Глава 93: Ведьма Морган
Несмотря на непреднамеренную суматоху, ведьма любезно проводила их к себе домой.
— Похоже, вы немного знаете об этом лесе, но на самом деле его истинная природа совершенно иная.
— Истинная природа? И что же это, неужели здесь есть источник, из которого бесконечно бьет газировка?
— Хм, это было бы совсем неплохо. Здесь уже растет дерево колы, но... со вкусом вишни.
— Дерево Доктора Пеппера...
Ким Чхон застыла на месте, словно испытывая культурный шок, в то время как Борадори продолжала украдкой поглядывать...
Борадори, судя по всему, изрядно завидовала фигуре ведьмы. Не то чтобы сама Борадори была маленькой... ну, с уверенностью этого утверждать было нельзя. Гордиться ей было особо нечем, но и обделенной она не осталась.
Нельзя сказать, что у нее совсем ничего не было.
Буквально на уровне «оно существует». Всё же лучше, чем у Ким Чхон, которая заявляла «я жива» с таким видом, словно делала официальное объявление. Вот такие мысли.
Как бы то ни было, это был Лес Конфетной Ведьмы. Оправдывая свое название, этот лес состоял из сладостей, а его хозяйкой была стоявшая перед ними Конфетная Ведьма. Поскольку уход за этим лесом и его украшение также входили в обязанности ведьмы, ее знания о нем явно выходили за рамки обычного. Или, возможно, эта ведьма сама создала этот лес. Такое тоже было вполне вероятно.
Моя личная догадка сводилась к соотношению пятьдесят на пятьдесят. Что-то она создала сама, а что-то нет.
— И что же вы посоветуете, что здесь самое вкусное?
— Хм... хм-м-м... это довольно сложный вопрос.
После долгих раздумий, сопровождавшихся протяжным мычанием, ведьма, похоже, пришла к какому-то выводу и, кивнув, ответила:
— Думаю, окна моего дома — самое вкусное, что здесь есть.
— О... эм, ладно.
— Серьезно? Вы хоть представляете, сколько труда ушло на создание этих окон?
Что ж, видимо, немало. Стоило мне отмахнуться от ее слов невнятным ответом, как ведьма разразилась целой тирадой, словно у нее случился какой-то припадок, который я предпочел проигнорировать.
— Вы знаете, через что мне пришлось пройти, чтобы просто собрать материалы для этих окон? Мне пришлось вырывать зубы у Рубиногривой Гидры, обитающей в дуриановых болотах, добывать изумрудные кристаллы в сахарном карьере вон там, а еще! А еще!
Честно говоря, я не понял ни единого слова. Я понятия не имел, что это вообще за мир. Похоже, она хотела сказать: эти окна сделаны из невероятно редких материалов с огромным трудом! Вот и всё, что я смог уловить.
— М-м-м... вы так усердно трудились над окнами, м-м-м. А зачем вы их сделали?
Этот внезапный вопрос задала Борадори, которая всё это время отламывала кусочки от растущих рядом деревьев и жевала их. Сам по себе вопрос был нормальным, но сначала прожуй то, что у тебя во рту, а потом уже разговаривай...
— Что за глупый вопрос? Очевидно же, они висят на моем доме.
— Но если они там висят, их нельзя съесть.
— То есть ты хочешь сорвать и съесть окна?
— Тогда они не были бы самым вкусным.
— О боже...?
Вот оно как. Нечто, сделанное из съедобных материалов и технически пригодное в пищу, но ставшее несъедобным из-за своего нынешнего состояния, больше не являлось едой.
Что это вообще такое? У меня возникло ощущение, будто мне промывают мозги. Неужели эти простодушные создания мыслят именно так?
— Ей стоит... пойти в Академию, верно?
— ...А?
Судя по всему, она ничего не поняла. Честно говоря, я тоже. Придраться к чему-то конкретному было сложно.
Я цеплялся за соломинку, пытаясь найти хоть какой-то повод отправить Борадори в Академию, но правда заключалась в том, что если бы я просто твердо сказал ей «иди в Академию», она бы заныла, надулась — и в итоге пошла бы, рыдая всю дорогу. Она дулась бы около недели, и с этим мне пришлось бы смириться... вот только мне не хотелось действовать подобным образом. Я хотел убедить ее принять это решение самостоятельно.
Проще говоря, я просто не хотел, чтобы на нее где-то смотрели свысока из-за ее невежества.
Когда растешь без родителей, такие вещи, как учеба и базовые знания, обычно полностью выпадают из поля зрения.
— Пожалуй, я просто попью вишневого сока.
Отогнув кору росшего рядом дерева и отломив кусочек вафли, я почувствовал, как изнутри повеяло сладким ароматом вишневого сока. Я принялся сосать его, чувствуя себя жуком, пьющим сок из сосны.
Голова у меня на самом деле не болела, но мне всё равно безумно захотелось чего-нибудь сладкого.
— ...И всё же это слишком сладко.
Раз уж сок уже оказался у меня во рту, я всё равно его проглотил. Вишневый сироп оставался вишневым сиропом — кристаллизацией чистой сладости. Сладость была настолько приторной, что от нее сводило челюсти, если есть ее просто так. В такой сироп хотелось бы обмакнуть гриб из маршмеллоу, если бы удалось его найти.
Ну да ладно. Завершив этот шокирующий момент самоанализа, когда я осознал, что руководствуюсь намерениями в духе «это всё ради твоего же блага!», я посмотрел на Борадори.
— Апельсиновый креп такой вкусный!
— Онни, это канапе...
— Гья-а?
Хм, и всё же. Ей в любом случае нужно было идти. По крайней мере, я не хотел, чтобы ее называли невеждой...
— Вот и он — знаменитый Конфетный домик.
Погрузившись в свои мысли, я, судя по всему, и не заметил, как мы подошли к дому ведьмы. Снаружи он выглядел так, словно был построен из дерева, но окна... они ведь были не из стекла, верно?
Дом, построенный из искусно сделанных вкусных окон и конфет в форме бревен, внешне напоминал средневековый коттедж. Она определенно была родом из Средневековья. Это смутно напомнило мне тот день, когда я впервые увидел дом Сепии.
За исключением, пожалуй, висевшей на двери таблички с надписью «Ведьма Морган». Это была не комната Сепии у нас дома. Кто вообще вешает именную табличку перед собственным домом?
— Неплохо. Выглядит просторным. Вас зовут Морган?
— Хе-хе, верно. Меня зовут Морган. Ведьма Морган.
Я решил не спрашивать, зачем она повесила табличку на дверь. Что-то подсказывало мне, что делать этого не стоит.
— О, кстати — вы ведь не бросали хлебные крошки по дороге сюда? Если между нами нет даже такого доверия, мне будет немного обидно.
Хлебные крошки — это, должно быть, из сказки о Гензеле и Гретель. Похоже на нить в лабиринте Минотавра, только из крошек. Те самые, которые в итоге склевали птицы или мыши, лишив детей возможности найти дорогу назад.
Похоже, это была ее попытка пошутить, но вышло не особо смешно. Неужели таков немецкий юмор? К источнику шутки у меня возникли вопросы, но мне и самому было любопытно, какие именно отношения, по ее мнению, нас связывали.
— А нам нужно было?
— Гья-а.
— У вас есть хлеб? Я хочу обмакнуть его в шоколадное фондю!
Мне это было абсолютно ни к чему. Ни капельки.
А еще была Борадори, которая тупо уставилась на конфетный домик, и Ким Чхон, стоявшая позади нее и превзошедшая даже эту степень отрешенности. С тех пор как мы пришли сюда, она стала какой-то на удивление заторможенной... но тут я вспомнил утреннюю гору посуды, и всё встало на свои места. Она была вполне способна на такое и даже больше.
— Ахаха! Вы все такие забавные! Не только ваши лица — ваши характеры тоже идеально мне подходят. В моем списке вы прошли отбор!
— Фразу «вы прошли» могу использовать только я.
Попробуй сказать «ты прошла отбор» перед той, за кем ухаживаешь, и ты получишь пару пощечин, а твоя голова прокрутится на триста шестьдесят градусов.
Впрочем, меня это, конечно, не волновало. Кто вообще посмеет дать мне пощечину?
— Ничего, если я тоже буду использовать это выражение?
— Делай что хочешь.
— Уфуфу, хорошо, спасибо. Это дом, в котором я живу. Снаружи он выглядит как обычный коттедж, но внутри всё окажется гораздо лучше, чем вы можете себе представить.
Что ж, когда эти своеобразные переговоры завершились, дверь Конфетного домика распахнулась. То ли она подсмотрела это в каком-то мультфильме, то ли еще где, но ведьма направила ману для создания свечения, и из дверного проема полился мягкий белый свет.
— Добро пожаловать, от всей души, в Конфетный домик!
Она вела себя как человек, который впервые в жизни устраивает вечеринку в честь дня рождения и приглашает к себе друзей. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, насколько она взволнована. Даже самый невнимательный и непрошибаемый человек смог бы это заметить.
Я отвесил подзатыльник дурехе, которая смотрела на ведьму со странной жалостью, и перешагнул через порог.
— О... здесь изысканнее, чем я думал.
Здесь не было той излишне вычурной, перегруженной деталями обстановки, характерной для Средневековья. Сдержанный и элегантный интерьер, казалось, пришелся по вкусу и самой Борадори.
— Ты действительно думаешь переехать сюда?
— А если бы и хотела?
— Я за.
— Я тоже!
— Тебе нужно согласие опекуна, помнишь? У Миджи нет права принимать самостоятельные решения.
Не то чтобы совсем не было, но примерно наполовину отсутствовало.
— Угх... в следующем году я уже буду в третьем классе старшей школы!
— Третий класс — это еще не взрослый человек, мелкая.
— Эм... значит, вы говорите, что можете переехать сюда?
— Может да, а может и нет.
— Хм, но здешняя обстановка довольно сильно отличается от мира, в котором вы живете, верно? Люди в вашем мире пользуются штукой под названием интернет, так ведь? Здесь вы не сможете использовать ничего подобного.
Существовала способность, которая делала подобные внешние факторы совершенно несущественными, так что это не представляло никакой проблемы.
Что еще более примечательно, она оказалась весьма осведомленной ведьмой, раз знала даже про интернет. Что ж, она, похоже, хотя бы раз встречалась с кем-то из тех, кто заходил сюда до нас, но я не знал наверняка, кто именно здесь бывал.
Я даже не знал, кто первым открыл это место. Мне было известно лишь то, кто первым сообщил о нем, но какое это имело значение.
— Меня не волнует всё остальное, Морган. Главное, чтобы вы не ели людей.
— О боже...? Я? Есть людей? Я не какая-то там злая ведьма.
— Ну, в сказке, где вы фигурируете, говорится о том, что детей откармливают, чтобы потом съесть.
— Боже правый, тот, кто написал эту сказку, был поистине подлым человеком! Распространить такие слухи только ради того, чтобы прогнать детей, которые продолжали приходить сюда каждый день, и превратить это в подобную сказку...
Хм, вот оно как. Оказывается, за историей о Гензеле и Гретель крылась подобная подоплека.
— Тогда ладно. Мне всё равно, даже если вы будете просто убивать людей. Главное — не ешьте их. Все и так умирают и убивают друг друга. К тому же, если понадобится, я могу их воскресить.
— Вы... более могущественны, чем я думала.
— Именно так. Что бы вы себе ни воображали, вам нужно умножить это в несколько раз. В кубе? В четвертой степени? Ну, точной цифры я и сам не знаю.
— Ахаха, какая шутка... погодите, это ведь не шутка...?
В тот момент, когда Морган поняла, что я говорю абсолютно серьезно, ее мгновенно сковало напряжение. Она внимательно изучила меня, затем перевела взгляд на Борадори — и не смогла скрыть своего шока.
— ...Кого именно я впустила в свой дом?
— Группу монстров.
Действующий ранг SSS, официально признанный сильнейший на Земле, ребенок ранга S и Трансцендентный ранга EX, находящийся за пределами любой классификации. Группа, способная поглотить целое измерение.
— Не беспокойтесь об этом. Этот лес и вы — мне оба по душе. И последнее слово всегда за мной. Я сильнее нее.
— ...Хах, ну, полагаю, мне стоит быть благодарной за это. Вы не кажетесь тем, кто причинит мне вред, да и прогонять меня, похоже, не собираетесь.
— Прогонять вас? С чего бы мне это делать?
— ...Вы действительно выражаетесь так прямолинейно, не правда ли?
— Как для ведьмы вы добры, да и лицо с фигурой у вас отличные. По какой причине мне стоило бы вас прогонять?
— Часть про «как для ведьмы» меня немного задевает... но я закрою на это глаза.
С легкой усмешкой и тихим вздохом Морган, казалось, окончательно расслабилась.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos