачется.
Но эта виртуальная версия то и дело забавно морщилась в зависимости от того, что он делал. Если честно, это выглядело довольно весело.
— Реальная жизнь...
— Не принимая синюю таблетку...
— Пожалуйста, без разговоров о реале.
— Ну вы и даете. Конечно, виртуальная реальность шагнула далеко вперед, но разве реальная жизнь все еще не лучше?
— Если честно, виртуалка лучше.
— Утешай себя.
— Лол, реально.
— Но в виртуальной реальности ты ничего не можешь потрогать.
Виртуальная реальность определенно развилась до такой степени, что выглядела почти как настоящая, но существовала причина, по которой люди все еще использовали псевдотрехмерных персонажей. Эффект «зловещей долины» и все такое. Во многих отношениях это вызывало дискомфорт, а главное — никакого осязания, вкуса или запаха. Вообще ничего.
— ?
— Не можешь потрогать...?
— Ты трогал ее????
— Я верил тебе, хён-ним!
— С чего вы вдруг все начали сходить с ума? Я думал, всем преданным фанатам уже проломили головы.
Ну — некоторые ушли в ярости сжигать вещи, когда узнали о появлении мужчины, другим проломили головы во время протеста, после чего он уволок их прочь. Разве все преданные фанаты к этому моменту уже не исчезли?
— Ну, им проломили головы, но лол.
— Он же сказал, что он менеджер, лолололол.
— А, то есть из-за того, что я назвался менеджером, проломленные черепа сразу же срослись? Мне искренне хочется проломить их снова.
Что за дела. Даже если он менеджер, разве суть была не в том, что мужчина рядом с ней неприемлем? Именно в этом ведь и заключался весь смысл преданных фанатов.
«Даже если он менеджер — мужчина! Возмутительно! Мы, фанаты, не можем этого простить!»
Разве они были не такими людьми?
— Лолололол.
— Проломленные фанаты (в буквальном смысле).
— Бегите!
— У этих ребят реально мертв мозг. Это просто умора.
— Погоди, ты переспал с ней?
— Когда именно это «переспал» должно было произойти?
— Секс! Секс! Секс на пляже!
— [Сообщение удалено]
— Ты, на выход. Есть предел тому, что я готов спускать с рук. И нет, я этого не делал. Я не какой-то там хост, разгуливающий вокруг и соблазняющий нестабильных девушек. Зачем мне связываться с кем-то, у кого расшатана психика?
— Абсолютный гигачад, лол.
— Без колебаний, реально.
— С расшатанной психикой...
— Если честно, общественность тогда была слишком сурова к ней...
— Реально, было бы странно, если бы у нее не появилось проблем с головой.
— Хён-ним, твой ник ведь «ИнчхонВЖопе», верно?
— Ладно, давайте закроем эту тему. Вы все отлично потрудились, зашивая свои проломленные черепа. Мой ник? Да, «ИнчхонВЖопе». Я ведь предупредил о своем приходе через Суперчат и все такое.
— Лолол.
— Вайб в духе «последнее слово перед уходом», лол.
— А потом «я же честно предупреждал», ору-у-у.
— Ну, я не думал, что кто-то догадается.
— Да кто бы вообще понял это по такому нику, лолол.
— Но жить в Инчхоне и назвать себя «ИнчхонВЖопе» — это лол.
— «ИнчхонВЖопе» — мой гордый никнейм, в котором я поклялся перед самими небесами. У кого с этим проблемы, шаг вперед.
— Использует классические понты, лол.
— Слышал, в последнее время там все стало довольно прилично.
— Как вообще в Корее может существовать криминальный город мирового уровня, лол.
— Ой, Инчхон — это не Корея, лол.
— Если честно, он и правда ей не был. В Чайна-тауне обитали эти, как их там звали... китайцы, в общем. Короче говоря, они лезли изо всех щелей. Мафия, якудза — все подряд сюда сползалось.
— Откуда этот парень вообще такое знает?
— Сползалось... черт.
— О таких людях обычно не упоминают так мимоходом...
— Откуда тебе известны такие подробности изнутри? Неужели ты...
— Лол, в любом случае он не Злодей.
— Будь я Злодеем, стал бы я подбирать Астерию?
— Она ведь миленькая, да?
— О-о-о.
— Вот оно.
— Лол, даже Злодеи не могут устоять перед Астерией.
— Звезда Инчхона! Надежда Инчхона! Цветок Инчхона!
— Добавьте после этого в скобках слово «бывший».
— Лол.
— Сам Инчхон (бывший).
— Лолол.
— Аджосси на самом деле хорош в стриминге.
— Реально, годный стрим, лол.
— Но почему все-таки аджосси?
— Что значит «почему»? Мне скоро тридцать, а это уже территория аджосси.
— Даже после армии ты все равно аджосси, ага.
— Люди так быстро стареют, лол.
— Начнем с того, что после возвращения из армии твое лицо выглядит лет на пять старше твоего реального возраста. Я абсолютно серьезно.
— Лол, реально.
— И это армия...?
— В соседних странах платят прилично... а нам достается вот это...?
— Ну, по крайней мере, в армейском магазине все дешево... проблема лишь в том, что тебя никуда не выпускают, чтобы потратить эти деньги.
Первым делом на тебя нацепляют рабский ошейник, а потом ведут себя так, будто этим стоит гордиться.
— Лолололол.
— Жестко...
— У хён-нима тоже были такие времена, да...
— Меня сразу перевели в военную полицию. Я был ранга А.
— Впечатляет?
— Лол?
— А...?
— Эта история для другого раза. Тогда я был обычным человеком, и сейчас я тоже просто обычный человек.
— Обычный человек (реально).
— Обычный человек (нет).
— Другой раз? Будет следующий раз?
Что ж, возможно, когда-нибудь ему снова захочется провести стрим.
— А, как-то незаметно пролетел целый час, хотя мы ничего и не делали.
— ?
— Что, целый час?
— Верни мне мой час!
— Я обменял один час на, хм, девяносто тысяч часов. Хороший обменный курс?
— Безумная выгода.
— Лол.
— Невероятное соотношение времени, лолол.
— Это такое инчхонское мышление?
— А что, все точно. Я потратил один час и сжег по одному часу у девяноста тысяч человек. Это один к девяноста тысячам.
— Что это вообще такое, лол.
— В смысле... это ведь правда?
— Чудеса математики.
— Я проломил головы всем преданным фанатам, подавил протест. Думаю, я свою задачу выполнил.
— А?
— Продолжай!
— Уже уходишь?
— На самом деле это оказалось веселее, чем я ожидал. Но я ведь пришел сегодня, чтобы спасти одну затворницу, понимаете? Эх, теперь, когда я думаю об этом, чувствую себя полным ничтожеством из-за того, что появляюсь только тогда, когда мне что-то нужно.
— Ты и есть ничтожество.
— Причина полугодового игнора: экзистенциальный кризис.
— Лолол.
— Экзистенциальный кризис, лол.
— Должно быть, приятно жить без экзистенциальных кризисов. Знаю, что сам виноват, так что жаловаться не приходится... В общем, я пошел. Если будет настроение, может, как-нибудь запущу трансляцию из дома. Заходите, если захотите.
— До встречи, хён!
— До встречи, хён, лол.
— До встречи, хён.
Он посмотрел на погасший монитор и поднялся со стула. Ему компьютер больше не требовался, но Хан Су Джин он мог пригодиться, поэтому он оставил питание включенным.
Хорошо, что не случилось ничего слишком серьезного, пока он проламывал головы преданным фанатам.
Он ясно дал ей понять: не принимать донаты и не запирать фанатов.
Он направился к выходу, чтобы встретиться с двумя затворницами, которые ждали его снаружи.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos